Отбор для дракона - Наталья Шнейдер

– Вы не можете помнить прошлые отборы, – заметила я. – Предыдущий состоялся тридцать лет назад.

– Но я умею читать. И тщательно изучил все записи из королевского архива просто для того, чтобы знать, к чему быть готовым. Вы говорили о женских боях в грязи – уверяю вас, и ваш случай, и то, что мы только что видели, – еще цветочки. Битое стекло в туфлях, раздражающий порошок в пудре, отрава в помаде…

Меня передернуло. Впрочем, мне-то нечего опасаться. Император мне даром не нужен, и привлекать внимание «конкуренток» я тоже не собираюсь. Моя задача – лишь продержаться подольше, чтобы придумать, как отвязаться от графа.

В голове снова невольно всплыл тот разговор с отцом.

Он ввалился в мою комнату под вечер. Навеселе и очень довольный. Отец давно не был таким довольным, последние полгода хмель вгонял его в тоску, заставляя бесконечно жаловаться на несправедливость мира. Я ненавидела вечера, заполненные тягомотными подобиями бесед. Вместо того чтобы заниматься – на первом курсе целительского факультета учить нужно было столько, что у меня голова пухла, несмотря на тренированную память, – приходилось делать вид, будто слушаю, и поддакивать в нужных местах. Стоило отцу подумать, будто его обделяют вниманием, он разражался бранью, пару раз и вовсе замахнулся.

– Граф Дейнарский просит твоей руки, – сообщил он, расплываясь в улыбке.

Я рассмеялась. Отец давно разучился шутить по-настоящему смешно, но в этот раз шутка удалась.

– И я дал согласие.

Что-то в его лице, тоне его голоса заставило меня оборвать смех.

– Папа, шутка перестает быть забавной.

– Я совершенно серьезен. Завтра объявим о помолвке, осенью сыграем свадьбу. Все расходы граф берет на себя. И обещал после свадьбы покрыть все мои долги.

Так, кажется это не шутка. Если отец заговорил о долгах… А я-то, дура, гадала, зачем граф зачастил к нам! Засиживался надолго, благо беседовал больше с отцом, и я могла устроиться в углу гостиной с учебником, а то и вовсе через полчаса, дозволенных этикетом, удалиться под благовидным предлогом. Его холодный неотрывный взгляд пугал меня, но отец лишь отмахивался, дескать, нечего выдумывать. Граф – приятный собеседник и обходительный кавалер.

– Но он старик! Он тебе в отцы годится!

Неужели он всерьез? Не может быть, чтобы он всерьез!

– Он еще в состоянии зачать наследника.

Меня передернуло – учась на целителя, трудно остаться в неведении о тех аспектах супружеской жизни, которые обычно скрывают от девушек.

– Да его прямо на супружеском ложе удар хватит!

– Тем лучше для тебя: станешь молодой, красивой и очень богатой вдовой. – Отец подошел ко мне, выхватил из рук учебник. – Я влез в долги, чтобы ты могла учиться. Так будь благодарна!

Я вскочила, отбирая у него книгу.

– Ты влез в долги из-за выпивки и карт! Я сама оплатила первый курс!

Щеку обожгло. Я отпрянула, не веря себе: до сих пор отец, хоть и замахивался, но ни разу не бил меня.

– Имей уважение к тому, кто кормил тебя все эти годы! Я позволил тебе заложить драгоценности покойной Лисбет. – Он смахнул слезу. – И потому влез в долги, что не мог продать их.

Пропить и проиграть, если уж называть вещи своими именами. А ведь три года назад, когда я вернулась от дяди, какое-то время мне казалось, что отец взялся за ум. Он так радовался, что я снова дома. Так часто твердил, что я копия покойной матери и ее милый образ снова с ним.

Целых полгода мы с ним жили уединенно, почти не принимая гостей. По утрам приводили в порядок парк вокруг дома, пришедший в полное запустение. Я наняла горничную и кухарку, помогая им по мере сил заботиться об отце. По вечерам я читала ему вслух или пересказывала байки, услышанные от дяди, иногда просто делилась тем, как жила и как намерена жить дальше. Что хочу стать целителем из-за мамы и дяди – говорили, его можно было бы спасти, если бы целитель успел вовремя, – но слишком много было тяжелораненых после того боя…

Все рухнуло в один вечер, когда отец уехал в гости к «давнему другу», а вернулся через неделю и так и не смог вспомнить, с кем был и что делал. Винился, обещал, что больше не притронется ни к вину, ни к картам. Я верила. Верила долго. Пока не поняла, что он уже не властен над собой.

Я застыла, держась за пылающую щеку. На глаза навернулись слезы от неожиданной боли и незаслуженной обиды.

– Я всю жизнь заботился о тебе! А ты не хочешь сделать для меня такую малость! Граф даже не против, чтобы ты доучилась, – говорит, это поможет тебе лучше заботиться о ваших будущих детях.

– Малость?! Брак – это на всю жизнь!

– Да ты меня благодарить должна, что обеспечил твое будущее!

Я вдохнула. Медленно выдохнула.

– Я не выйду за…

Еще одна пощечина оборвала меня.

– Завтра! Объявим о помолвке!

Хлопнула дверь, проскрежетал в замке ключ.

Я осталась стоять посреди комнаты не в силах поверить, что все это в самом деле происходит со мной.

Тряхнув головой, я прогнала воспоминания. Если участницам отбора дозволено общаться с кавалерами и даже выйти замуж, отказавшись от битвы за императора, может, воспользоваться этим шансом? Найти кого-нибудь… Неглупого и порядочного. И договориться. Заключить помолвку, а через год расторгнуть, объявив о «непреодолимых противоречиях в характерах». Придворные кавалеры все как один богаты и знатны, граф не решится с ними спорить. Он-то ко двору не допущен. Даже не через год, мне бы до осени протянуть! Тогда мне исполнится девятнадцать, совершеннолетие, и никто не сможет меня заставить выйти замуж.

Вот только зачем бы этому гипотетическому кавалеру соглашаться на подобную авантюру? Что я могу ему предложить взамен?

Я снова заставила себя вернуться мыслями в дворцовый сад. Прислушалась к разговору.

– Но что, если среди тех, кто покинет отбор, окажется истинная пара императора?! – ахнула баронесса.

Я не стала сдерживать улыбку, пользуясь тем, что она и герцог шли чуть впереди и не видели меня, но у герцога словно глаза были на затылке.

– Что вас так позабавило, баронесса Асторга?

– Статистика, ваше сиятельство.

– Вот уж не думал, что она может быть забавной. Не поясните?

– Вы правы, забавного мало. Просто я подумала: гораздо вероятней, что на отборе вовсе не окажется истинной пары императора. Легенды повествуют лишь об одном случае, да и то…

– Нельзя быть уверенными в том, что он правдив? – договорил за меня герцог. – Вы на удивление