Ты будешь моей - Ирина Васильевна Давыдова

— Почему тебя волнует мое самочувствие?

Я посмотрел на нее недовольно и тут же перевел взгляд на вход в комнату.

— Захар, я чай заварила. Посидите с нами? — предложила Виктория, приветливо улыбнувшись.

— С удовольствием. Присоединишься? — уточнил у Юльки и, поднявшись из кресла, не дожидаясь ее ответа, принялся поднимать девочку.

— Я же еще не согласилась.

— По сути, у тебя нет выбора. Я же к тебе в гости пришел.

Но в противовес своих слов, я себя чувствовал здесь вовсе не как гость. Я ухаживал за Юлькой и ее мамой. Подливал чай, нарезал и выкладывал сладости, которые принес с собой, и все время смотрел на девочку. Нравилась она мне. Очень нравилась.

— Захар, а где вы познакомились с Юлей?

— Вчера пересеклись в парке случайно.

— Мам, это благодаря Захару я вообще оказалась вчера дома. Я когда споткнулась, он помог мне подняться, а потом еще и довез до подъезда.

Говорить маме всю правду Юля, по всей видимости, не решилась, считала это лишним волнением для родительницы. И я ее прекрасно понимал, потому и поддержал выдуманную историю.

— Да, Юля споткнулась о бордюр, а я уже услышал, как она пискнула от боли.

— Слава Богу, ничего серьезного. Главное, врач разрешил дома отлежаться. И Вам спасибо, что помогли.

— Меня не за что благодарить. Да и дочка у Вас, Виктория Николаевна, сильная девочка. Не плакала, не истерила. А другая могла бы.

— Да, Юленька у меня умничка. Вся в папу.

Об упоминании отца, девушка загрустила и взглядом уткнулась в чашку. И здесь я ее понимал. Сам уже несколько лет был без родителей, и мне часто не хватало посиделок с ними, разговоров, поддержки. Одно дело брат с сестрой, и другое мама с папой. А у Юльки, я был уверен, мама ее огромная опора и сила, ее поддержка. Правда, женщина ведь тоже нуждается в сильном, твердом плече. А вот где отец?..

— Захар, а сколько Вам лет? — уточнила мама, когда я, попрощавшись с Юлей прошел к входной двери.

— Двадцать восемь. Думаете, я буду приставать к Юле? — поинтересовался я, обувая кроссовки.

— Мне бы этого не хотелось.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​- Позвольте узнать причину. Здесь может быть два варианта, либо я Вам неприятен, либо возраст.

— Да, это второе. Все же моя дочь несовершеннолетняя.

— Я не идиот, и меня не интересуют малолетние девушки. Даже если мне нравится Юля.

— А она Вам нравится?

Этот вопрос я оставил без ответа, но Виктория и так поняла меня.

— Вы не сердитесь на меня, я не со зла. На счет первого — Вы приятный молодой человек. Просто я волнуюсь за единственную дочь.

— Я Вас прекрасно понимаю. Если Вы не против, я завтра загляну. И да, вот, — я достал из кармана визитку и протянул ее Виктории, — там мой номер. Если что-то понадобится, всегда звоните.

— Спасибо Вам.

Я кивнул и, попрощавшись, вышел из квартиры.

Сделал глубокий вдох и улыбнулся.

Черт! Ну, почему она такая красивая? И стеснительная…

В кармане заиграл рингтон мобильного.

Гриша.

— Слушаю, брат.

— Захар, привет. Я нашел, где тусуется Гринич. Можем прямо сейчас поехать туда.

— Я поеду один, а ты будешь дома.

— Тогда я тебе не скину адрес, — серьезно ответил Гриша.

Ему хоть и было всего двадцать четыре, но он всегда переживал за родных и старался поддерживать в меру своих сил. И меня это очень волновало.

— Мелкий, уши надеру, — хмыкнул в трубку, выходя из лифта и спускаясь вниз по ступенькам.

— Да-да, я знаю.

— Жди, буду у тебя через двадцать минут.

— Договорились. Успею шнурки погладить. Гринич заценит.

— Да, именно об этом он и мечтает.

Я сбросил вызов и, отключив сигнализацию на машине, сел за руль.

— Жди Гриня, кому-кому, а тебе уши надеру, падла!

Спустя практически час мы добрались до бара «Берлога», где вовсю шумела музыка. Не любил я такие заведения и сам в них был крайне редким гостем. Если кто на праздник позовет. Куда больше я любил провести время у телевизора со стаканом виски. И то, алкоголь лишь в редких случаях.

— Черт, это точно бар? Басы как из клуба, — я скривился, недовольный здешней атмосферой.

Авто поставил на сигнализацию.

— Здесь своя туса. Ну, в принципе, а чего ты ждал от Гринича?

— Действительно.

— Ты мне так и не сказал, зачем он тебе понадобился?

— Девушку он обидел. Поговорить надо.

— Это ту, что ты вчера спас? — я в ответ лишь кивнул. — Может, просто развлечься хотел?

— А мне не похер что именно он хотел?

— Судя по настроению, не похер.

— Она малолетка, Гриш.

Парень присвистнул и, открыв двери, вошел в помещение.

Внутри было еще больше шума, чем на улице. Здесь все галдели, кричали, пищали. Я не понимал этого, не понимал, как можно общаться в таком шуме.

Обведя взглядом присутствующих, зацепился за Гриню, которого в простонародье кликали Витя. Тот выпивал с друзьями и лапал какую-то бабу, активно предлагающую себя. Мне захотелось сплюнуть, но я сдержался.

— Гриш, побудь здесь, я сам, — попросил брата, собираясь пойти на разговор.

— Ладно, я отсюда посмотрю, — согласился Гриша, усаживаясь на барный стул.

Я подошел к столику, за которым сидел Гриня, и остановившись, хмуро на него глянул.

— О-па, — протянул тот, взглядом обводя нежданного гостя. — Цыпочка, а ну-ка, погуляй, — пошлепал свою телку по заднице и, проведя ее взглядом, снова обернулся ко мне. — Вот так не ожидал тебя здесь увидеть.

— А я как раз и ожидал застать тебя именно здесь.

— И чем обязан? — он вальяжно развалился на диване, смерив меня надменным взглядом.

— На кого ты работаешь?

— Не понял.

— Понял. Не строй из себя идиота. Ты знаешь, о чем я говорю.

Я приземлился напротив собеседника. Мне не нравилось, что этот ублюдок начал морозиться.

— Слушай, Сарбаев, шел бы ты подальше.

— Спрашиваю еще раз, на кого ты работаешь?

— Причина твоего вопроса?

— Та девочка. Ты знаешь, что она малолетка?

— Зато смотрю, ты хорошо осведомлен.

— Не переходи мне дорогу, Гринич. Малолеток обижать не дам. Узнаю, что ты снова к ней или к другим девочка подкатывал, яйца оторву без анестезии. Понял меня?

— Я не боюсь тебя, Захар. Да и придраться ко мне не за что. Ну увидел ты, что я приставал к девчонке, а где доказательства?

— Доказательства есть. Будь уверен.

Поднявшись и осмотрев зал, я негромко добавил:

— Со мной лучше не спорить, Гриня. Ты знаешь, руки ломаю хорошо. На опыте.

Я развернулся, нашел взглядом брата и пошел к выходу.

Я знал, что мне никто не