Созидатели. В поисках рассвета - Евгения Мос

— Благодарю.

— Ешь пока горячая.

Это было странно. Голая девушка в одеяле ела рыбу, которую ей почистил незнакомый человек, раздевший ее несколькими минутами ранее. Надо что-то сказать. Но тишина завтрака была вполне комфортна.

— Откуда ты?

— С Элироса.

— Далеко.

— Довольно, да. Ты знаешь географию?

— Вообще, да. Но только нашего острова. Про Элирос только слышала.

— А ты значит здешняя?

— Да, я родилась на этом острове, Рокинос, хотя, ты, наверное, знаешь название. Но я не с этого берега. Я служительница храма Ириса. Он находиться в трех днях ходьбы.

— Зачем так далеко ушла?

— Я плавала с дельфинами и попала в шторм. Я довольно часто это делаю, плаваю, в смысле, а не в шторм попадаю. — Она смущенно потерла себе щеки. — А попала в шторм я первый раз. Я вообще никогла так далеко от храма не была одна. Обычно мы ездим с паломничеством.

— Кто же ходит купаться в шторм? Это же опасно!

— Если Парки, прядильщицы судьбы, — пояснила она между делом. — Решат, что нити жизни вольны запутаться или оборваться, так трагедия и в штиль может случиться. Например, в жаркую погоду солнечный удар хватит.

— Не считаешь, что сама можешь решать, что будет в твоей жизни?

— Сама то я могу решать, да разве сделаешь что-то против узора Парок? Я себе могу нарешать, что угодно. Но будет ли в этом толк?

— Теперь я точно убедился, что ты жрица храма, — недовольно поджал губы Софос. Он не любил эти предрешенности, присказки и прочие верования.

— А, не сильно верующий, — сказала девушка нисколько не смутившись. — Каждый в свое время понимает течение Жизни. И кстати, когда я заходила в море, то было солнечно, так что я не планировала встречать бурю в воде.

Софос не стал с ней спорить о вере и традициях.

— Далеко здесь школа рыболовов имени Рондоса? — вдруг спросил он.

— Хочешь в ученики? — склонив голову иронично спросила новая знакомая.

— Нет, точнее не совсем, дело есть одно личное.

— Я знаю это место, идти туда два дня. Нужно пройти немного вглубь леса, но вдоль берега на север, это не совсем далеко от океана. Я расскажу дорогу, если отведешь меня к храму.

— Я и так могу найти это место. С тобой или без, а с тобой было бы быстрее. А вот если я тебя не отведу к храму, вряд ли ты благополучно доберешься до него. Тебе нужен сопровождающий.

Девушка замерла, видно, что испугалась. Но тут же глаза резко стали злыми, сощурилась и губы поджала.

— Значит шантаж… и что будешь делать, если откажусь?

— Ничего, оставлю тебя тут, раз не хочешь помогать. Я и так тебе помог, высушил и накормил. А просто так терять время и отводить тебя в храм не буду.

Она не успела ничего сказать, как Софос встал. Уже собранные вещи были в корзине, которую мужчина подхватил и пошел прочь.

На глаза девушки навернулись слезы, но она отвернулась и не стала его останавливать. Смысл?

Он отошел на несколько шагов и обернулся посмотреть на новую знакомую. Она сидела, слегка склонив голову. На море что ли смотрит? Тут он заметил, как одной рукой она проводит по щеке и что-то смахивает. Не что-то, а слезы.

Мужчина дрогнул, увидев это. Он хотел сказать, что вообще-то он не такой равнодушный и на самом деле не оставит ее, и вообще она все неправильно поняла. Но разве он сам понимал? Но вместо чего-то утешительного резко спросил:

— Может такую судьбу Парки уготовили?

— Может, — сиплым голосом сказала она. — Но это не значит, что я всегда радуюсь судьбе. Принимаю, но не радуюсь.

— Ох, не может быть. Ты на полном же серьезе это говоришь! Ты ведь так долго не протянешь, ты не в храме уже. Ладно… — Софос выдохнул. — Я отведу тебя туда.

— Правда? — Девушка резко обернулась, смотрела робко с недоверием, на щеках блестели слезы как маленькая россыпь бриллиантов.

— Правда. Но отведу, после того как покажешь, где школа Рондоса. Мне нужно будет там уладить дела. Это займет всего недели две. А потом отведу. И если честно… не знаю я куда идти. Так что сопровождающий мне нужен.

Чтож… выбора у них обоих было немного. В храме все равно решили, наверное, что она погибла. Вернется раньше или позже, вообще разницы нет, это все не имеет значения.

— Хорошо. Тогда давай заключим узел.

Узлом жрицы называли договоренности, заговоренные молитвами. Считалось, что предать такой договор — высший позор. Ну, для тех, кто верит. Ведь в узел связываются судьбы.

— Если тебе так будет комфортнее, то вперед.

Девушка встала в полный рост, перекину одеяло через плечо. Забавно какой гордый вид она имела в этом сером нечто, как будто на ней само одеяние нереиды из жемчугов. Она взяла правой рукой мужчину под локоть так, что руки прислонялись предплечьями друг к другу.

— Я Леда, жрица храма Ириса, сплетая узел, говорю, что буду поддерживать в пути, стану проводником на пути к твоей цели. — Она слегка сжала локоть, а левой рукой провела какие-то невидимые узоры под сердцем.

— Я Софос, искатель с Элироса, выпускник высшей академии Пифагора, сплетая узел, говорю, что присмотрю за тобой, прикрою от опасностей и доведу в целостности до храма. — Он тоже сжал локоть и слегка похлопал себя около сердца.

Девушка расцепила руки и ехидно сказала:

— Не верующий, а узлы знаешь, как вязать.

— Такому с детства учат, даже у нас, — сказал Софос и отвел глаза.

— Плохо учат, все равно слова неправильно говоришь и на сердце не пишешь. Так, каракули какие-то выводишь.

— Будешь учить? — он с иронией глянул на нее.

— Если придется, судьба распорядится.

— Не хочу больше ничего такого слышать. Давай договоримся, в этом пути сделаем вид, что ты не уповаешь на судьбу, которую тебе сплели.

— Делай вид, если тебе так спокойнее, — засмеялась она. — Кстати, Софос — красивое благородное имя. Мне нравится.

Он пропустил мимо ушей ее комплимент:

— Одевайся. Около тебя длинная рубаха и ткань, можно обвязать как свободные укороченные брюки. Булавки все твои лежат рядом, а твою ткань я убрал, она высохла. Вряд ли в ней будет удобно идти.

Леда кивнула:

— Отлично! Спасибо большое, — последнее она сказала тихо, но Софос все равно услышал и невольно улыбнулся.

Он отвернулся пока она заматывала ткань вокруг себя.