Счастье - Елена Амеличева

Каждая девушка мечтает о любви, Стас, хотелось ответить мне, но я промолчала.

Невеста была прекрасна. Жених серьезен. Все, как положено. Только кольца были бумажные. Конечно, это забавно. Да и вечер удался. Мы хорошо повеселились, натанцевались, кажется, выпили лишнего. По крайней мере, Стас. К концу праздника мне пришлось транспортировать мертвецки пьяного мужа в каюту и оставить надежды на первую брачную ночь. Тем более, что все равно уже светало. Может, это типичная защитная реакция на брак у мужчин? Хоть он и шуточный, но напиться надо. На всякий случай.

Стас храпел, а мне спать совсем не хотелось. Я вышла на палубу, долго смотрела на воду — утром ее цвет меняется каждую секунду — из-за восходящего солнца — и теребила бумажное кольцо у себя на пальце. Такое же ненастоящее, как и этот шуточный брак. Да в принципе, как и вся моя жизнь.

Отпуск кончился. Мы вернулись в Питер. Он встретил нас мелкой моросью, колющей лицо, и хмурым серым небом. Словно сговорившись, все пассажиры оделись в депрессивно-черное и столпились на палубе. Наверное, со стороны мы напоминали огромных взъерошенных воробьев.

Не глядя в глаза, Стас чмокнул меня в щеку, пробормотал что-то невнятное и ушел. Конечно, сразу было понятно, что у нас курортный роман, но на душе от такого понимания менее пакостно не становилось. Такое ощущение, что Стаса жена должна встречать у трапа.

Кстати, о женатых. Весь отпуск мой сотовый был отключен — по понятным причинам. Пора возвращаться в привычную жизнь. Я включила телефон — смс-ки посыпались градом. Забавная штука смс. Особенно, если не отвечать. Человек сам с собой разругается, помирится, снова поссорится.

Как оказалось, лучшее время для лечения сердечных ран — после отпуска. Это я выяснила опытным путем. Дома накопилась куча дел. А на работе меня с нетерпением ждали бледнолицые сослуживцы, с завистливо горящими глазами и непоколебимой уверенностью, что на меня, отдохнувшую, сам Бог велел свалить все косяки отдела — дабы прочувствовала, как была не права, позволив себе отдыхать, побыстрее слилась с общей изможденной массой и не мозолила глаза.

Крутясь, как белка в мясорубке, я напрочь забыла о Стасе и была немало удивлена, когда он скинул мне наши фото. Весь вечер я просидела, разглядывая снимки и умиляясь. Ночью мне снилось голубое небо, море и белый пароход…

А на улице хозяйничала осень. На редкость холодная и слякотная в этом году, она разливала бездонные лужи на асфальте и жадничала, развешивая на деревьях пряди дождей вместо ярких разноцветных листьев.

Мой бывший не унимался. Настойчиво искал встречи, звонил, писал, дарил цветы. И начисто выбивал меня из колеи. Как ни странно, утешение я нашла в общении со Стасом. Наша переписка, сначала формальная — «привет, как дела», становилась все более интересной и даже интимной.

Мы обсуждали книги, фильмы, начали рассуждать о жизни. Казалось, этот Стас, понимающий меня лучше, чем я сама, не имеет ничего общего с тем другим, моим курортным мужем. Бессмысленно отрицать то, что независимо от тебя все равно есть. Я честно призналась самой себе, что полюбила Стаса. И честно написала ему об этом. Написала все, что чувствовала.

А он… Он замолчал.

Я все поняла — ответить взаимностью он не мог. Мои чувства его явно смутили. Я жалела, что поторопилась и сгоряча испортила хорошую дружбу. Надеялась, что мы сможем общаться, как раньше. Но больше на мои сообщения Стас не отвечал. Видимо, я сильно его напугала…

Новый Год я встречала одна и в растрепанных чувствах. Всем наврала, что уезжаю к родственникам, а сама закупила вкусностей, фильмов и устроила себе отдых от всех. Иногда очень полезно.

За два часа до боя курантов мое одиночество кончилось. Сначала затрезвонили телефоны — и домашний, и сотовый — пришлось отключить. Потом начались набеги соседок — кто за штопором, кто за сахаром или майонезом, кто просто так, в надежде напроситься в гости.

Я рассвирепела. Мои планы рушились, а границы бессовестно нарушались. Все, хватит. Я сделала вид, что меня нет. Тем более, что соседки вроде бы угомонились.

Хотя нет. Опять звонок в дверь. Да елки-палки! Кто на этот раз? Или Лиза со второго с неизменной просьбой одолжить вечернее платье и клятвенными заверениями вернуть в целости и сохранности, чего, конечно же, не будет. Или Катька с шестого за презервативами — у нее, как всегда, закончились, а тут такой мужчина.

Я затаилась, как кролик в норе. Даже задержала дыхание, как будто его могли услышать. Но звонок противной трелью продолжал издеваться над моими барабанными перепонками, и я не выдержала. Подхватив одной рукой платье — лизкин размер уже знала лучше, чем свой, другой — длинную ленту резинок — чтоб хватило, блин, до следующего Нового Года, я рванула дверь на себя…

— Здравствуйте! — прогудел через ватную бороду Дед Мороз.

— До свидания. — Я попыталась закрыть дверь. — Сидоровы этажом выше! — но незваный гость сдаваться не собирался и, лихо вставив посох в дверной проем, преградил мне путь к отступлению. — Да уберите же вашу палку!

— Это не палка, — обиделся он. — И причем тут Сидоровы?

Ой, блин, только пьяного Деда Мороза не хватало! — Но вас же к Сидоровым вызывали, так ведь? Это этажом выше. Там два мальчика и девочка. Заждались уже, наверное.

— Я к вам.

Так. Прищурилась, пристально разглядывая. Маньяк или алкоголик? Или… Жестокая месть обиженных друзей. Догадались, что я их кинула? Ну ладно, шутнички!

— Тогда заходите.

— Можно? — дедуля, похоже, искренне удивился. — А вы никого не ждете?

— А что, похоже?

— Вообще-то, да. — Он кивнул на то, что я держала в руках — платье и презервативы.

— Это не для вас, — пробормотала я, покраснев.

— Да уж, я платья не ношу.

Мне показалось, или он ухмыльнулся? Я решила не оставаться в долгу:

— Да уж, и презервативы тоже. Давайте-ка признавайтесь, кто вас прислал? Саша с Лерой?