Ученица Ледяного Стража - Ольга Дмитриева

Глава 2/2

На обложке крупными золотыми буквами была вытиснена надпись: «Полный свод правил Академии Стражей Севера». И он хочет, чтобы я изучила это за ночь⁈

Я подняла на куратора обескураженный взгляд. Его лицо оставалось совершенно невозмутимым.

Прежде чем я успела высказать свои возражения, Вестейн вытащил из кармана кусочек черной кожи и протянул мне:

— Этим закроешь рану.

— Да там раны-то, — попыталась отпереться я.

— Это не обсуждается, — отрезал он. — И не вздумай болтать о том, что Свейт зацепил тебя. Молчать в твоих интересах. Ясно?

— Ясно, — покладисто ответила я уже ему в спину.

Входная дверь хлопнула, и я начала рассматривать вещи, которые мне дал куратор.

Материал повязки был странным. Но когда Вестейн вручал мне ее, я заметила, что из-под рукава его рубашки торчит такая же. На правой руке. И, покопавшись в памяти, смогла припомнить, что нечто подобное носили другие адепты. Кажется, на правой руке того парня, который со мной говорил, тоже была повязка.

Я отложила книгу и сбросила плащ. Под действием артефактов комната быстро нагревалась. Скоро я поняла, почему парни щеголяли без рубашек. Я быстро сбегала в умывальную и облачилась в самую легкомысленную из своих сорочек. Кажется, теплые пижамы, заботливо сложенные Мартой, мне не пригодятся.

Матрас на полу, который смутил меня поначалу, оказался мягким и удобным, а одеяло приятно тяжелым и прохладным. Я забралась в постель и начала рассматривать царапину на руке. Чем больше я смотрела, тем больше думала. И тем меньше мне нравилось все произошедшее.

Порез не был похож на другие раны. Во-первых, он совершенно не напоминал след от собачьего клыка исполинских размеров. Рана представляла собой тонкую, ровную полоску длиной около двух сантиметров. Во-вторых, кровь. Вместо того чтобы засохнуть корочкой, она как будто впиталась в кожу, и теперь вокруг пореза был четкий темно-красный прямоугольник, напоминающий татуировку. Боли я по-прежнему не чувствовала.

Немного поразмыслив, я натянула повязку. Ткань легла точно по руке, будто была сшита по мне. После этого я откинулась на подушку и уставилась в потолок.

История с испытанием нравилась мне все меньше. Пусть я внебрачная дочь герцога, но отдавать меня на растерзание байлангам… Похоже, Вестейна не любят коллеги. И готовы пойти на все, чтобы насолить ему. О-хо-хо, куда я снова влезла?

А еще байланги. Получается, каждый из парней имеет собственного пса? За два года щеночки наверняка выросли. А у меня этого пса нет, или…Я поднесла к глазам повязку и вспомнила, как Свейт прихватил зубами мою руку. Что он пытался сделать? Не понимаю.

Я повернулась к окну, и в бок укоризненно ткнулась книга. Я взяла свод правил в руки и без энтузиазма пролистала его. Судя по толщине раздела, предназначенного для адептов, разрешено здесь только дышать, и то с оговорками.

Раздел для преподавателей заинтересовал меня больше. Неужели им тоже что-то запрещено? Я просмотрела его, бормоча:

— Соблюдать распорядок… Обеспечивать явку адептов… Соблюдение адептами правил поведения и внутреннего распорядка… О, это у него точно хорошо получается! Запрещено спускаться в подвалы пятого корпуса кураторам рангом ниже третьей звезды… Любые неуставные отношения с между преподавателями и адептами караются… Бредятина! Кому это может прийти в голову?

Я отбросила книгу в сторону и решила, что изучение правил отложу на завтра. Еды мне так и не дали, а после всех волнений этого дня начало клонить в сон. Хлопком в ладоши я погасила свет, и сразу же заснула.

Разбудил меня стук в дверь. Такой деликатный, что стало понятно — это точно не куратор. В комнате было еще темно. Пришлось спешно влезть в брюки и накинуть рубашку. На ходу приглаживая гриву белых волос, я направилась к выходу.

В коридоре переминались с ноги на ногу двое парней. Длинные пепельные волосы пришельцев были собраны в хвосты, черная форма с белой рубашкой подчеркивала воинскую стать. Черты лица похожи… Братья?

— Привет, — поздоровался тот, что был выше ростом. — Я Сигмунд, а это Эйнар. Ледяной… То есть куратор Ааберг, просил разбудить тебя и проводить на завтрак. Вот твоя форма.

Он вручил мне стопку одежды. Я вспомнила про лестницу и ужаснулась:

— Он заставил вас сюда подняться с утра пораньше?

— Нет, — качнул головой Эйнар. — Мы оттуда.

И он взглядом указал на третью комнату.

— Там правда карцер? — подозрительно спросила я, надеясь, что это все-таки неудачная шутка.

— Ну… — замялся Сигмунд. — Официально он так не называется. Если ты думаешь, что это крохотная каморка без окон, то нет. Внутри там вполне нормально. А уж если ты любишь поститься и медитировать — то это место тебе точно понравится.

— Ясно, — выдавила я. — Все-таки карцер.

— Мы тебя на улице подождем, — сказал Эйнар, пряча усмешку, и они оба ушли.

Собираться пришлось быстро, и через десять минут я стояла на пороге, одетая в новую черную форму и плащ на меху с капюшоном.

Я вышла на порог и едва не задохнулась от восторга. Я прибыла вечером и в темноте видела только снег и звезды. А теперь передо мной предстала вся Академия Стражей Севера.

Дом, в котором меня устроили, находился на вершине горы. Внизу, на горном плато, расположились постройки разной степени монументальности. Главное здание Академии сияло шпилями на башнях и стрельчатыми окнами. Первые лучи рассвета окрашивали их в розовый. Среди снега были разбросаны общежития и арены для тренировок. И все это окружали величественные горы.

Долго любоваться мне не дали — нужно было спешить на завтрак, и впереди была клятая лестница. Пока мы спускались, я спросила у парней:

— А вас за что наказали?

Они мрачно переглянулись, и Эйнар промямлил:

— Да так, неудачная шутка.

Сигмунд поспешил сменить тему:

— А тебя за что перевели сюда?

Наверное, стоило промолчать, но я призналась:

— Тоже неудачная шутка. Над деканом факультета боевой магии.

Парни посмотрели на меня с уважением, и больше вопросов задавать не стали.

Завтракали в столовой. За дверью рядом с казармой нас ждал длинный стол, рассчитанный на шестнадцать человек. Да, теперь мне предстояло учиться вместе с пятнадцатью парнями. И за завтраком я пыталась переварить эту мысль, потому что больше переваривать было нечего.

Еда оказалась очень странной. Так как подали это зелёное нечто в суповой тарелке и рядом положили ложку, можно было решить, что это суп. Но в бульоне не было и следов мяса, овощей или картошки. Только какая-то трава. На вкус варево оказалось еще более странным, чем на вид. Глядя на мое лицо,