Греческие каникулы - Ш.

Раскрывая бесконечность по одной карте, Джинни поморщила брови. Склонив голову набок, она открыла еще несколько карт в необходимой последовательности.

— Ты сейчас о ком-то думаешь? — Джинни не поднимала голову на подругу, открывая новую карту.

— Нет, вообще. Разве что о том, что нужно посмотреть билеты на самолет.

— Понятно, — Джинни выдохнула. — Вот прям совсем о мужчинах не думаешь? Может в голове случайно Рон всплыл или кто-то еще?

— Джинни, Рон не всплывает в моей голове примерно с того момента, как мы расстались, то есть уже несколько лет. И единственные мысли в голове — сколько будет стоить билет накануне вылета. Наверняка баснословных денег.

Карты никогда не врут, и Джинни это прекрасно знала. И сейчас, наблюдая за игрой восьмерки, она не могла понять, что происходит. Со слов Гермионы, в её мыслях не фигурировал ни один мужчина, но почему-то именно сейчас она видела всё иначе.

Три открытые карты в виде аркан императрицы, умеренности и башни заставляли Джинни морщить нос с заметной ухмылкой. Пальцы перевернули несколько следующих, даря еще одну усмешку.

— Твоя улыбка очень коварна, неужели я потеряю бикини в шторм? — Гермиона усмехнулась, рассматривая довольную подругу.

— Знаешь, — Джин ткнула пальцем в одну открытую карту, — человеку, которому выпала эта карта, стоит положиться на судьбу. Пусть все события идут своим ходом, главное — спокойно воспринимать происходящее. Все дела идут к развязке, а значит, совсем скоро человек узнает, какая ожидает его судьба. Возможно, просто на его пути встретится такой человек, который сыграет не последнюю роль в его жизни, станет покровителем.

— Мне не нужен никакой грек. Завязать курортный роман, а потом разъехаться по разным концам мира совершенно не привлекательно.

— Цыц, — прошипела девушка, — тут невероятная энергетика, а значит, все чувства, которые просто лежали мертвым грузом, вдруг неожиданно проснутся, и дадут новые сильные побеги. Под покровительством этой карты все дела будут успешными.

Переворачивая оставшиеся закрытые карты, она дернула головой, подняв взгляд на Гермиону. А после вновь вернув на карты.

— Открытия, принятие, борьба, свобода. Полагаю, очень занимательное будущее, да?

— Будущее? — Гермиона усмехнулась. — Я так думаю, мы сами строим свое будущее, и полноценно верить картам — это как-то… — она поджала губы, наблюдая за взглядом подруги. — Ладно-ладно. Карты, как и гадание на кофейной гуще, и на чаинках… всё имеет смысл. Трелони очень гордилась бы тобой.

Гермиона прыснула, дотягиваясь до вина. Она понимала, что спорить с Джинни, особенно в момент, когда она настроена решительно, было бесполезно и даже опасно.

— Может останешься? — Гермиона оперлась о дверной косяк в прихожей, наблюдая за тем, как слегка хмельная подруга пыталась обуться.

— Нет-нет, — выпрямилась Джинни, отмахиваясь руками. — Собирай свой чемодан сама. И не забудь положить то красное бикини, на твоей заднице оно хорошо смотрелось.

— Джинни, — Гермиона усмехнулась.

— Я тебе ерунды не посоветую, ты же знаешь, — шумно выдохнула та и улыбнулась, опираясь на входную дверь. Толкнув её, Джинни вышла из квартиры и легко махнула рукой на прощание. — Не провожай, доберусь.

— Будь внимательна, — Гермиона в несколько шагов добралась до открытой двери, следя за скрывающейся подругой. — Бикини, — усмешка.

Дойдя до гостиной, в которой еще несколько минут назад они с Джинни выпивали вино и обсуждали её предстоящую поездку, Гермиона забрала со столика два пустых бокала. По дороге на кухню она глянула на сидевшего в кресле Живоглота.

— Глотик, все будет отлично! Джинни будет приходить и кормить тебя, не дуйся. И даже играть. Ну или раскинет тебе таро, — Гермиона прыснула от смеха. — Хорошо, что она не слышит меня сейчас.

Огромный рыжий кот недовольно посмотрел на свою хозяйку и отвернулся, помахивая пушистым хвостом.

Устало взглянув на невымытую на кухне посуду, она шмыгнула носом и скривилась. Позже.

Неторопливо выйдя из кухни и добравшись до спальни, она уселась на край постели и вздохнула. Небольшая, но мягкая постель так сильно манила в конце рабочего дня.

Разминая шею, Гермиона легко усмехнулась, останавливая свой взгляд на деревянном шкафу у стены.

Под влиянием Джинни она купила билет на самолет. Потратила баснословную сумму на перелет, а всё из-за того, что за несколько дней до вылета в экономе не оказалось мест.

И сейчас, разглядывая закрытый шкаф, она думала о том злосчастном бикини, лежащем где-то в глубине ящиков. Джинни, конечно, отлично разбиралась в моде, так было всегда. Вот только Гермиона давно отвыкла от таких вещей.

Поднявшись с мягкой постели, она медленно дошла до шкафа.

Каждая вещь находилась в каком-то творческом беспорядке, заставляя хмурить брови от непонимания того, как это всё возможно разобрать, а тем более решить, что взять с собой. Тихо простонав, Гермиона вспомнила слова Джинни о греках. Она улыбнулась, присаживаясь на колени и открывая нижний ящик, где лежат бикини.

Перебирая несколько имеющихся комплектов, она нашла необходимый. Самый привлекательный из тех, что у неё есть.

Взгляд скользнул по соседнему закрытому ящику. Облизав губу, Гермиона тихо выдохнула, решаясь на то, чтобы открыть и его.

Запуская руку вглубь, Гермиона выдохнула, доставая свои собственные секреты.

«Скелет в шкафу», как говорят маглы. Она усмехнулась от правоты высказывания. Именно там ее «скелетик» и лежит.

Пальцы слегка сжали несколько тонких кожаных ремешков. Черные полосы разной длины и ширины вырисовывали красивые узоры на портупеях, металлические элементы призывно переливались. Запах новой кожи распространялся по комнате и щекотал нос.

Закусив нижнюю губу, она отложила одно из изделий, доставая следующее. Легкая волна грусти окатила тело, заставляя понимать, что нет того, кто может разделить с ней её собственные предпочтения. В последний раз, когда она предложила немного экспериментов своему мужчине, то получила довольно неприятный и категорический ответ.

Волна воспоминаний охватила девушку.

Стоя в ванной, Гермиона поправляла шёлковый халат, расправляла волосы и ужасно нервничала. Несколько дней назад она наткнулась на небольшой магазинчик, и ради интереса и только, заглянула внутрь. Ранее она никогда не бывала в таких местах. Не интересовалась подобным, и вообще-то даже не думала, что когда-либо решится посетить такое место.

Все было как в тумане. Когда она впервые увидела те кожаные портупеи, мозг выдал единственную мысль — «Ты хочешь это надеть». Она не хотела, не могла, это было чем-то неправильным. Но другая часть её, та, что интересовалась новым с желанием и рвением, привела её к тому, что она купила их.

Несколько дней кряду она боялась признать себе, что чувствует нечто умопомрачительное, когда надевает на себя эти кожаные переплеты. Она боялась признаться