Распахни окна - Мар Лиса

— Я буду приезжать каждые выходные и проводить их все за работой. Оставляй мне часть заказов. Извини, что я тебя бросаю одного с нашим делом.

— Ты как брат мне, — отвечает он. — И я желаю тебе только счастья. Ты же знаешь…

И говорим вместе:

— Если правда хочешь — добейся!

Ева

Мне уже давно не сигналили из проезжающих мимо машин и не знакомились со мной на улице. А три года назад и вовсе моя самооценка, и так не летавшая в облаках, камнем рухнула вниз. Куда-то ниже плинтуса.

В тот вечер я неожиданно сильно задержалась на рабочем месте с делом нового клиента. Когда подняла голову от документов, оказалось, что все уже разбежались по домам. Зная привычку Коли работать допоздна, решила сделать ему сюрприз. Отправилась вглубь по коридору в его кабинет, рассчитывая, что он один, в дверь приёмной стучать не стала. Из-за приоткрытой двери кабинета доносился смех. Прошла по тёмной приёмной, заглянула в кабинет и увидела пару в романтической обстановке. Верхний свет приглушен, горят только небольшие настольные лампы, на столике у дивана бутылка шампанского и бокалы, девушка в одном белье сидит сверху на мужчине и расстегивает пуговицы его рубашки… Только вот это мой муж и его секретарша! А я стою и с места сдвинуться не могу. Тело охватил какой-то паралич. Слёзы и истерики, все это будет потом, а пока только мозг услужливо подкидывает воспоминания о всех командировках, работе допоздна, лёгкому запаху женских духов от его рубашек. Ты, видимо, не особо то и скрывался, Коля, да только я ничего не замечала, дура.

Хватит. Собираю волю в кулак и вылезаю из постели.

Сегодня второе сентября, первый официальный день занятий после вчерашнего празднично-организационного. И он, кстати, не задался с самого утра. Утренний кофе убежал на плиту, пока я искала новую пару колготок, потому что первую постигла незавидная участь оказаться в мусорном ведре через 5 минут после вскрытия упаковки. Еще выяснилось, что в коробочке не осталось новой пары линз, а выходить на улицу в очках я очень не люблю, но другого выбора нет.

Никогда не имела модельную фигуру, у меня пышная грудь и круглые бёдра, спасибо, что между ними есть талия. Стою и рассматриваю себя в зеркале. Волосы собраны в пучок, белая блузка с небольшими рукавчиками и поясом на талии, темная юбка-карандаш, туфли-лодочки и небольшой кожаный браслетик из разных оттенков бежевого. Он не подходит к образу, а снять не поднимается рука.

Павел

Учебный день второго сентября начинается для меня с лекции, после неё стоит практическое занятие с Евой. Своих одногруппников я бегло осмотрел вчера во время официального собрания, но сегодня на лекции весь поток. Занимаю место на одном из уходящих кверху рядов.

— Привет, — раздается слева. — Сяду рядом?

Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с блондинкой в откровенном платье. Вспоминаю, что видел её вчера на собрании группы.

— Привет, садись, если хочешь.

Сам отодвигаюсь чуть дальше.

— Я Лина, помнишь? А ты Паша, да? — не унимается девушка.

Не старайся, мне блондинки не нравятся.

— Да, — отвечаю из вежливости.

Пытаюсь вникнуть в лекцию и что-нибудь законспектировать, но сосредоточиться получается плохо, не терпится поскорее увидеть Еву спустя 3 года, от чего не сидится на месте и немного подрагивают руки.

После лекции захожу в небольшую аудиторию и сажусь за второй ряд, чтобы сразу в глаза не бросаться (сюрприз, Ева!), но и не потеряться из вида. С последней встречи с Евой я вырос еще на пару сантиметров, планирую её еще раз этим удивить. Немного подкачался в армии, а за почти год после неё волосы успели отрасти до привычной мне длины.

Лина снова садится рядом со мной. Ловлю на себе взгляды еще нескольких одногруппниц. Их внимание мне понятно, я реально старше их всех и выгляжу взрослее других парней. Но в данной ситуации немного напрягает.

Наконец дверь открывается и заходит Ева, минута в минуту, к слову. Я жадно сканирую её глазами, пока она идёт к своему столу. Выглядит строже, чем я её помню, но мне и это нравится. Кажется, к моментам на репите в моей памяти добавится ещё и этот образ «строгой училки». Глаз не могу отвести, сжимаю кулаки, чтобы держать себя в руках.

— Добрый день, меня зовут Миронова Ева Дмитриевна, и я буду преподавать вам общую теорию права и уголовное право, — говорит и смотрит куда-то поверх наших голов.

А я отмечаю, что не только я пришел удивлять сегодня. На лице у Евы небольшие аккуратные очки в тонкой золотой оправе, и ей безумно идет.

— Теперь познакомимся с вами, — дальше говорит Ева, садится за стол и подвигает к себе журнал.

Начинает зачитывать имена по списку. Моё сердце бешено бьется о рёбра в ожидании того самого момента. Задерживаю дыхание.

— Кравцов… Павел, — имя произносит уже почти шёпотом и поднимает глаза. Я вижу, как кровь отхлынула от её лица, побелели щеки и губы.

— Я, — и выдыхаю.

Смотрим в глаза друг другу несколько мгновений, кажущихся бесконечностью. Калейдоскоп эмоций сменяется на её лице. Удивление, недоверие, шок, волнение, замешательство. В итоге Ева берёт себя в руки и разрывает наш зрительный контакт, опуская глаза к списку. Продолжает читать фамилии дальше, только немного нервно, тоном голоса чуть выше, касается пальцами лица, накручивает небольшие прядки волос на висках. И я не лучше. Сломал две ручки, когда начал записывать за ней материал, потому что очень сильно сжимал их.

Остальную часть занятия Ева показывает нам слайды, частично спрятавшись за ноутбуком, а я пытаюсь хоть часть слов понять, что она произносит, вместо того, чтобы просто слушать её голос и наслаждаться этим.

В конце занятия рекомендует выучить все, что законспектировали сегодня, а также прочесть дополнительный материал, и отпускает нас. Все быстро собирают