Соправитель для королевы Эльсы - Яна Тарьянова

За спиной раздался шум. Эльса не обернулась — она поймала и удерживала взгляд отца.

— Что вам приказать? Выйти и разбить голову об стену? Нет… порыться в очистках на кухне! Это было бы хорошим уроком… жаль, что вы так и не поняли главное. Власть над подданными можно использовать только в минуты нужды или опасности. Ах, да… забудьте мои слова.

Освобожденный от взгляда Себерт отпрянул от Эльсы, как от чана с кипятком. Коротко склонил голову и исчез в темноте коридоров.

— Мама всё устроила! — Эльса вернулась в спальню, осмотрелась, нахмурилась. — Арх! Арх, слышишь?

Ответом был шорох снега, заметавшего подоконник распахнутого окна. Четкая цепочка следов вела к ограде. Поникшие плети камнеломки зашуршали: «Ты велела не трогать. Ты сказала — он свой».

— Вернется… — Эльса потерла чешую брачного орнамента и уверенно повторила. — Вернется. Куда он денется?

Глава 5.1

Ар-Ханг. Побег

— Кого мы выберем в качестве испытуемого?

Дожидаться, пока его превратят в бессловесную тряпку, Ар-Ханг не стал. Бегство было сумбурным, но много ли дракону надо? Крылья всегда с собой. Камнеломка послушно расступилась — Арх подозревал, что обратиться рядом с ней он не сможет, попадет в путы — выпустила двуногое тело на чистый снег. Мощные лапы взрыхлили сугроб, взмах крыльев сотворил метель. Дракон смерти взмыл в небо и помчался к океану, опасаясь погони.

Он еще не привык к виду земли с высоты: дома и двигающиеся фигурки казались детскими игрушками, теплые незамерзающие водоемы — лужицами после весеннего дождя. Северные олени, рыхлившие наст в поисках ягеля, вызвали укол сожаления — прихватить бы с собой тушу на ужин… Нельзя. Это снизит маневренность и скорость.

Промелькнула черно-белая цепь скал, украшенная горделивыми снежными шапками. Открылась и осталась за спиной узкая полоса песка, жадно впитывающая клочья морской пены. Впереди расстилалась хмурая, свинцово-сизая поверхность воды. Арх летел вперед, начиная экономить силы. Солнце спускалось к горизонту, тонуло в облаках — где-то далеко, над Кенгаром. Скоро на смену дневному светилу придут звезды. Это поможет сбить со следа погоню, но уменьшит шанс найти скалистый остров для ночевки и добычу. Крылатое тело требовало пищи — куда настойчивей, чем двуногое. Как назло, куда ни кинь взгляд, не было ни тверди, ни живности.

Островок — скорее, гигантский утес — встретился Ар-Хангу глубокой ночью. Потревоженная колония чаек истошно заорала, разлетелась, покидая гнезда. Мало кто уцелел — оголодавший дракон сбивал птиц крыльями, жадно глотал, давясь перьями, вынюхивал и пожирал дурно пахнущие яйца. Слегка насытившись, Арх обратился. Он еще не научился сохранять ясность мыслей в драконьем теле. Крылья дарили свободу, подстегивали инстинкты и туманили разум. А Арху было о чем подумать.

Брачный орнамент разросся, оплел предплечье, как виноградная лоза шпалеру. При взгляде на чешуйки Арх испытывал удовлетворение и беспокойство. Двуногий помнил яркую вспышку наслаждения, дракон знал, что его место — рядом с супругой. Кто вылетит на охоту, добудет дракайне оленя — еще живого, бьющегося в судорогах, истекающего горячей кровью?

Ар-Ханга приподняло с камня. Он усилием воли остановил превращение, сложил крылья и напомнил себе, проговаривая слова вслух:

— Подадут ей еду, не оголодает. Не изгнанницу в летней хижине оставил.

Страх и обида ожили, вцепились когтями в душу. Где это видано, чтобы дракон жил при жене под заклинанием подчинения? Почему именно Арху досталась одна из двух дракайн, способных навязывать свою волю сородичам? Вспомнилось надменное лицо соправителя Себерта и неизвестно откуда появившееся, не уступающее отцовскому, высокомерие Эльсы. Наедине — в постели, за столом, на прогулках в парке — Эль была другой. Открытой, иногда обидчивой и язвительной, иногда — удивительно покорной. Апельсиновый дурман заставил Арха забыть, что рядом с ним принцесса. Принцесса, наделенная нешуточной магией.

— Напомнили от души! — Арх заметался, топча яичную скорлупу и пиная камни. — «Эта тварь!» Он, небось, и ядовитых драконов на дух не переносит. А об меня всю оставшуюся жизнь будет ноги вытирать.

Он забился в расселину не ради сохранения тепла — для маскировки. Дремал, прислушивался к ветру: «А ну как раздастся упругий свист, хлопки крыльев?» Арх не сомневался, что его вернут насильно: Эль, может быть, не отдаст приказ, а Себерт — точно. Дракон смерти без поводка способен одарить кучей проблем.

Утром страх и обида погнали Ар-Ханга прочь от Большого Аспида. Он летел, останавливаясь на островках, ночуя на воде, пока не добрался до человеческого континента. Яскона встретила его неприветливо — с трудом удалось одежду украсть, о еде и не заикнись. Арх гонял выползней с болот, ими же перекусывал, мучаясь после трапезы изжогой и ядовитой отрыжкой. Снова превращался, шел к следующей топи — то по дороге, то хоронясь в лесу, пропуская военные караваны. Его никто не заставлял делать добро, и с людей он плату не требовал: не знал языка, даже если бы и хотел, не мог договориться. Преображенная магией земля раздражала, между ним и кенгарцами стояла непреодолимая стена. Маги наслаждались агонией жизни, Арх дарил быструю смерть. Достаточно одного выдоха.

Скитания быстро надоели. Да и не осталось незамеченным появление дракона. Яскона была независимой только формально, приказы магов выполнялись с полуслова. Небо начали утюжить самолеты, которые Арх с любопытством рассматривал, прячась в кустах. На дорогах появились засады. Как выяснилось, доспехи спокойно выдерживали очередь из крупнокалиберного пулемета. Магия реагировала чутко: при первом же выстреле сотворила шлем с прозрачным щитком-забралом. Можно было бы погонять наглых людишек, выкосить поголовье выдохами, но Арх решил не мараться… да и не рисковать. Один в поле не воин. В воздухе — тоже.

Домой, не просто домой — к Эльсе — тянуло все сильнее. Вечерами одолевала тоска, хотелось оказаться возле ограды, пролезть сквозь шуршащую стену из камнеломки, осторожно постучать в окно. На этом моменте сердце замирало. Что сделает? Накричит? Отвесит оплеуху? Пусть злится, валяет по снегу, пусть даже ногами бьет, лишь бы не наградила высокомерным взглядом, не превратила в бессловесную тварь заклинанием.

«Не попробуешь — не узнаешь», — напомнил себе Арх.

Глава 5.2

Ар-Ханг. Возвращение

Инстинкт дракона подсказывал, что на глаза обиженной дракайне — а Эль наверняка обижена — лучше не показываться без щедрого подношения. Пришлось ограбить железнодорожный состав, стоявший на запасном пути возле какого-то полустанка. Спикировавший с небес дракон разогнал охрану. Двуногий Арх с трудом, но отцепил последний вагон, убедившись, что в нем какая-то еда — в бочках — снова обратился, и, кряхтя от тяжести, понес добычу к дому своей супруги. На этот раз путь занял почти три недели — приходилось разведывать дорогу и тащить вагон от островка к островку. По правде говоря, Арх чуть не надорвался — вагон весил не меньше, чем он сам. Но что ни сделаешь ради дракайны… пока Эль будет удивляться — ведь не каждый день с неба валятся железнодорожные вагоны — немножко остынет… может, и простит бегство.

Добравшись до Большого Аспида, Арх сгрузил вагон на берегу и решил разведать обстановку. До ядовитой общины, особняка Летифер и дома дяди было недалеко — час полета. Понадеявшись, что скрытый темнотой вагон никто не украдет, Арх помчался к дяде. Узнать, не появлялись ли ледяные стражи с приказом об аресте. Надежду, что к дяде приходила Эль — искала заблудшего мужа по-семейному — Арх сразу отмел как несостоятельную.

Он постучал в дверь в предрассветной тьме. Дождался вопроса: «Кто там?», откликнулся. Дядя — укрывшийся под доспехами, настороженный — впустил в прихожую, спросил:

— Где ты был?

— Меня искали?

— Нет, никто не искал, — дядя бесцеремонно ухватил Арха за запястье, глянул на брачный браслет. Нахмурился, позволил выплеснуться обиде: — Что же ты так? Сбежал…