Мне не нужна любовь - Дмитрий Ребров

Света Хорошавина была психологом не только по образованию, но и по призванию. Еще в школе, на заре туманной юности, она поняла, что для нее нет на свете ничего более интересного, чем человек, неповторимая личность со всеми ее тонкостями и сложностями. Задолго до выпускного бала вопрос «куда пойти учиться?» перестал ее занимать — у Светы все уже было решено. Без особых проблем она поступила на психфак и училась там серьезно и увлеченно. На кафедре она была на отличном счету, преподаватели полагали, что призвание Светы Хорошавиной — наука, и в один голос советовали ей идти в аспирантуру.

Но Света поступила иначе. За годы учебы наука успела ей порядком поднадоесть, теорией она наелась досыта и к концу учебы горела желанием применить свои знания на практике. Живое человеческое общение — вот что было нужно Свете.

Вероятно, лучше всего ей подошла бы стезя психотерапевта, но в то время в стране моду диктовали совсем иные «психотэрапэвты», сама эта профессия в значительной степени оказалась дискредитирована. Становиться в один ряд с шарлатанами вроде Кашпировского и Чумака Света не захотела, а серьезная работа в этой сфере напрямую зависела от клиентуры и без мощной «раскрутки» стабильных заработков не гарантировала.

В поисках области применения своих знаний и способностей Света обратила внимание на зарождающийся туристический бизнес. Истомившихся за «железным занавесом» сограждан неудержимо потянуло «за бугор» — других посмотреть и, как водится, себя показать. Эта всеобщая повальная тяга к путешествиям обещала неплохие доходы, к тому же постоянное общение с посетителями давало возможность Свете реализоваться как специалисту-психологу. Идея, безусловно, была хороша, и Света не стала долго раздумывать — так возникла турфирма с лихим названием «Корсар Тревл», единственной владелицей и сотрудником которой стала дипломированный психолог Светлана Хорошавина.

Как любой новорожденный, фирма требовала ежеминутного внимания и заботы. С первых же дней своего существования она безжалостно забрала у Светы все ее время и все ее силы. Света не роптала — она знала, на что шла. Каторжный труд, помноженный на упорство и изобретательность хозяйки, постепенно стал приносить плоды. Света смогла снять приличное помещение в центре, оборудовать его всем необходимым и набрать небольшой штат сотрудников.

Но все-таки благополучие фирмы по-прежнему держалось, главным образом, на редкой способности Светы с первого взгляда «прочитывать» клиента. Стоило тому перешагнуть порог ее кабинета, как Света безошибочно определяла, что именно следует ему предложить. Она умела угадать желание посетителей с абсолютной точностью, даже если те сами еще толком не знали, чего хотят. Ни разу ей и в голову не пришло порекомендовать тур в Майами или сафари в Кении обычному инженеру, копившему на отпуск целый год, а скучающему нуворишу — заурядные Анталию или Хургаду. Мало кто, встретив столь тонкое и точное понимание своих запросов и возможностей, уходил от нее с пустыми руками.

Свете очень нравилась эта увлекательная ежедневная игра в угадайку, в которой она всегда выходила победителем. Да и клиенты от этих ее побед только выигрывали. Популярность фирмы росла, клиентская база расширялась, дела шли все лучше и лучше.

Но у любой палки — два конца. В столь уважаемом и солидном агентстве, каким с недавних пор считался «Корсар Тревл», участие директора в непосредственной работе с клиентурой стало не только излишним, но и вредным для репутации фирмы. Первой это поняла Оксана, ее доводы были весьма убедительны, и Света вынуждена была с ней согласиться. С тех пор ей остались лишь контакты с туроператорами и, как говорится, общее руководство. Круг ее общения крайне сузился, его составляли одни и те же люди, с которыми приходилось решать одни и те же вопросы.

Света заскучала. Она с ностальгией вспоминала времена, когда через ее кабинет ежедневно проходили десятки людей — пусть не всегда симпатичных, но зато всегда разных. Ей стало остро не хватать именно разнообразия в общении, и в этом смысле авантюра с Андреем пришлась как нельзя более кстати.

В самом деле, безработный, да еще из провинции — это могло быть весьма любопытно. Во всяком случае, это было ново, ведь по понятным причинам людей этого типа в принципе не могло быть ни среди друзей Светы, ни среди клиентов ее агентства. Она надеялась, что мастер не только преобразит ее кухню, но и станет для нее интересным собеседником.

Однако, несмотря на распитую за знакомство бутылку «Бейлиса», тесного контакта с Андреем у нее пока не получалось. Он не отличался особой разговорчивостью, к тому же каждый день работал допоздна, заканчивая свои труды лишь когда Света отправлялась спать. Такое положение вещей ее категорически не устраивало, и уже на третий день ремонта Света потребовала у Андрея прекращать работу по ее возвращении домой. При этом она сослалась на усталость от шума и отсутствие полноценного отдыха. Андрей вынужден был подчиниться, предупредив свою работодательницу, что это скажется на сроках ремонта.

На следующий день, едва Света вошла в квартиру, Андрей тут же закончил работать и, умывшись и переодевшись, предстал пред ясные очи хозяйки. Впереди был целый вечер, и он явно не знал, чем его занять. Света сунула ему в руки электрический чайник и сказала:

— Иди набери воды, будем чай пить.

Они уселись в загроможденной кухонным скарбом гостиной пить чай. Андрей отмалчивался, пауза затягивалась, тогда Света включила телевизор. Она по опыту знала, что прямые расспросы зачастую лишь мешают откровенному разговору, ставя собеседника в неудобное положение допрашиваемого. Гораздо проще бывает «вытащить» его на живую беседу, используя как наживку что-нибудь из только что увиденного или услышанного.

На телеэкране о чем-то увлеченно разглагольствовал известный политик — приближались парламентские выборы, и эта публика изо всех сил старалась быть на виду. «Что ж, политика — так политика. Для начала пойдет», — подумала Света и рассеянно поинтересовалась:

— Андрей, а ты за кого голосовать будешь?

— Не знаю, еще не решил, — замялся он. — Но уж точно не за этого!

— Почему? По-моему, он говорит весьма разумные вещи, — осторожно заманивала его Света.

Андрей покосился на нее, пытаясь понять, действительно ли ее интересует его мнение. Перехватив этот взгляд, Света повернулась к нему, всем своим видом демонстрируя внимание, даже уменьшила немного громкость «ящика».