Алые небеса Сеула - Лина Ро

Бабушка всегда говорила: «Молчание – золото», – что, похоже, работает, ведь сейчас минута тишины спасает лучше, чем весь треп вместе взятый.

Незнакомец с поразительно выразительным взглядом, от которого не отвлекает даже упавшая на веки ровная челка, начинает очаровательно улыбаться, догадавшись, о какой компании идет речь. С удивлением подмечаю: вежливая улыбка кажется искусственной, потому что взгляд у парня как у хищной птицы.

Ему бы, конечно, была к лицу усмешка, но сейчас судить не берусь – не место и не время.

Широко улыбаюсь в ответ, набираю полную грудь воздуха для очередного речевого водопада, но ситуацию меняет неожиданно увеличившийся поток людей. В какой-то момент теряю отзывчивого незнакомца из виду, пытаясь увернуться от курьера… и уже готовлюсь поддаться новой волне паники, как вдруг мужские руки одним властным движением решают все проблемы разом.

Брюнет – хотя здесь почти одни брюнеты и ходят – хватает чемодан и меня заодно, настойчиво командуя двигаться. Ни в голове, ни на языке не возникает желания спорить, и я с радостью плетусь следом, овеваемая облегчением и надеждой. Спасена!

Признаюсь, я никогда не мечтала быть типичной героиней сказки в образе «девица в беде», которую спасает прекрасный принц, но… порой стать ей действительно приятно.

Спустя пятнадцать энергичных шагов бесноватый пешеходный переход остается позади.

Парень же безупречно вежливым тоном поясняет:

– Послушайте, мисс, мне жаль, что ваш день не задался, а я тоже спешу и… опаздываю.

– Ой, конечно, не обращайте внимания, не хотела вас грузить, – проговариваю, неловко улыбаясь.

– Однако постараюсь вам как-то помочь. Вон вход в метро. В зоне касс есть камеры хранения. Аппарат принимает не только воны, но и доллары, хотя иногда сдачу не выдает. Оставьте чемодан там, а то в «Пак-Индастриал» еще примут за чокнутую.

– А ведь действительно, спасибо, я об этом даже не подумала! – Спохватившись, ударяю себя пятерней по лбу: с чемоданом могло возникнуть много возни.

– Теперь посмотрите на ближайшую к нам аллею.

Подхожу к парню чуть ближе, щурюсь.

– Видите: в конце – кафе? А за ним – стеклянное здание с пикой?

Взгляд скользит вдоль кафетерия, пока не цепляется за заветное строение, которое я сразу же узнаю.

– Это и есть «Пак-Индастриал», пять минут идти. Надеюсь, вы успеете и все обойдется. Простите, а теперь я вынужден бежать.

– Да, вижу! Спасибо огромное! – Неосознанно касаюсь чужого предплечья и почти подпрыгиваю от счастья.

Незнакомец поворачивается ко мне, кланяется – жест вроде как типичен для местных, но сама повторить не решаюсь, – а потом говорит фразу на корейском. Сейчас моих познаний в чужом языке достаточно: он прощается.

Жаль, ответить нормально не успеваю – парень мгновенно ретируется, но выкрикиваю вдогонку:

– Спасибо вам еще раз и хорошего дня! – У меня нет времени на глупую прокрастинацию, но невольно задерживаю взгляд на стремительно удаляющемся молодом корейце. Губы растягивается в улыбке, а в груди разливается приятное тепло. Все-таки он первый человек, который мне реально помог. Жаль, не встретимся снова. И вовсе не потому, что я его не узнаю среди сотни тысяч азиатов, просто какова вероятность?

– Ох черт, чего я стою?! – Шлепаю себя по лбу, резво подхватываю чемодан, опять забывая про колесики, и мчусь к спуску в метро, желая избавиться от махины.

Здесь все именно так, как и говорил незнакомец, поэтому заминки не возникает. Ловко запихиваю багаж в камеру хранения, не думая о том, что тупой аппарат зажал деньги. Плевать, главное, теперь я мобильна.

Оказавшись на улице, смотрю на дисплей: девять минут в запасе, успею! Ускоряю шаг и почти бегом залетаю в холл огромного здания, где меня сразу стопорит охранник.

Мужчина в форме, торчащий на проходной, обращается ко мне на корейском. В ответ хмурю брови и неловко пожимаю плечами, попутно поясняя: я из Америки.

Охранник переходит на скудный английский:

– Имя.

– Мэри Хоук, я в списке, проверьте. – Тычу пальцем в планшет мужчины, точнее, пытаюсь, но он пресекает мои попытки злобным взглядом, после чего я предусмотрительно поднимаю обе ладони вверх.

– Да, но нельзя, – отрицательно качает головой охранник.

Интересно, если он не может найти в списке упрощенную форму имени Мэри Хоук, как долго будет копошиться с именем, данным мне с рождения, – Мария Соколова? Думаю, вечность.

– Проверьте, пожалуйста. У меня нет времени. До собеседования – несколько минут, пропустите, – возмущаюсь, готовая двинуться без спроса, но мужчина перекрывает путь.

– Показать грудь, – произносит он, и в моих глазах вспыхивает ярость.

– Что? Сексуальное домогательство?! Вы одурели?! Я вас по судам затаскаю!

Вероятно, гневная речь, не до конца понятная охраннику, подталкивает мужчину к мысли, что надо объясниться.

– Нельзя показать грудь.

– А… вы о моем внешнем виде? Ну… я ведь… самолет задержали, не успела переодеться… – Мне безумно хочется пересказать ужасную историю перелета, но меня же все равно не поймут.

Остается лишь одно – молиться.

– Боже! – страдальчески складываю руки и шепчу одними губами: – Если Ты меня сейчас проведешь внутрь, обещаю выучить корейский, начать ходить в церковь по воскресеньям и все такое… Что там люди еще делают?.. – Докатилась! Стою посреди холла в чужой стране и молюсь о чуде. Занавес.

Моя псевдомолитвенная речь почти перетекает в стадию обреченности, как вдруг, словно манна небесная, на мои плечи опускается какая-то ткань, которую придерживают длинные, бледные пальцы. Инстинктивно вздрагиваю, как перепуганный заяц, а из горла вылетает матерное слово. К счастью, вовремя узнаю того самого парня, который и направил меня по нужному адресу, а не как все его сородичи – на три веселых буквы.

– Ох… Братан, отбой тревоги, помощь подоспела. Прости, что побеспокоила, – тихонько обращаюсь к Создателю и фокусируюсь на моменте.

Между моим спасителем (на минуточку, уже второй раз за день, даже не представляю, привыкаю к этому или напрягаюсь) и тупоголовым охранником начинается диалог. Слов не разбираю, однако отмечаю, что защитник мой будто бы мозги мужчине вправляет.

Не теряя лица, важно перевожу взгляд на сотрудника в форме, чуть вздергиваю нос для солидности и слегка киваю в такт корейской речи. Очень надеюсь, что меня сейчас не идиоткой обзывают, а то именно так и буду выглядеть.

Спустя пару минут пререканий слышу знакомый язык… хм, не прошло и полугода! Как же приятно не чувствовать себя рыбкой в аквариуме.

– Мисс, ваше имя?

– Мэри Хоук, – неуверенно отвечаю, словно за вопросом кроется подвох, попутно успевая стрелять глазами