(не) Жена для огненного ректора - Виана Брайнт

— …что за человечку ты нашел, и зачем вообще? — слышу голос женщины, теперь уже отчетливее. — Ты мог бы взять в жены любую ведьму, просто из-за твоего имени и заслуг.

— Это не твое дело, — отвечает Арэн, его голос звучит напряженно. — Я сам решаю, кого и зачем брать в жены.

— Но ты же понимаешь, что это вызывает вопросы, — настаивает женщина. — Почему именно человек? По слухам, в ней все лишь капля магии, и то, что-то незначительное. Ведьмы уже начали сплетничать. Ты рискуешь потерять уважение.

Слова женщины пронизывают меня, словно острые иглы. Значит, дело не только в помолвке, но и в статусе. Арэн выбрал меня, человека, и это поставило под сомнение его авторитет среди ведьм. Интересное развитие событий, но нужно узнать еще больше.

— Я не нуждаюсь в твоих советах, — холодно произносит Арэн. — Уходи.

Женщина что-то тихо отвечает, но я уже не слышу её слов. Все мысли путаются в голове, я едва удерживаюсь на плюще. Какая же я дура, что ввязалась в это. Часть разговора не дала абсолютно ничего, только пищу для новых размышлений. Я и так подозревала, что я — всего лишь инструмент в его руках, а теперь уж и подавно.

Попытка спуститься с плюща становится настоящим испытанием. Руки продолжают дрожать, и делают это только сильнее, а волнение и страх становятся моими врагами. Карабкаться вверх было легче, а высота всегда была и остается моей слабостью. Голова начинает кружиться, и внезапно моя нога скользит, теряю равновесие. Падение кажется бесконечным, пока я не приземляюсь в кустах под окном. Боль пронзает тело, острые шипы растения впиваются в кожу, и я невольно визжу. В глазах темнеет, то ли от боли, то ли от страха.

В кабинете раздается топот. Кто-то бежит к окну. Паника захлестывает меня: я не могу позволить себе быть раскрытой, особенно сейчас, когда подслушивала чужой разговор. Сердце бешено колотится, мысли путаются. Надо срочно ретироваться!

Растерянная и напуганная, еле поднявшись на ноги, начинаю бежать, стараясь скрыться от его взгляда. Спотыкаюсь, падаю на колени, но снова поднимаюсь, не оборачиваясь. Главное — уйти, спрятаться, не дать ему увидеть моё лицо, только надеясь, что он не успел меня разглядеть.

— Эй, стой! — мужской голос разносится по саду, позади слышится еще какой-то шум.

Но я не могу. Не могу остановиться. Ноги бегут сами по себе, тело движется по инерции, прислушиваясь к инстинктам. Чувствую, как в ушах гудит кровь. Всё, что я могу думать — это бежать, как можно быстрее и дальше.

Кажется, что шаги приближаются, но я не оборачиваюсь. Лишь когда добегаю до густых зарослей в глубине сада, позволяю себе замедлиться. Стою вся запыхавшаяся, еле дыша, в листьях и царапинах, но это сейчас не важно.

Надо как-то прийти в себя. Вопросы и сомнения терзают меня. Кто была эта женщина? Почему Арэн так защищался? И причём здесь вообще помолвка? Все это кажется частью одной большой игры, и каким боком тут я — остаётся не понятным.

Я воровато оглядываюсь, надеясь, что в саду я все-таки одна, и облокачиваюсь о дерево, прикрывая глаза.

— Фух… — шумно выдыхиваю, пытаясь восстановиться, когда справа слышится шорох.

Не успеваю ничего сделать, как сильные мужские руки припечатывают меня к дереву, не давая возможности шелохнуться. Мгновенно распахиваю глаза и вижу его перед собой.

— У тебя определённо проблемы с дисциплиной, — его голос звучит недовольно, но не холодно как ранее. — Думала, мне будет сложно спуститься вниз? Так опрометчиво.

Арэн нависает надо мной, не давая и шанса снова сбежать. Моя грудь сжимается от его прикосновений, но я стараюсь не поддаваться панике. Смотрю ему прямо в глаза, игнорируя свои смешанные чувства. Я чувствую, как его теплое дыхание касается моего лица, и сердце начинает биться еще быстрее. Момент наполнен напряжением, и я пытаюсь сохранить остатки гордости.

— Да, у меня есть проблемы с дисциплиной, особенно когда речь идет о вас, ректор, — отвечаю я с вызовом в голосе. — А вы? Считаете ли вы нормальным прижимать к дереву адепток в сумерках? Или это ваша обычная практика?

Моя реплика вырывается из меня сама собой, словно некий защитный механизм. Я слишком взволнована от его близости, чтобы размышлять о последствиях. Но даже в этот момент я не могу удержаться от того, чтобы не смотреть на его лицо, пытаясь прочесть что-то в его выражении.

Арэн удивленно вскидывает брови, но не отступает, только слегка отодвигается, давая мне больше пространства. Его взгляд остается напряженным, но я чувствую, что его решимость не ослабевает.

— Если нужно, я и это сделаю, особенно с теми, кто подслушивает чужие разговоры, — говорит он резко, подчеркивая каждое слово. — И теперь, я даже не знаю, как с тобой поступить.

Он замечает царапины на моем лице, и его взгляд слегка меняется. Арэн поднимает одну руку, и касается моих темных волос, убирая их в сторону, чтобы рассмотреть увечья получше. От неожиданности, с моих губ срывается короткий вздох.

— Ты поступила глупо, Мора, — произносит он тихо, его голос звучит почти мягко. — Ты вообще не должна была этого делать. Знаешь, любопытство может погубить.

Мое тело странно реагирует на его прикосновения, меня неосознанно влечет к теплым нежным рукам, пока его пальцы очерчивают контура царапин. В животе что-то приятно потянуло, дыхание снова становится тяжелее. Поясница необъяснимо выгибается, пока он легко касаются моей щеки. На лице мужчины появляется намёк на ухмылку, я так и вижу как уголок его рта дергается вверх.

Это нужно остановить, слишком близко, слишком странно. Тем более, когда это делает он. Тут нет никаких чувств, просто он застал меня врасплох, загнал в угол, и играет перед тем как съесть.

Я слегка отворачиваюсь, пытаясь избежать нового прикосновения и зрительного контакта.

— Мне не нужна ваша помощь, господин Ректор, — отвечаю, стараясь поддержать свою решимость. — Я справлюсь сама. А теперь, позвольте мне уйти.

Пытаюсь убрать его руку, которая загораживает путь, но не могу. Она словно вросла в дерево позади меня. Арэн властно, но одновременно осторожно, берет меня за подбородок и заставляет смотреть на себя.

— Кажется, я тебя еще не отпускал, — в его темных обсидиановых глазах плещется что-то незнакомое, и это пугает. — Дорогая Мора, неужели ты подумала, что я отпущу тебя после всего того фарса, что ты мне устроила сегодня? Да и еще всю в царапинах, и скорее всего с ушибленной спиной, или даже хуже — головой.

Не дожидаясь моего ответа, он поднимает меня и перекидывает через