120 миллиметров между нами - Антония Эдельвейс

- Понял, - буркнул тот в ответ.

- А вот я не поняла! Это что ещё за заявка? Дурой меня хочешь выставить?

- Только если этого захочешь ты сама, - невозмутимо пожал плечами блондин.

Саша стоял у меня по правую руку, чуть за спиной, не влазя в наш диалог. Он редко когда прерывал наши обмены любезностями со Щелкунчиком, предпочитая контролировать ситуацию со стороны, чтобы в нужный момент мне помочь. Я кинула быстрый взгляд в его сторону, отметив, что Саша был очень сосредоточен и явно недоволен непонятностью происходящего.

Я с ним была полностью солидарна - ситуация была непонятной и больше смахивала на ловушку.

- Уж не знаю с чего это вдруг у тебя за внезапная щедрость, но мне твои вассалы даром не сдались.

Щелкунчик какое-то время смотрел на меня, сосредоточенно изучая лицо и всматриваясь в мои глаза, пытаясь что-то в них разглядеть. Удовлетворившись чем-то увиденным, он едва заметно кивнул своим мыслям.

- Дело твоё. Но и нападать они на тебя больше не будут, - спокойно произнёс он, при этом пронзительным взглядом обведя всех ребят. Те, словно по команде закивали. Кто-то активно, кто-то через силу и с кислым лицом, а кто-то безразлично пожав плечами.

Он обернулся ко мне, подойдя на шаг ближе. Я скорее почувствовала, чем заметила, как напрягся Саша, при этом не сдвинувшись с места.

Щелкунчик стоял на расстоянии вытянутой руки, смотря на меня.

Только тогда я заметила, какие у него яркие глаза, чём-то похожие на майское небо над нашими головам, а чем-то напоминавшие иглы льда, и вовсе они были не холодными, а тёплыми, мягкими.

Прямой небольшой нос, едва заметная сохранившаяся пухлость щёк, пушистые светлые волосы. Всё-таки он действительно был похож на принца из Щелкунчика.

Внезапно он протянул мне руку.

- Что ж, пора прощаться. Завтра мы уже уезжаем. Рад был нашему знакомству, Колючка.

- Из вежливости скажу, что взаимно, Щелкунчик, - я с усмешкой подала протянутую ладонь, всё ещё внутри напряжённая, как пружина - вдруг он решит напоследок сбить меня с ног.

Но ни рывка, ни удара не последовало. Его тёплая ладонь, крепко сжав напоследок мою, разжалась, и он кивнул.

- Прощай, Ир.

- Прощай.

- Что, даже напоследок моё имя не скажешь? Настолько я тебе противен? - по его губам скользнула печально-едкая улыбка.

Я нахмурилась, посмотрев на него как на идиота.

- И как я должна это сделать, если даже не знаю твоего имени?

Сказать, что он был в шоке - ничего не сказать. Звук его смеха был столь внезапным, что больше походил по своим ноткам на истерический.

- Ты… Ты! - давясь смехом хрипел подросток. - Я просто не могу! Мы же несколько лет знакомы, а ты не знаешь, как меня зовут? Ты просто нечто!

- И ничего смешного нет, ты мне никогда не представлялся, а учимся мы в разных школах, как я могла узнать? - обиженно насупилась я, демонстративно скрестив руки и отвернувшись.

- Игнат. Меня зовут Игнат, - отсмеявшись, произнёс блондин и, не дожидаясь моей реакции, он развернулся, подхватив со скамейки свой портфель, закинул его за плечо и пошёл в сторону улицы с ещё несколькими ребятами.

Что-то в этом моменте чувствовалось неправильным и, повинуясь порыву, я крикнула ему в след:

- Прощай, Игнат!

На мгновение замерев, тот поднял руку, не оборачиваясь, помахав мне.

Мы с Сашей наблюдали, как ребята скрылись за углом дома.

- Странно всё это, словно неправда, - задумчиво сказал друг, поравнявшись со мной.

- И не говори, Саш, - вздохнула я. - Пойдём домой?

- А может в кафе, по мороженому?

Я хитро взглянула в зелёные глаза парня.

- А ты знаешь меня лучше меня самой.

Тот шутливо отвесил поклон, улыбаясь мне чеширской улыбкой.

- Пошли!

Глава 2

Какие-то воспоминания с тех лет размылись, практически стершись из прошлого, другие же яркими пятнами отпечатались в памяти.

Первый год после отъезда Игната был странным. Было непривычно его отсутствие во дворе, непривычно не иметь возможности перекинуться с ним парой едких фраз и выпустить пар. Его «подданные» относились к нам с Сашей настороженно, и это было взаимно, но они не лезли к нам, а мы к ним. Наши нейтрально-подозрительные отношения продолжались две четверти, но к весне, вместе со снегом, они оттаяли, став, если и не дружескими, то приятельскими.

Меня с Сашей родители записали в секцию тайского бокса, с целью, чтобы мы выпускали пар под присмотром тренера, а не во дворе. Как же они радовались, когда мы перестали приходить с улицы в грязи и со свежими ссадинами, наивно полагая, что секция помогает. На деле же всё было проще – нам больше было не с кем драться во дворе, ведь без Щелкунчика никто не стремился влазить в разборки. С другой стороны, секция лишней точно не была, порою действительно хотелось помахать кулаками, по крайней мере, лично мне.

После ухода Игната в банде многие разошлись кто куда. Поддерживали связь лишь четверо ребят: Володя - Рябый, Колян, Женя - Железо и Витя - Винт.

С распадом банды они продолжили общение, ведь ходили в одну школу и славились своей безбашенностью. Их считали хулиганьем, шпаной, кто-то говорил в их сторону и вовсе - гопота. Виной тому было их нежелание носить форму и бандитский вид большую часть времени, за что их не раз водили на советы профилактики. Да, они носили смелые прически, Витя и вовсе сделал себе пирсинг, но на деле они были вовсе не шпаной и бандитами. Они были грубы, но нужно уточнять с кем именно.

Они заслужили авторитет среди школьников за то, что жестоко расправлялись с теми, кто избивал младшеклассников и отжимал у них вещи, хотя, пару раз они дрались и с особо обозревшими старшеклассниками, которые не ставили во внимание ни учителей, ни самого директора. Конечно, махать кулаками во имя справедливости – так себе идея, но они считали, что метод не важен, главное результат.

Узнав об истинном порядке вещей, я даже прониклась к ним уважением. Постепенно мы как-то незаметно для самих себя сдружились.

Со временем к нам присоединилась и Оксана. Ей тоже хотелось компании и, хоть сперва она искренне удивлялась природе моей дружбы с теми, кто всего пару лет назад бил меня, и кого я мутузила в ответ, постепенно и она тоже прониклась