В жены поневоле - Наталия Ладыгина

— А мне — нет.

— Ладно, — хмыкнул недовольно. — Когда ты сможешь?

— В том-то и дело… — произнесла иронично. — Никогда не смогу.

— То есть?..

— Что из вчерашних сказанных мною слов тебе было непонятно? Я не собираюсь выходить за тебя замуж. Мне плевать, зачем тебе это нужно, но отцу я все уже сказала. Не звони мне больше, — собиралась сбросить звонок и забыть его голос как страшный сон.

— Стой.

— Что?

— Ты хорошо подумала?

— Да. Теперь все?

— Пока — все.

— Что значит «пока»?

— Просто даю тебе время попсиховать.

— Даешь мне время?.. — хмурю брови, ничего не понимая.

— Все уже сделано, Ульяна. Ты не можешь отказаться.

Спустя неделю. Действия из пролога.

— Подписывай!

Он схватил мою руку, силой разогнул пальцы и заставил взять ручку.

— Почему сейчас?.. — слезно всхлипываю. — Свадьба же только через неделю…

— Ты про свадьбу вспомнила? — ухмыляется он жутко, упирая ладони в стол. — Когда сама же сбежала накануне ее?!

Да, сбежала. Я не хочу выходить за этого человека. Не люблю его. Он вызывает в моем сердце только страх и ненависть. Меня вынуждают.

По правде, я ждала, что это отец меня найдет и притащит за волосы обратно в Питер. Не он. Не это бездушное чудовище, для кого брак со мной очередная сделка.

— Оставь меня… — вымолвила сипло.

— Подписывай.

— Не буду…

— Мне тебя мотивировать? — произносит вкрадчиво, отчего по телу проносится разряд за разрядом. — Я могу это сделать.

— Ты… ты не тронешь меня, — тяжело сглатываю, глядя на него из-под густых ресниц. — Не посмеешь.

Кирилл жутко ухмыляется в своей манере, а после отрывает ладони от стола. Встает в позу, скрестив руки на груди.

— Ты так ничего и не поняла… — цокнул он. — Глупая девчонка, — медленно двигается в сторону, заходит мне за спину. Останавливается прямо за моим стулом и как схватит меня за плечи. Точнее, он просто положил на них свои ладони, а я вздрогнула так, будто меня током ударило. — Сиди, — требует, когда я пытаюсь рывком встать. — Не дрожи, — а вот этого я не могу перестать делать. — По своей воле, или поневоле… ты станешь моей женой. Прямо сейчас по бумагам. А через неделю перед всеми.

— Н-нет… — выдыхаю отважно.

— Значит, поневоле. Пусть так. Для меня нет никакой разницы.

— Откажись от этого, прошу тебя… Я не могу…

— Поздно что-то менять. Я должен на тебе жениться. Многое поставлено на карту, а также многим пожертвовано.

— Чем пожертвовано?..

— Не притворяйся, Ульяна, — цедит Кирилл, сильнее сжимая мои плечи пальцами. — Ты, я думаю, прекрасно понимаешь, как твой папашка вылез из ямы, в которую сам благополучно залез. Благодаря моей семье. Думаешь, даром? Или в кредит? Ни то, и ни другое.

Этот человек знает меня еще с моих пятнадцати лет. Он никогда даже не смотрел в мою сторону. А когда все же мы случайно сталкивались взглядами, то меня бросало в дрожь, я тут же отворачивалась. Это все наше общение за последние годы дружбы наших родителей.

— Я… я знаю, что у тебя есть девушка. Почему ты на ней не женишься?

— Потому что должен на тебе, — отпускает мои плечи и возвращается на прежнее место. — Подписывай и поехали уже отсюда.

— Куда поехали?..

— Давай. Живее, — смотрит на часы на запястье. — Или ты хочешь, чтобы я тебя прямо так вынес?

На мне лишь легкий шелковый халат. А под ним ничего. Я только что приняла душ, как вдруг он заявился.

— Пожалуйста…

— Хватит, Ульяна. Терпение уже на исходе.

— Но что, если я не хочу?.. Я не собиралась становиться решением проблем моей семьи. Это… это бесчестно.

— Но у тебя нет выбора, — произносит жестко, глядя на меня своими жуткими голубыми глазами. — Впрочем, у меня тоже.

— Как это… тоже?..

— Это сделка. Как только мне перестанет нужна эта фальшь, будешь свободна. На все четыре потопаешь.

— Но…

— Что, — склоняет голову чуть набок и криво ухмыляется мужчина, — думала, я тебя хочу? — я сию секунду отвела взгляд в сторону и шумно задышала. — Спать с тобой я не буду. Все только напоказ.

— П… правда? — смотрю на него.

— Подписывай, — кивает на бумагу.

— Ты правда отпустишь меня, когда придет время?.. Обещаешь?

— Да. Ставь подпись.

И тогда я судорожно спешу сделать как он просит, после чего он забирает бумаги.

— Ну вот и все.

— Что, все?..

— Ты подписала себе приговор, Ульяна.

Холодок волной проносится по всему моему телу.

— Какой еще приговор?..

— Иди одевайся, — игнорирует мой вопрос.

Я встаю со стула, но и шага не делаю. Смотрю на него. Пристально. Да что я ему только сделала?…

— За что ты так со мной?.. — в моем голосе явное отчаяние.

— Ты знаешь, — спустя какие-то мгновения произносит Алиров. — Я заключил сделку. А ты пыталась уклониться от выполнения ее условий. Ясное дело, что я зол.

— Но что значит… приговор?

— А то значит, — делает ко мне резкий шаг и, когда я в страхе собиралась сесть обратно на стул, он удержал меня за руку. Крепко вцепился в мое запястье, — что ты будешь играть на моих правилах. Возможно, что… — бегает глазами по моему лицу, — кое-что из этого тебе не понравится.

— И что это?..

— Ты одеваться идешь? Или мне все-таки тебя так отсюда вытащить?

— Куда… куда ты собрался меня везти? — все еще отдышаться не могу.

— Домой. К маме с папой. Все будет так, как и задумано. Гребаная свадьба через неделю! — прорычал он с лютой ненавистью в глазах. — Мне еще слухов не хватало.

Я так и не поняла, что он имел под словом «приговор». Но, похоже, что когда-то я стану ему не нужна — чистая правда. Разведемся и все.

— Ладно… Я пойду оденусь.

Уйти не могу. Его рука все еще сжимает мою руку, а глаза, кажется, смотрят в самую душу.

— И не думай, что у тебя есть еще хоть одна попытка удрать. Ты подписала…

— …приговор. Я поняла. Ты просто решил подстраховаться, — шиплю. — Теперь отпустишь? — кручу запястьем. — Ну? Что смотришь?

— Пытаюсь понять кое-что.

— Что?

— Откуда такое нежелание устроить свою жизнь за чужой счет.

А он все об этом… Не может в толк взять, как за него, красавца, замуж не хотят.

— Может, я просто не такая?

— Какая не такая? — его глаза смеются надо мной.

— Зачем мне жить за чужой счет, когда я сама могу со всем справиться?

— Но твоя семья — нет.

Моя семья