Измена. Ты меня не узнаешь, любимый - Полина Измайлова

Как не принимать, когда на глазах рушится всё? И я не понимаю причину.

Не понимаю!

Мне кое-как удается взять себя в руки. Мы уже почти закончили с покупками, когда я замечаю, как Олег вдруг насторожился.

Его взгляд устремлен куда-то в конец прохода. Я смотрю туда же и вижу стройную женщину с элегантной прической в шикарной соболиной шубке.

Она красивая, но какая-то холодная, что ли? Смотрит на стеллажи с товаром со змеиной улыбкой на тонких губах.

— Кто это? — спрашиваю я, уловив, как Олег настойчиво тянет меня за руку в противоположную сторону.

— Никто, — бросает он, но голос выдает его с потрохами.

— Олег, это кто? — я резко торможу, заставив супруга посмотреть мне в глаза.

Вижу, что он напрягается, глазки бегают, дышит как-то странно. Что это значит?

То, что он знает эту бабенку — сто процентов. Но вот насколько близко знает?

— Олег? — уже шиплю на мужа, вцепившись ему в руку.

— Да что ты пристала? Это просто коллега. Наша новая финансист. Пошли отсюда скорее.

Значит, коллега? Интересно. Я тоже начинаю заводиться, меня бесит его стремление увильнуть, эта явная ложь.

— И почему мы ее избегаем? — не отстаю я.

Он на секунду мнется, а потом выдает, раздувая ноздри:

— Да потому что я накосячил с отчетом, не хочу я с этой звездой пересекаться. Она сейчас увидит меня и опять начнет отчитывать как пацана! А мне это нужно?

— Правда? — у меня не получается скрыть недоверие в голосе.

Что-то в его показаниях не сходится. Не смотрел он на нее так, как на требовательную начальницу. Совсем наоборот.

Олег встречает мой взгляд и раздраженно бормочет:

— Алёна, ну елки-палки, а? Давай не будем.

— Что не будем?

— Ничего!

Муж резко разворачивается и спешит к кассе, оставив меня с тележкой и грузом сомнений.

*****************************************************************************************************

Дорогие мои читатели! С наступающим вас Новым годом! Желаю вам всего самого-самого светлого! Мира, добра, здоровья, благополучия, счастья!

Пусть никакие ИЗМЕНЫ не омрачают вашу жизнь! Пусть ИЗМЕНЫ всегда будут только в книгах!

Желаю вам самых верных, самых преданных, самых любящих и нежных мужчин!!!

С НОВЫМ ГОДОМ!!!

Визуал!

Визуал!

Хочу вас познакомить с нашей героиней!

Какой вариант АЛЁНЫ вам больше нравится?

Алёнка 1

Алёнка 2

ВЫБИРАЕМ КРАСОТКУ В КОММЕНТАРИЯХ!!!

***************************************************************************************************

А еще я хочу пригласить вас в чудесную новогоднюю СКАЗКУ!!!

ПАПА ДЛЯ МАНДАРИНОК. С НОВЫМ ГОДОМ, БОСС

Мандаринки! Ну, где же вы! Ау? — зову своих непосед близняшек, которые успели куда-то испариться. — Мандарин, ко мне, ты куда сбежал, зараза такая! — грозный мужской голос раздается где-то неподалеку. — Мандаринки! А ну, быстро ко мне! — зову громче. — Мандарин! Ко мне! Ко мне, кому сказал! — он тоже повышает тон. Стоп. Это что еще за Мандарин? И почему его зовут таким знакомым голосом?

От автора: ЯРКАЯ НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ ПРО БЫВШИХ! ДЕТИ, БОСС, ОЗОРНАЯ СОБАКА! МОРЕ ЭМОЦИЙ И ЮМОРА ПОД ЁЛКУ!

ЧИТАЕМ ТУТ

Глава 4

Не будем, значит? Так…

Поведение мужа мне определенно не нравится.

Не будем…

Ну нет уж. Извини, дорогой! Мы еще не всё купили! Так что мы еще как будем!

— Олег! Олег, погоди!

Зову нарочито громко, привлекая внимание змеюки в соболях, которая приподнимает бровь, оглядывая меня с ног до головы таким взглядом, словно я нечто недостойное.

— Олег!

— Алёна, блин…

Он поворачивается как раз в тот момент, когда его грозная финансист притормаживает в паре метров от меня.

— Олег Вячеславович? Азаров?

— Добрый вечер, Лариса Максимовна.

— Не ожидала вас тут встретить, живете неподалеку? — она говорит довольно дружелюбно, даже улыбается, при этом в глазах у нее таится что-то непонятное мне.

Как будто она транслирует какие-то отдельные слова именно для Олега.

— Да, мы постоянно тут закупаемся к празднику. Хороший супермаркет, — отвечаю нахально вместо мужа. Выхожу на первый план, чтобы эта звезда меня заметила.

— Правда? А я вот тут случайно, в первый раз. Тоже надо кое-что купить, но вот не уверена в качестве продуктов. Все-таки сегмент средний.

Да, мы не в дорогущем маркете, где всё то же самое втридорога, это хороший сетевой магазин, широко известный по всей столице, по всей стране. И что этой фифе в соболях не так?

С соболями шла бы в “Гурман” или вообще из ресторана бы заказала.

У нее небольшая корзинка, в которой лежит только банка черной икры и тарталетки.

А мой Олег мимо икры пронесся метеором, говоря, что денег в этом году мало, премию зажали. Видимо, зажали не всем.

— Здесь продукты хорошего качества. Мы ни разу не отравились, — отвечаю этой гадюке.

— Не отравились, это, конечно, достойная похвала, — она бросает на меня надменный взгляд. — Некоторые могут гвозди переварить.

Вот же сука! На меня намекает?

Чувствую, как лицо покрывается алыми пятнами.

— Если вы сомневаетесь, не стоит ничего брать. Еще попадете в больницу как раз перед корпоративом, будет обидно. А я буду чувствовать вину.

На самом деле нет, но этой гадине знать необязательно.

Чувствую, как Олег толкает меня локтем. Локтем! Меня! Из-за какой-то! Она первая начала нападать.

— Спасибо за дельный совет. Ну уж черная икра тут, наверное, все-таки съедобная.

— Я бы не рассчитывала. Тут мало покупателей на такие деликатесы, проверьте срок годности, наверняка подходит. Я бы не брала. Ладно, вы уж извините, нам еще надо докупить по списку. Олег, за мной.

— Олег Вячеславович, минуточку, пусть ваша супруга пока выбирает, а я вас задержу, буквально на два слова. Это касается вашего отчета.

Говорит она строго, по-деловому. Но я своей шикарной попой чувствую, дело ни разу не в отчете. Тут что-то другое.

Ярость в груди закипает. Торможу.

— А что за секретность? Говорите при мне, я послушаю.

— Извините, милочка, но у нас действительно секретность, оборонный объект, всё строго. Пять минут, на дольше я вашего благоверного не задержу. Не бойтесь и не ревнуйте, поверьте, — эта мегера нарочно говорит так, словно мой муж не стоит ее внимания! А я знаю, что она врет! — Поверьте, это не сфера моих интересов.

Ага! Так я и разбежалась верить!

Но отхожу, делать нечего. Ничего не слышу. Говорят они тихо, но Олег меняется в лице. Вижу нахальную ухмылку, он становится более вальяжным.

Что эта дрянь ему