Мастера вызывали? - Натали Р.

— Заходи, красотка. — Он придержал перед ней дверь.

— Что желаете? — Мгновенно подбежал официант.

— Обед, — буркнула Тереза.

Маэдо посмотрел на девушку с легким изумлением. Не кормят ее дома, что ли?

Тереза чуть покраснела. Поняла, что ляпнула невпопад. Выкрутилась:

— Уж если есть за чужой счет, то как следует.

Маэдо понимающе рассмеялся. Похоже, цыпочка хорошо умеет развести мужчину на бабки.

— Выпивку не куплю, — сказал он. — Тебя ждет много работы. — И показал ей краешек зеленой купюры с двумя нулями.

Пять сотен, машинально отметила Тереза. Не многовато ли?

— У вас что, подъемный кран сломался?

— Ха-ха-ха! — заржал он, хлопая себя по бокам. — А ты с юмором. Сделаешь все хорошо — добавлю за настроение.

Тереза еще никогда не зарабатывала пятьсот единиц за раз. Что у него стряслось? В планетном центре службы охраны безопасности сервер упал? Причем в прямом смысле — со стойки вниз, вдребезги? Или пси-установка для связи с Т1 накрылась? Теряясь в догадках, она съела обед из трех блюд. Офицер на еду не налегал. Пил коктейль из трубочки и вовсе не казался удрученным какой-то глобальной проблемой, решение которой стоит аж пятьсот единиц.

— Ну, ведите, куда там надо. — Она промокнула губы салфеткой и перешла к делу. Новые сутки уже начались, ночь в разгаре, но он ведь сам безопасник: отмажет, если что.

— Вот это правильно, — весело оценил легавый. — Меньше церемоний, больше толку. Пошли, милашка.

Ночь выдалась теплая, несмотря на осень. Наверное, потому что облачная. Облака укутывали поверхность планеты, словно шуба. Но дождя не было — так, легкое ощущение влажности. Аллея, подсвеченная неяркими прожекторами, вилась через рощу. И Маэдо на середине дороги вдруг передумал.

— А зачем вообще куда-то идти? Давай прямо здесь.

Тереза изумленно оглянулась. Он поставил ее ящик на посыпку из битого кирпича и указывал на лавочку в тени большого дерева. Никаких электронных приборов поблизости не наблюдалось.

— Прямо здесь — что? — Она сощурилась, внезапно прозрев. Ах ты, ублюдок похотливый! За проститутку меня принял? Пятью сотнями заманивал?

— Ну, как же. — Маэдо приблизился и взял цыпочку за талию. — Ты мне, я тебе, вот что.

Искры брызнули из глаз, а потом что-то взорвалось в голове — это он от удара припечатался затылком о дерево. Когда он проморгался, перед ним стояла разъяренная фурия и еще раз примеривалась кулаком.

— Н-не надо, — выдавил он.

На кулаке блестело кольцо. Зохен, как же он сразу не заметил? Купился на скромный облик девушки, хороший муж в таком на улицу не выпустит. Только не его дело, хорош муж или нет — по-любому нельзя было ее в бар тащить. Если кто узнает — голову снимут!

— Ах ты, подонок! — разорялась девушка — нет, молодая женщина. — Я тебе, служителю порядка, поверила, работу для тебя сделать подрядилась. — Она пнула ящик, вывалились паяльник и шуруповерт. — А ты меня, мужнюю жену, в темный лес приволок, чтобы изнасиловать?

— Нет! — взвыл он. Голова ужасно болела, и от вопля потемнело в глазах. Он сбавил тон. — Нет, госпожа! Я не знал… Я думал… Вы очень молодо выглядите, — нашелся он.

Комплимент, судя по всему, достиг цели: она убрала кулак. Позу, правда, приняла агрессивную: руки в боки. Но хоть бить передумала, и то плюс.

— Какой же это темный лес, госпожа? — проникновенно забормотал он. — Хорошо освещенная аллея посреди города. И, клянусь, я не собирался вас ни к чему принуждать! Я вас накормил и хотел заплатить вам за удовольствие…

— Я не продаюсь, дебил! — рявкнула женщина, опасно сузив глаза.

— Теперь я уже понял, госпожа! — заверил он поспешно. — К сожалению, несколько поздно, но… Уверяю вас, у меня в мыслях не было ничего дурного. Вы, вероятно, недавно в Тикви, — Тереза чуть не плюнула: да что ж такое, все догадываются! — и не привыкли к нашим обычаям, но ни девицы, ни их отцы не видят плохого в том, чтобы незамужняя девушка погуляла ночью с приличным мужчиной за достойное вознаграждение.

— Я пожалуюсь вашему начальству! — грозно посулила суровая госпожа, и он зажмурился. Зохен, что угодно, только не это! — Вместо того, чтобы проводить женщину домой, вы ко мне пристали, хватали меня своими руками…

— Прошу вас, не подавайте жалобу! — заискивающе проговорил Маэдо. — Честное слово, я не видел вашего кольца. Я оскорбил вас совершенно ненамеренно. Я готов искупить…

Он вынул злосчастную пятисотку. Если бы у него были с собой две, он бы и две отдал. Такой косяк в личное дело — это неминуемое взыскание, понижение в должности, да как бы не увольнение к зохенам! Хорошо еще, до осуществления намерений не дошло, каторги он избежит.

— Вот, в знак искреннего раскаяния, — промямлил он. — И я, конечно, провожу вас до дома. Пожалуйста, простите меня! Ну, если не простите, то хотя бы пощадите.

Тереза сгребла купюру и сердито сунула в карман. Врезать бы наглецу еще раз, но он так убедительно унижается… Да и сопровождение сотрудника охраны безопасности в этот поздний час будет не лишним.

— Берите ящик, — распорядилась она, — и за мной.

По дороге она остыла. Ну, принял мужик ее за девушку, так невнимательность еще не преступление. Криминальных намерений за душой не держал, да и не к лицу безопаснику идти вразрез с законом. Озабоченный? Тиквийцы все озабоченные. Этот, по крайней мере, на девушку повелся, а не на трансвестита. И плюхнулся в лужу. Не ломать же ему судьбу за это. Только посмеяться или посочувствовать.

У подъезда Тереза обернулась. Глаз у мента начал заплывать.

— Примочку сделать?

Он сглотнул.

— Спасибо, госпожа…

— Ильтен, — подсказала она.

— Очень приятно. То есть… Я Маэдо.

— Что это за хмырь? — всполошился Ильтен. Он уже пару часов сидел, как на иголках, не зная, что делать — глотать успокоительное или бежать искать Терезу по всему городу. — Какого зохена ты с ним таскалась в ночи? И какого зохена притащила его сюда?

— Тихо! — гаркнула Тереза.

Ильтен замолк.

— Господин Маэдо — офицер охраны безопасности, — произнесла она значительно.

Ильтен поморщился. Охранников безопасности он с некоторых пор не любил и предпочел бы, чтобы они обходили его квартиру стороной.

— Господин Маэдо был столь любезен, что проводил меня до самой квартиры и помог мне донести ящик. Ты не находишь, Рино, что человека, который позаботился о благополучии твоей жены, стоило бы поблагодарить?

— Спасибо, господин Маэдо, — кисло уронил Ильтен.

— Я не о словах, Рино. Когда господин Маэдо нес мой тяжелый ящик