Кофе с молоком - Нигера Анивелл

— Скажешь тоже… Нам бы еще экзамены сдать, да диплом защитить, — выпалила Светка, которая млела от главного красавчика нашей группы Кирилла.

Она, как и многие, тайно желала укротить строптивого, и стать его единственной. Он был не просто красив, но еще и хорошо воспитан, поэтому всегда был любезен, чем сводил женскую половину нашей группы с ума. Беда была в том, что верность и Кирилл находились на разных полюсах планеты. Он был слишком избалован женским вниманием, поэтому никак не мог определиться с выбором, кому же отдать свое сердце. В общем, в плане отношений с девушками Кирилл был не стабилен и не постоянен. А сам про себя он говорил, что он

слишком любит женщин и не может себе позволить, чтобы хоть одна из них была обделена его вниманием.

Где-то в конце первого курса, он даже пробовал ко мне подкатывать, но я предложила ему просто дружить, на этом мы и остановились. Кирилл был умным, интересным, с ним всегда было о чем поговорить, поэтому я радовалась тому, что мы могли с ним просто общаться без каких-либо намеков на нечто большее. Да и я сама себе поставила запрет на какие-либо любовные отношения со своими одногруппниками, объясняя это себе тем, что, в случае расставания, нам еще учиться потом вместе несколько лет. Не хотелось мне эту «Санту-Барбару» разводить в своей группе, вбивая кол раздора и разделяя коллектив на два лагеря.

Мы просидели несколько часов в нашем кафе, громко разговаривая и смеясь, тем самым, поставив на уши все заведение. Студенты были завсегдатаи этого заведения, поэтому, таких как мы, горластых, тут было много, и сотрудников уже давно не смущало наше «околофутбольное» поведение.

Когда собиралась подобная толпа, начинался самый настоящий групповой психоз. Все друг друга перебивали, перекрикивали, и порой даже сложно было понять, о чем конкретно идет речь. Где-то урывками доносилась дискуссия по поводу предстоящих экзаменов, где-то говорили о защите, а кто-то уже во всю готовился к нашему выпускному вечеру, совсем не переживая об учебе.

Последние были счастливчиками по жизни.

7

Даша

На следующий день, пока я стояла в нашем студенческом кафе, в очереди за какао, я поймала на себе чей-то пронзительный взгляд. Оглянувшись, поняла, что на меня уставился высокий парень со светлыми волосами.

Лицо его показалось мне очень знакомым, но я не могла понять, откуда я могла его знать. Он настойчиво продолжал смотреть на меня, и, правда, будто мы знакомы. Я посмотрела на него вопросительным взглядом, а после рядом с ним заметила темную макушку, и лицо в профиль.

Ах, да, это же тот самый парень, который вчера пролил на меня мой напиток, а этот получается тот друг, который был с ним.

Точно, теперь я вспомнила.

Он улыбнулся мне, будто понял, что я, наконец, узнала его, и решил помахать мне рукой, подзывая меня и показывая жестом, чтобы я встала рядом с ними в очередь. Они были в самом ее начале, уже практически у кассы, а мне еще предстояло прождать нескончаемому длинную цепь из студентов, которые разом решили что-то выпить, либо перекусить.

Я провела в своей голове длинные переговоры, которые напоминали мне больше уговоры. Одна часть меня включила гордость и ни в какую не хотела к ним приближаться, ибо остался неприятный осадочек от коммуникации с брюнетом, вторая же часть меня не хотела стоять в такой длинной очереди и предлагала включить дипломата. Немного я даже занервничала, думая, а вдруг они готовили мне какой-то подвох, хотя блондин вроде походил на приличного человека, внушал доверие, я бы даже сказала.

Я все же решила справиться со своей мнимостью и рискнуть. Подошла к ним.

Парень, тот, что светленький, поздоровался со мной, второй даже бровью не повел. Блондин был весьма вежлив и приветлив в отличии от второго, который даже не пытался произвести приятное впечатление о себе. Ну, кажется, про него все стало понятно еще вчера. И все же было интересно, то ли он был женоненавистником, то ли мизантропом, то ли просто мнил себя пупом Земли.

Светленький, которого, как оказалось, звали Игорь, предложи купить мне какао в качестве извинения за вчерашний инцидент. Это было любезно с его стороны, на мой взгляд. Но я немного поломалась, было неудобно. Как-то не привыкла я от чужих людей принимать подарки, даже, если это такие мелочи, как какао.

Пока мы ждали заказ, я наблюдала за обоими парнями, стараясь не привлекать к себе особого внимания. Внешне они мне напоминали братьев. Одинакового телосложения, оба высокие, плечистые. Даже прически, казалось, были одинаковые. Только один был светленький, другой темненький. И если так подумать, это касалось не только цвета волос. Один и, вправду, будто излучал свет, от него исходило какое-то тепло. Второй будто окутывал все вокруг во тьму, и от него веяло холодом.

Свет и тьма. Ангел и демон… Как молоко и кофе…

Да, точно,

они прям как кофе с молоком,

подумала я и ухмыльнулась про себя этому открытию.

Один — крепкий и терпкий, оставляющий после себя неприятное послевкусие. Второй — нежный и воздушный, и этим хочется насладиться подольше.

8

Влад

Как бы я не старался избежать пробок, добрался я до родительского загородного дома только за два часа. Долго не мог зайти внутрь дома, торчал в машине у ворот, перебирая предстоящие возможные диалоги с семьей.

Вдруг ворота отворились, и за ними показалась мать. Как всегда при полном параде. Никогда не видел ее без косметики, в потрепанной одежде, да и саму растрепанной.

— Влад, а ты чего не заходишь? — С удивлением и будто даже с искренней улыбкой спросила мать.

— Привет, мама. Сейчас, иду, — начал я выходить из машины.

— Сынооок, — протянула мать, подойдя ближе и прислонившись ко мне.

Она была такая маленькая, что даже не доставала мне до плеч, голова ее легла мне на грудь. — Как же я соскучилась. Ты совсем стал большим… Пойдем уже домой. Отец еще в пути, говорит жуткие пробки в городе, опаздывает.

— Ага, — равнодушно ответил я. — А где Полина?

— Дома.

Мы зашли внутрь дома, где уже стоял запах вкусно приготовленной еды. В этот момент я почувствовал, что у меня засосало в животе, разыгрался аппетит. Мама предложила пройти пока в гостиную, а сама куда-то исчезла.

Как давно я здесь не был,

подумал я, перебирая глазами и руками