Ведьма с дипломом ищет работу - Наталья Фирст

— Что ты? — не понял мэтр.

— Я знаю, как она сюда попала.

* * *

Марго вжала голову в плечи.

— И как?

— Я ее вытолкнул.

— Что ты сделал? — ректор побагровел не хуже герцога.

И девушка восхитилась. Она даже и не подозревала за наставником таких способностей.

— Вытолкнул, — спокойно повторил Казик.

Ответ фамильяра окончательно обескуражил мужчину.

— Хм… а где она была до этого?

— В стене. Вот в этой.

Призрак махнул рукой в нужную сторону.

— В стене, значит. — Ректору казалось, что кто-то тут потихоньку сходит с ума. И, вероятно, этот кто-то он сам. Не фамильяр же? Они-то сходить с ума не могут по определению. Хотя, кто знает, что там наколдовала эта маленькая зараза. И он решил уточнить: — А что Марго там делала?

— Ничего особенного, — глаза у Казика стали потрясающе честными.

А Марго нечаянно хихикнула. За что тут же получила укоризненный взгляд.

— Она там застряла.

— Ага, застряла, значит.

Ректор сожалеюще глянул на бренные останки кувшина. Порыскал глазами по кабинету в поисках водички. Не нашел, глубоко вздохнул, потом обогнул свой стол и уселся для верности в кресло.

— Допустим, — сказал он, — а где она была до того, как попала в стену? Ведь там артефакторная! Не так ли?

Ответ на этот вопрос он, в принципе, уже знал. Но все же решил его услышать от самих участников событий. Казик беспомощно оглянулся. Словно вопрошал: «Что дальше? Что говорить?»

— Я жду! — напомнил о себе наставник.

Пришел черед ведьмы отвечать. Она попыталась на лету придумать надежное оправдание, но не нашла ничего лучшего, как сказать:

— Я пришла навестить Казика. Он там так скучал бедняжка. Один-одинешенек! В кромешной тьме! — она старательно подпустила в голос слезу.

— Скучал, значит…

Стенли Хилл устало прикрыл глаза ладонью. И Маргарет стало на миг его жалко. Впрочем, об этом чувстве она скоро забыла.

— Бедняжка!

Голос мужчины сорвался на крик. По столешнице гулко бухнул кулак. От сотрясения на пол слетела бумага для заметок и поплыла по луже подобно осенним листьям.

— А известно ли тебе, моя дорогая, что этот бедняжка устроил у нас в общежитии?

Марго окончательно втянула голову в плечи и решила молчать. Казик трусливо юркнул в кулон. У ног девицы на пол плюхнулась сумка.

— Значит так.

Мэтр поднялся из-за стола и уперся в него кулаками.

— Для начала отдай ключ.

Он протянул навстречу ведьме руку. Черная звезда почти сразу легла ему на ладонь. Ректор покрутил артефакт в пальцах и убрал в ящик стола.

— А теперь слушай меня внимательно. Я отдам тебе диплом. — Он протянул ученице заветную книжечку. — И мне плевать, что думает по этому поводу твоей отец. Но и ты должна мне в ответ кое-что пообещать.

Диплом бы выхвачен из рук и спешно спрятан в сумку.

— Что? — тихо спросила девушка.

Лицо у нее полыхало, как маков цвет. Уши горели огнем.

— Ты заберешь с собой своего паразита Казика. Уйдешь. И чтобы я вас обоих больше никогда в стенах Академии не видел! — ректор на миг замолчал и повторил по слогам: — Никогда! Обещаешь?

Марго вздохнула, прижала к левой стороне груди ладонь и твердо произнесла:

— Клянусь родовой честью.

Это была сильная клятва. Нарушить ее, значило навеки опозорить свой род. Стенли Хилл заметно повеселел и уселся обратно.

— А теперь, Марго, будь умницей, наведи тут порядок.

Леди Браганте задорно блеснула глазами и протянула над полом ладонь. Губы ее прошептали нужное заклинание. Осколки пришли в движение, стянулись в кучку, зашевелились, наползая один на другой. Скоро в руке ведьмочки сверкал целехонький кувшин. Потом пришел и черед стакана.

На полу осталась лишь лужа, сильно разящая валерианой. Марго бросила взгляд в дальний угол кабинета, на внушительную кадку с заморской пальмой. После сделала руками несколько пассов, собрала всю жижу в толстый жгут и отправила прямо в цветочный горшок.

Паркет остался чистым и абсолютно сухим.

— Все, — отрапортовала она, плохо скрывая в голосе превосходство ведьмы над обычным человеком.

— Все? Вот и славно, — улыбнулся ректор и тут же рявкнул, — а теперь, вон! И чтоб я тебя больше не видел!

И Марго, как ошпаренная, выскочила за дверь.

Глава 3

Марго разочаровывается, но не сдается

Домой Марго прилетела, окрыленная нечаянной победой и озадаченная внезапной способностью проходить сквозь стены. Первое следовало срочно отметить, второе незамедлительно обмозговать. О таком даре ведьма никогда раньше не то что не мечтала, даже не слышала.

По пути она заскочила в кафе, купила там коробку пирожных и бутылку лимонада. Потом, немного поразмыслив, взяла пастуший пирог, сахар, сливки, молотый кофе и полфунта тепличной клубники. В итоге, у дверей квартиры она появилась основательно нагруженная, но невероятно счастливая.

В сердце пела весна. В голове крутились планы один завлекательнее другого. Жизнь казалась волшебной сказкой. Все было прекрасно. Жаль, что не долго. На пороге Марго ожидал пухлый конверт с вензелем герцога Браганте.

Сумки она не грохнула на пол только благодаря Казику. Тот как раз проявился из кулона и успел поймать провизию. Ведьмочка, косясь на конверт, как на гадюку, достала из кармана ключ, открыла дверь, в сердцах поддала письмо ногой и громко вопросила:

— Какого черта?

Казик хмыкнул и пропихнул плюющуюся ядом хозяйку внутрь.

* * *

Если кто-нибудь когда-нибудь спросит вас, зачем нужны фамильяры. Можете смело отвечать, что это — весьма полезные в хозяйстве существа. Казик хлопотал над разъяренной ведьмой, как наседка.

Сначала отнял конверт, не дав спалить его в камине. Потом по-быстрому сварил кофе и усадил девицу в кресло с куском пирога в одной руке, а чашкой в другой. Только после этого он распечатал письмо и принялся читать его вслух:

«Ну что ж, драгоценная моя Маргарет Браганте, ты своего добилась. Заметь, слово „леди“ я пропустил, потому что настоящие леди так не поступают».

Здесь Марго фыркнула, забыв, что у нее полный рот, и обдала брызгами кофе шкаф, стоящий напротив. Казик укоризненно покачал головой.

— Прости! — поспешно сказала ведьмочка, сделала рукой едва уловимый пасс и ликвидировала следы катаклизма. — Читай дальше.

«Надеюсь, что теперь ты счастлива. Спешу тебе сообщить, что я не стану больше возвращать тебя домой. Вернешься сама, когда захочешь. Точнее