Идеальный план - Джессика Харт

— В точку! Вдовствующая королева считает меня беспомощным и безответственным и недвусмысленно заявила об этом. — На его губах вновь мелькнула насмешливая улыбка. — Она, конечно, права. Лично меня никогда не привлекали королевские обязанности. Бланш решила, что единственный способ контролировать меня и быть уверенной, что я не ввергну страну в хаос, — это женить меня на Шарлотте.

— Лотти говорила, что бабушка ее постоянно сватает, — тактично заметила Каро. — Я удивлена, что она одобрила тебя.

Филипп мрачно усмехнулся:

— Она меня не одобрила, но считает, что наша с Лотти свадьба — единственно правильное решение. Вдовствующая королева считает, что Лотти непременно окажет на меня положительное влияние. Она — идеальная принцесса, в конце концов, и нет никаких сомнений в том, что ее полюбит народ. Но никому нет дела до моих чувств и чувств Лотти, — с горечью добавил Филипп. — Мы наследники королевства и потому обязаны исполнять свой долг, а не жаловаться.

— Бедняжка Лотти! Как несправедливо, что она никогда не сможет поступать по-своему.

Филипп наклонился вперед, рассеянно вертя на журнальном столике кружку с чаем:

— Лотти думала, что, пока жив наследный принц — мой отец, — у нее будет возможность самой строить свою жизнь. Однако мой отец уже не займет место на троне. Народ не примет его как короля хотя бы из-за того, что он не смог удержать собственную жену, которая сбежала от него с другим мужчиной. И теперь Лотти обязана выйти замуж. Я очень люблю кузину, но не хочу на ней жениться. И она не желает выходить за меня.

— Но должно же быть какое-то решение, — запротестовала Каро. — Я знаю, что сопротивляться ее бабушке невероятно трудно, но неужели Лотти не может настоять на своем?

Раздраженный, Филипп оттолкнул от себя кружку и откинулся на спинку дивана:

— Вдовствующая королева не сдается. Она заставляет нас с Лотти появляться вместе на людях и кормить прессу намеками о нашей предстоящей свадьбе.

— Почему бы тебе и Лотти не уехать в Южную Америку? — предложила Каро. — В конце концов вдовствующая королева Бланш откажется от своей затеи.

— Беда в том, что я не могу уехать.

Разволновавшись, Филипп поднялся. Он явно собирался шагать взад-вперед, но в комнате было очень мало места, поэтому он прошел к эркеру и невидящим взором уставился на лимузин.

— Официальное заявление еще не сделано, но мой отец болен, — произнес Филипп, стоя спиной к Каро. — У него рак.

— О нет! — Каро вспомнила собственное отчаяние, когда умирал ее отец. Ей хотелось подойти к Филиппу и положить руку на его плечо, но он был так напряжен, что она не решилась этого сделать. — Я очень сожалею.

Филипп повернулся к ней:

— На самом деле, доктора дают не такой уж плохой прогноз, но в прессе опять начнут говорить о проклятии королевской династии Монтлюса. Отец должен уехать на лечение в Париж и пробудет там, по крайней мере, шесть месяцев. Поэтому я сейчас исполняю его обязанности. Но только номинально — как утверждают он и вдовствующая королева. Они просто не хотят терять власть. Сначала я собирался отказаться от возложения на себя королевских обязанностей. Между мной и отцом вряд ли сложились теплые отношения, — продолжал Филипп с насмешливым взглядом. — И мне непонятно, почему именно я должен посещать официальные мероприятия. Если бы у меня была возможность оказывать определенное влияние на принимаемые решения, все сложилось бы иначе. Но отец никогда не простит мне того, что я не был идеальным сыном — в отличие от старшего брата. Когда я сказал ему, что обладаю определенным авторитетом, он так разозлился, что состояние его здоровья ухудшилось. — Он вздохнул. — Я имею право настаивать на своем, но он болен, и он мой отец… Я не хочу его добивать. В конце концов я согласился жить на родине в течение шести месяцев. Как только отцу станет лучше, я смогу вернуться в Южную Америку. Если же я задержусь, то по-прежнему буду раздражать отца тем, что не похож на Этьена.

— Между тем тебя при каждом удобном случае сводят с Лотти, — заметила Каро.

— Именно так. — Филипп распрямил плечи, словно желая снять напряжение. — На днях мы с Лотти были на тщательно организованном королевой Бланш свидании и придумали план.

— Я все жду, когда ты доберешься до этого плана, — произнесла Каро и заставила себя сделать еще один глоток чая. Филипп оказался прав: чай был отвратителен. — Что за великую идею выдала Лотти?

— Все просто. Проблема в том, что мы с ней ходим в холостяках. Да, бабушка Лотти строит в отношении меня матримониальные планы. Но если я вернусь в Монтлюс с подругой, в которую безумно влюблен, от своих планов будет вынуждена отказаться даже вдовствующая королева Бланш.

— И тогда Лотти заявит своей бабушке, что ей очень неприятно видеть тебя с другой женщиной и для нее лучше всего уехать на некоторое время? — подхватила она.

— Точно, — кивнул Филипп.

— Я предполагаю, что это может сработать. — Каро обдумала предложенный план. — А я-то здесь при чем? Лотти хочет у меня пожить?

— Нет, — бросил Филипп. — Она хочет, чтобы ты стала моей подругой.

Сердце Каро екнуло и забилось быстрее.

— Класс! — Она рассмеялась. Филипп ничего не сказал. Ее улыбка дрогнула. — Ведь ты шутишь?

— Почему я должен шутить?

— Ну, потому что… у тебя наверняка уже есть подруга.

— Если бы у меня были серьезные отношения с девушкой, я не ввязывался бы во все это, — сказал он сухо. — Когда я знакомлюсь с женщиной, я четко представляю себе с самого начала, что за отношения между нами сложатся. Никаких эмоций, никаких ожиданий.

Каро вздохнула:

— Мне стоило догадаться! Почему с вами, парнями, так трудно?

— Почему же так трудно с вами, женщинами? — парировал Филипп. — Почему вы всегда стремитесь все испортить и заводите разговор о том, какие сложились отношения и куда они приведут? Почему нельзя просто приятно проводить время?

Филипп подошел к камину, засунув руки в карманы, и сердито посмотрел на свои ботинки, словно в чем-то их обвиняя.

— Шесть месяцев — это огромный срок. Не знаю, как я сумею столько времени прожить в Монтлюсе, — признался он. — Там невозможно находиться. Кругом официоз и лицемерие. — Филипп поднял на Каро серебристо-серые глаза, резко контрастировавшие с его смуглой кожей. — Я уеду сразу же, как только моему отцу станет лучше. И я не намерен вступать в серьезные отношения с женщиной. Однако нам нужно будет хорошо играть свои роли, чтобы вдовствующая королева Бланш ничего не заподозрила. Ты подруга Лотти, — продолжал он. — Я смогу притвориться влюбленным, а у тебя не сложится неверное представление о моем отношении к тебе. На самом же деле я не собираюсь в тебя влюбляться, а ты не захочешь со мной связываться.

— Ну, это вне всякого сомнения, — согласилась Каро.

«В тебя я однозначно не влюблюсь».