Битва за женщину - Келли Хантер

— Ты едешь? — спросил Джейк и протянул ему шлем.

— Я все еще ваш ученик?

— А ты все еще хочешь заниматься карате?

По робко кивнул.

— Тогда давай договоримся так. Украдешь что-нибудь — уйдешь. Совершишь иную ошибку — получишь предупреждение. Одно. Залезешь еще раз в чьи-либо личные вещи — уйдешь. Ясно?

Мальчик опять кивнул.

— Тогда садись.

Мальчик крепко держался за него всю дорогу до дома. И когда Джейк часа в два ночи, не в силах уснуть, вошел в тренировочный зал, чтобы сбросить напряжение от оживших давних воспоминаний, маленькая тень присоединилась к нему.

Братья иногда бывают полезны. Джейк не ожидал, что Люк придет в додзё на следующий день после помолвки. И тем более не ожидал его появления в половине седьмого утра. Жених весело насвистывал, свежий, как утренний ветерок.

— Когда закончился праздник? — поинтересовался Джейк.

— Около двух.

— Почему пришел так рано? Маделин тебя прогнала?

— Маделин предпочла упражнения тай-чи в качестве утренней зарядки. — Люк зевнул. — А мне захотелось чего-нибудь более острого. И я решил, что найду здесь то, что мне нужно. Ты не против размяться немного?

Джейк улыбнулся:

— Думаю, я смогу тебя удовлетворить.

Никаких отказов братьям, в отличие от учеников.

Между братьями существует кровная связь и понимание невысказанных намерений. Человек может захотеть поупражняться или усовершенствовать свое боевое искусство. Или сразиться и победить. Иногда человек борется, чтобы укротить зверя, который сидит у него внутри. А иногда — чтобы забыться.

Этим утром Джейку требовалось забыться.

— И как оно? — спросил Люк.

Он снял майку и туфли и ждал, когда старший брат сделает то же самое. Обнаженные торсы, черные брюки. Цвет пояса не волновал ни того ни другого.

— Как оно — что?

— Прошлый вечер. Джиан приехала.

— Примерно этого я и ожидал.

Люк передернул плечами. Встал в позицию:

— Вы довольно долго беседовали.

— Ты пришел бороться или сплетничать?

— И то и другое. Я здесь ради тебя, радость моя. Не забывай об этом.

Джейк одарил брата улыбкой, которая не понравилась бы проницательному человеку:

— Кстати, а когда свадьба?

— Через три недели.

— Постараюсь не оставить на тебе, — Джейк коснулся кулаком незащищенной челюсти Люка, — слишком много отметин.

Люк отреагировал ударом колена в пах Джейка, а потом нанес локтем удар, который мог бы выбить ребро, если бы достиг цели. Игра началась. Улыбка Люка говорила, что, если Джейк желает бороться без правил, брат с радостью составит ему компанию.

Они боролись яростно, с кошачьей грацией. Джейк лучше владел техникой, но Люк умел наносить неожиданные удары. Оба в достаточной мере обладали бойцовским инстинктом. Именно это бездумное наслаждение требовалось Джейку, чтобы прогнать оживший призрак по имени Джиан.

Они всегда кончались синяками, схватки Джейка с братом. Бойцы сильно ударялись об пол, на котором не было циновки. Люк ворчал, у Джейка искры сыпались из глаз, и он видел на потолке звезды, которых там быть не могло.

— Ты собираешься за ней приглядеть? — спросил Люк, с трудом поднимаясь.

— Она возражает. — Джейк не потрудился встать, только стукнул Люка ногой и вновь повалил его на пол. — Почему ты никогда не защищаешь колено?

— Потому что мне нравится смотреть на твой потолок.

На сей раз Люк остался лежать.

— Мне кажется, тебе не стоит упускать ее из вида, — заметил он.

— Джиан не хочет.

— Как будто это тебя когда-нибудь останавливало.

— Ты — член семьи. Это была моя обязанность.

— А Джиан — не член семьи? Или ты хочешь развестись с ней?

Колено Джейка оказалось на груди Люка, а руки — на горле.

— Хватит, — сказал Люк, задыхаясь.

Джейк отпустил брата, поднялся и протянул ему руку:

— Извини.

— Я в порядке, — пробормотал Люк, и Джейк рывком поднял его с пола. — Мы закончили?

— Да. Ты останешься завтракать?

— Только если на завтрак будет обезболивающее.

Они направились к двери.

— Болван, — бросил Люк.

Джейк искоса посмотрел на брата:

— Синяк на щеке до свадьбы не заживет.

— Глупец, — продолжал Люк, — идиот. — И, сделав еще пару шагов, добавил: — Значит, так. Ты опять с ней увидишься. Позвонишь ей. Пригласишь на какое-нибудь пышное шоу или благотворительный вечер.

— Она ни за что не согласится.

— Конечно нет, если ты не предложишь. Может быть, я уговорю Мадди позвонить Джиан и спросить, не было ли у нее неожиданных визитеров. Или подарков. Преследователь Джиан щедр на подарки, если верить Мадди. Неделю назад он прислал ей подвенечное платье. Сшито на заказ, очень дорогое и как раз по размеру. Она отослала платье назад с курьером.

— Он прислал ей подвенечное платье?

— Слушай дальше. В компании сказали, что не смогли вручить посылку, потому что по данному адресу никто с таким именем не проживает. Джи справилась у шанхайских друзей. Он никуда не переехал. Но платье по-прежнему у нее, потому что курьерская компания отказалась его доставить. Дядя Джиан грозится лично отдать ему платье. Он только еще не решил, разрезать его сначала на куски или не стоит.

— О чем тут думать?! — рявкнул Джейк. — О величине ножниц?

Люк слегка улыбнулся. Старший брат занялся приготовлением завтрака.

— Джиан не хочет, чтобы я ей помогал. Кроме того, за ней приглядывает дядя. И Маделин. И ты. Что еще ей надо?

Люк достал две кофейные чашки и банку с растворимым кофе:

— Некоторые сказали бы, что ты.

Люк ушел из додзё чуть позже девяти, хорошо поев и немного прихрамывая. Джейк запер за ним дверь: додзё по воскресеньям закрыто для публики. Это было продиктовано не религиозными соображениями, а необходимостью отдохнуть, уединиться, выкроить немного времени для себя. Не прошло и десяти минут, как зазвонил телефон. Холли решила устроить воскресный ужин для клана Беннетов, пока все не разъехались. Потом позвонила Маделин и пригласила на ланч. Когда телефон зазвонил в третий раз, Джейк злобно посмотрел на него и решил было не брать трубку, но Тристан и Пит еще не объявлялись сегодня, так что звонить мог кто-то из них.

Джейк любил свою семью, но, когда все собирались вместе, он вспоминал давно ушедшие дни. Тогда его главной задачей было не дать семье распасться. Затем мысли неизбежно возвращались к Джиан. Он винил себя за то, что должен был сделать больше, чтобы помочь ей вписаться в хаос, который тогда представляла собой его жизнь.