Академия «505». Крах Ремали. Часть 1 - Дария Эссес

– Лира и Кай?

Он кивнул.

– Джонатан торжествовал. Нужно было видеть его лицо, когда он понял, что двое его детей, даже если один из них был приемным, могли обладать таким могуществом и принести ему безграничную власть.

Он выдвинул верхний ящик стола и протянул мне фотографию. На ней изображались двое детей – мальчик и девочка.

Я провел пальцем по светлым волосам и улыбающемуся лицу.

– Лира?

– Она.

Подруга Роксании и родная дочь Джонатана.

Прародительница Ремали.

– Мы отказались втягивать в это вас с Ксивер, – продолжил отец, неосознанно повышая тон с каждым словом. – Но мало кто нас поддержал. Чертова эволюция затмила их разумы! – впервые сорвался он и ударил кулаком по столу, чем заставил меня вздрогнуть. – Нам с Джульеттой пришлось… пришлось принять тяжелое решение. Отпустить вас, чтобы вернуться и окончательно уничтожить ЦЭС.

Вернуться и уничтожить ЦЭС?

– Что ты имеешь в виду?

Он не успел ответить, потому что дверь за моей спиной со свистом распахнулась.

В комнату ворвался ураган под названием Джульетта Зальцри.

– Моя дочь вся в меня!

При виде мамы я каждый раз испытывал шквал эмоций – начиная от облегчения, заканчивая обидой и яростью. Вот и сейчас мне хотелось соскочить со стула, чтобы притянуть ее в свои объятия и удостовериться, что всё это – не сон.

Но я остался сидеть на месте.

Когда взгляд зеленых глаз упал на меня, на ее лице появилась улыбка. Мягкая и немного испуганная.

Они боялись нас, потому что не знали, с кем имеют дело.

– Привет, – произнесла ласковым тоном.

– Привет, – сухо ответил я. – Ты виделась с Ксивер?

Мама подошла к отцу и поцеловала его в щеку, испещренную шрамами, затем упала на соседний стул. Ее каштановые волосы были собраны в длинную косу, и в груди у меня появилось болезненное чувство, когда я отметил их схожесть с Ксивер.

Те же высокие скулы, мягкий изгиб губ и лукавый прищур. В то время как Кси взяла всё лучшее от мамы, я взял это от папы – волевой подбородок, густые ресницы и, конечно же, кудрявые волосы.

– Да. Точнее, я пыталась поговорить с ней.

– И что она сказала?

Мама откашлялась и взмахнула руками.

– Цитирую: «Иди к чертовой матери! Ах, ты же и есть чертова мать. Ну тогда иди в Круачейн и попроси у них что-нибудь для зрения. Кажется, ты меня с кем-то перепутала».

Я сжал губы в тонкую линию, чтобы подавить смешок.

Обожаю свою сестру.

– Это на нее похоже.

– За это я ее и люблю. – Мама тяжело вздохнула и, подняв взгляд, добавила: – И тебя люблю, Крэйтон.

Я вцепился пальцами в колени.

– Джульетта, – откашлялся отец. – Не дави на него. Пожалуйста.

Она громко цокнула.

– Как бы сказала Ксивер: «Иди к чертовой матери, Исайя».

Они совсем не изменились. Джульетта Зальцри как была женщиной с грязным языком и безудержной экспрессией, так ей и осталась. А Исайя остался таким же сдержанным и тактичным. Он всегда уравновешивал характер нашей матери.

Вопреки этому они будто стали… сильнее. Я понял это, когда увидел, с какой уверенностью они двигаются по подземному городу и отдают приказы командирам Карателей. Здесь они имели авторитет. Что неудивительно, потому что держать под контролем несколько тысяч человек сможет не каждый.

На моих губах появилась легкая улыбка, когда я вспомнил, что и в детстве они любили командовать. Но затем мысли вернулись к тому, на чем закончился наш разговор. От улыбки не осталось и следа.

Видимо, и отец это вспомнил, потому что они с мамой обменялись только им известными взглядами.

– Они сами забрали нас, Крэйтон.

Я замер, услышав слова отца.

– ЦЭС?

Мама подтвердила мои слова кивком.

– Я оставила вам ту записку, потому что знала: они придут за нами. Мы просто не успели… подготовиться к уходу. Не успели оставить вам всё нужное для будущей жизни, не успели найти родственников из Германии, которые приняли бы вас. Сначала ЦЭС и вправду отправил нас в Литла-Храун, но это произошло перед Падением, а не после него. Они снова всем солгали.

– Как же вам удалось сбежать? Эта тюрьма самая охраняемая во всем кластере, – изумился я, глядя на родителей.

– Всё просто, – улыбнулась мама. – Ее взорвали Феникс и другие Каратели.

У меня отвисла челюсть.

– Мы долго планировали переворот и хорошо скрывались. ЦЭС не смог уличить во лжи всех оппозиционеров, поэтому они выступили в самый неожиданный момент. Правда, на это потребовалось много времени. Поэтому мы просто не успели спасти вас перед Падением и проведением эксперимента.

– После катастрофы мы решили залечь на дно, – подхватил отец. – И вы тоже неплохо сделали это. Мы не могли отыскать вас четыре года. Четыре года мы пытались найти своих детей, пока они меняли города каждый месяц. И только когда вас отправили в академию, мы поняли, что нужно делать.

– Дальше мы начали составлять план – и вот теперь вы здесь.

Я сидел в тишине долгую минуту, барабаня пальцами по коленям.

Как обычно всё оказалось не так, как мы предполагали. Столько лет мы с Ксивер прожили в обиде на мать и отца за то, что они бросили нас на волю судьбы. Столько лет мы были убеждены, что они мертвы.

И вот они сидят передо мной и говорят эти слова.

Они были в тюрьме.

Они искали нас по всей Исландии.

Они никогда не переставали любить нас.

– Мне сложно объяснить, что я чувствую, – вырвался из меня честный ответ. – Нам с Ксивер нужно время, чтобы просто… принять это. Мы столько лет жили в неведении и лжи, а сейчас… сейчас всё слишком изменилось. Не обижайтесь на Ксивер, это ее защитный механизм. Она была ребенком, когда всё произошло.

– Мы понимаем, – вздохнула мама. – И будем ждать столько, сколько потребуется.

– А что с родителями Рейвен?

– Погибли, – тихо ответил отец. – Еще до Падения.

Для Рейвен наши родители были намного ближе, чем свои собственные, но эта новость всё равно ударит по ней. Такие вести не проходят бесследно.

– Еще один вопрос. – Я посмотрел на маму. – Про временную петлю.

Когда Ксивер рассказала всем, что произошло в Хваннейри, мы не могли в это поверить. Ни я, ни Роксания, ни другие наследники. Поверили только наши родители, потому что они сами большую часть жизни проводили научные исследования.

– «Мы встретимся, когда вы запустите второй цикл». Как ты узнала, что Ксивер попала во временную петлю?

– Она