Чёртова Грейнджер - Швепса

— Драко… — пришла в себя и сфокусировала взгляд на мне. Интересно, что после секса я резко стал «Драко», а не идиотом-Малфоем. Какая же она чокнутая, Мерлин.

Она предприняла слабые попытки выбраться из-под меня. Я перевернулся в сторону на холодный пол, отпуская её. Мне нужно всё обдумать. Пока она не перестанет маячить передо мною голышом, я точно не смогу это сделать. Катись отсюда, Грейнджер.

Она с трудом поднялась и буквально на ватных ногах направилась к скамейке у стены. Вытащила свою палочку из-под небольшой стопки вещей, применила сначала очищающее заклинание, а после оделась, используя магию.

Почему в груди эта боль? Я ведь не хочу, чтобы она осталась. Не хочу принять с ней горячую ванну после секса, а затем уснуть в её объятиях. Я не хочу. Это невозможно. Кажется, она это понимала лучше, потому что, не окинув меня и взглядом, направилась к выходу.

Я лежал на полу и не понимал: мне хорошо или плохо? У меня был охуительный секс, я выбесил Грейнжер, член больше не мучил — это хорошо. Но она уходила. Эта развратная сучка просто встала и собиралась свалить. Какого чёрта мне так плохо от этого?

Я видел её распущенные волосы, которые после секса со мной теперь не уложить ни одним заклинанием. Её прямую удаляющуюся спину. Так не должно быть. Я просто хочу, чтобы она вернулась и я мог вновь ощущать эту ядовитую ваниль. Она, должно быть, услышала мои мысли, потому что резко остановилась у самой двери.

— Тебе было отвратительно, Малфой?

Почему же она такая дура?! Я вздохнул и чуть приподнялся на локтях, продолжая смотреть на её спину. Она даже не развернулась.

— Хоть в кои-то то веки закрой свой рот и иди…

Не уходи. Останься, умоляю тебя.

— Да или нет? — она повернулась, и шоколадные глаза прожгли меня насквозь. Я тяжело сглотнул и не смог произнести ни звука. Потому что лгать, находясь под её пристальным взором, невозможно. Это было выше моих сил.

В комнате звенела тишина. Я слышал лишь своё учащённое дыхание. Она не сводила глаз с моего, наверное, потерянного лица. На её губах промелькнула тень ухмылки.

— Увидимся завтра после отбоя. Здесь же.

Я не успел ничего ответить, потому что она тут же выскочила за дверь, громко ей хлопнув. Оставляя после себя лишь пустоту.

Я не ожидал такого. Что она окажется такой. Но я приду…

У меня, блядь, нет выбора. Это уже пробралось в мои лёгкие, желудок и сердце. Что-то тёплое и отвратительно грязное. То, что мне не нравится, но то, что резко стало таким необходимым.

О да, Грейнджер, я приду.