Пока не остыла весна - Рада Нокс

Анастасия Волгина сидела у длинного стола с планшетом в руках. На экране мелькали графики и отчёты, и даже за семейным разговором она умудрялась сверяться с цифрами. Николай, его отец, расположился в кожаном кресле, слегка наклонившись вперёд. В руках у него был бокал виски — единственная деталь, которая выдавала не работу, а личную жизнь.

— Никита, — сказал он спокойным, деловым тоном. — У нас к тебе предложение.

Сын лениво закинул ногу на ногу и откинулся на спинку дивана.

— Звучит как начало презентации. Где слайды?

— Это серьёзно, — Анастасия не подняла глаз от планшета. Её голос был ровным, почти безэмоциональным. — Мы договорились с Вересовыми. Их дочь станет твоей женой.

В воздухе повисла тишина, нарушаемая только тихим гулом кондиционера. Никита моргнул, а потом коротко усмехнулся:

— Отлично. Вы уже составили бизнес-план моей личной жизни? KPI, дедлайны, отчётность?

Николай чуть прищурился.

— Не язви. Это союз, который укрепит обе семьи. Здесь нет места романтике, только стратегия.

Никита наклонился вперёд, локти упёрлись в колени. Его голубые глаза блеснули холодно.

— А если я скажу «нет»?

— Ты не партнёр в переговорах, Никита, — ровно произнесла мать. — Ты актив.

Парень рассмеялся — тихо, но это прозвучало вызывающе.

— Актив? Тогда извини, мама, но этот актив вышел из оборота.

Он резко поднялся и направился к двери.

— Никита! — голос отца звенел жёстко. — Ты совершаешь ошибку.

Он обернулся, ухмыльнувшись дерзко и чуть безумно:

— Ошибка — это прожить жизнь, подписывая чужие контракты.

Дверь хлопнула, оставив в стерильной тишине родителей, похожих скорее на двух стратегов после неудачной сделки, чем на мать и отца.

Но внутри Никита всё же чувствовал странное напряжение.

Дочь Вересовых. Кто она? И почему её фамилия не выходила из головы?

Глава 7 — Когда пути пересекаются

Столовая кипела жизнью: смех, споры, звон посуды сливались в единый шум. Второкурсники праздновали окончание лекций, старшекурсники обсуждали экзамены, а где-то в углу кто-то умудрялся спорить так громко, что даже столовые ложки дрожали в стаканах.

Лена, держа поднос с кофе и салатом, лавировала между столиками с грацией канатоходца. Алекс задержалась в библиотеке, и впервые за долгое время Лена оказалась одна. Она уже почти заняла место у окна, как вдруг чья-то фигура загородила ей дорогу.

— Осторожнее, — раздался спокойный, но твёрдый голос.

Лена подняла глаза и чуть не расплескала кофе. Перед ней стоял высокий парень с холодными серыми глазами. Взгляд у него был такой прямой, что Лена невольно подумала: «Ого, этот явно умеет прожигать насквозь».

— Ой, прости, — улыбнулась она, привычно легко, — я тебя не задела?

— Нет, — он едва заметно качнул головой. — Но в следующий раз смотри под ноги. Тут так толкают, что можно утонуть в супе дня.

Лена прыснула от смеха и тут же зажала рот ладонью.

— Серьёзно? Ты спас меня от трагической смерти в борще?

В его глазах мелькнула тень усмешки.

— Можно и так сказать.

Она прищурилась, всматриваясь внимательнее.

— Ты ведь Егор, да? Юрфак, четвёртый курс?

Он чуть наклонил голову набок, словно рассматривал её так же пристально, как она его.

— Мы знакомы?

— Не совсем, — Лена лукаво улыбнулась. — Но про тебя многие говорят. Трудно не запомнить фамилию Градов.

Егор слегка изогнул уголки губ.

— И что же именно говорят?

— Что ты один из самых дерзких на юрфаке. И что спорить с тобой — всё равно что подписывать себе приговор.

Он тихо хмыкнул.

— А про тебя говорят, что Соловьёву невозможно не заметить. Даже если очень стараться.

Лена моргнула.

— Ты знаешь мою фамилию?

— Я многое знаю, — спокойно сказал он, наклонившись чуть ближе. Его серые глаза задержались на ней на миг дольше, чем следовало.

Между ними повисла короткая пауза, и шум столовой будто отодвинулся на задний план. Лена вдруг поймала себя на том, что ей неожиданно интересно, как будет дальше.

— Так что, присядем? — первой нарушила тишину она, кивнув на свободный столик.

Егор пожал плечами, будто ему всё равно, и сел напротив. Но в его спокойствии было что-то намеренное.

Пока они разговаривали о лекциях, преподавателях и том, что Лена пьёт кофе литрами, Егор слушал удивительно внимательно. Его реплики были короткими, иногда с лёгкой колкостью, а Лена отвечала улыбкой или шуткой.

Она думала, что это случайная встреча. Но в его серых глазах мелькал интерес, который никак не был случайным.

Егор уже знал: иногда самые важные разговоры начинаются с «осторожнее».

Глава 8 — Вечерние огни

Университет к вечеру вымер. Коридоры опустели, двери аудиторий были заперты, даже охранник на первом этаже зевал, листая телефон.

Лена сидела в читальном зале, раскладывая конспекты по психологии. Времени ушло больше, чем она ожидала, и когда она взглянула на часы, стрелки уже перевалили за девять.

— Вот чёрт, — пробормотала она, собирая вещи. Автобусы в это время ходили редко, а идти пешком через полгорода ей совсем не улыбалось.

Выходя на улицу, она накинула капюшон. Ночной воздух был прохладным, фонари отражались в лужах после недавнего дождя. И тут она заметила знакомую фигуру, облокотившуюся о чёрный седан у парковки.

— Егор? — удивилась она, подходя ближе.

Он поднял глаза от телефона, серые, как сталь, и чуть усмехнулся.

— Соловьёва. Ты что тут забыла в такое время?

— Учёба, — она показала на стопку конспектов в руках. — А ты? Ждёшь кого-то?

— Скорее, кого-то нашёл, — ответил он спокойно. — Садись, подвезу.

Лена колебалась всего секунду. Обычно она не садилась к малознакомым парням в машину, но с Егором почему-то не возникало этого ощущения опасности. Скорее наоборот — странное спокойствие.

— Ладно, — она улыбнулась и села в пассажирское сиденье. — Но если ты маньяк, знай, я бью коленом очень метко.

Егор тихо рассмеялся, заводя мотор.

— Учту.

Машина плавно тронулась с места, выехав на освещённую дорогу. В салоне было тихо, играла едва слышная музыка. Лена устроилась поудобнее и украдкой посмотрела на Егора. Он держал руль уверенно, взгляд был сосредоточен на дороге, но время от времени бросал на неё короткие взгляды.

— Ты всегда такая? — вдруг спросил он.

— Какая?

— Лёгкая на подъём. Улыбаешься, даже когда устаёшь.

Лена пожала плечами.

— А смысл иначе? Если не смеяться, можно с ума сойти.

Егор кивнул, будто запоминая её слова.

— Звучит мудро.

Она повернулась к нему, чуть прищурившись.

— А ты всегда такой серьёзный?

Он усмехнулся краем губ.

— Может быть. Но это не значит, что я не умею