Вдребезги твой - Кейт Аддерли

Витающий парфюм Кайда в моей комнате. Только не это, прошу.

Я закрываю глаза, отказываясь верить в то, что предчувствовала перед поездкой к родителям. Ком в горле. На пол рухнула не только сильная часть меня, спортивная сумка со всем необходимым, но и кое-что более важное. Надежда.

По телу прокатывает омерзительная дрожь. Со стороны кровати доносится мой голос – это срабатывающий автоответчик. Кажется, кто-то пытается достучаться до меня.

И я догадываюсь, кто этот любитель моего сладкого голоса по ночам.

Возле большой кровати стоит столик. Как я его называю: «женское пристанище». Именно оттуда сейчас доносится веселое:

«Привет! Это Стейси Рейвен, эмм…»

Знаю, что произойдет в следующие четыре секунды. На этой записи я рассмеюсь и попытаюсь оттолкнуть любимого:

«Кайден, они же все слышат»

Я прикрываю глаза. Нет смысла сопротивляться прошлому. Звуки, записанные на автоответчик, возвращают меня назад, к нам.

Ригхан усаживает меня на стол, оголяет мою грудь, избавляясь от красного кимоно из шелка, и покрывает ключицы поцелуями, спускаясь все ниже. Я снова смеюсь и пытаюсь удержать мобильную трубку в руке. Струящаяся ткань не выдерживает напора наших чувств и оказывается в ногах Кайда.

Он перехватывает телефон и заканчивает запись для автоответчика за меня:

«Это Кайд Ригхан – любовь всей жизни Стейс Рейвен. Перезвоните позже, она сейчас занята поцелуями и ахерительно-горячим сек…»

«Ну, Кайд», – это последнее, что я шепчу на записи, увлекаясь мужчиной.

Таково данное устройство. Каждый раз, когда человек не может дозвониться на телефон – включается эта запись у звонящего и у меня. Идиотское напоминание о прошлом! Почему родители не выкинули его, а оставили пылиться после моего отъезда?

Им нравилось слушать запись и вспоминать, какой счастливой когда-то была их дочь?

Завтра же утром поговорю с ними. А еще лучше отключу устройство или выброшу!

Я вернулась в Ванкувер два дня назад. Мое времяпрепровождение с родителями было под угрозой. Перед тем, как прилететь в город, где я прожила полгода, пришлось пройти через трудности.

Потерянный паспорт за сутки до вылета. Лопнувшее по дороге колесо у такси. Отломавшаяся ручка чемодана. Приятельница, порывающаяся проводить меня до аэропорта, и ее несработавший будильник. Пролитый кофе на мою новенькую белую кофту. Задержка рейса. И еще много неприятностей, которые пришлось пережить, прежде чем попасть в родной западный Ванкувер.

Весь мир, будто был против моей поездки сюда. Сколько я здесь не была? Четыре года, кажется…

Все планировалось совершенно иначе. Я не должна была уезжать. Но сбежать из Ванкувера после тяжелого расставания тогда показалось лучшей идеей.

Сара с папой множество раз приглашали меня к себе. Я все время ссылалась на учебу, выдуманную простуду, смерть домашнего любимца, которого у меня никогда и не существовало в Торонто. Я была не готова перешагнуть через себя и вернуться в Ванкувер хотя бы на каникулы. Поэтому родители каждый раз получали отказы и приезжали ко мне.

В голове продолжают слышаться наши счастливые голоса:

«Стейс… любовь всей жизни… занята поцелуями…»

Я поднимаюсь с пола и подхожу к кровати, стягиваю с себя одежду и направляюсь в душ. Спортивный зал, находящийся на цокольном этаже нашего особняка, выбил из меня последние силы. Уважение к себе не позволяет мне лечь в постель потной и грязной. Перед сном я всегда привожу себя в порядок.

После гребаного автоответчика Кайд Ригхан решает окончательно поселиться в моей голове. Стоит вспенить мочалку и прикоснуться к телу, как сознание подкидывает те эпизоды, где мы с Ригханом вместе принимали душ.

Нужно бежать отсюда и ложиться спать. Утром все и всегда проходит. Боль утихает, голова проясняется, тело ощущает себя отдохнувшим. Я убеждаю себя в этом последние несколько лет. Помогает, но ненадолго.

Да, наверное, мне просто необходим отдых. Например, поспать до двенадцати, вкусно позавтракать и читать оставшийся день эротический романчик или детектив, не выбираясь из кровати.

Я остаюсь обнаженной, когда выхожу из ванной, совмещенной с моей комнатой и гардеробной. Окружающее погружается во тьму, стоит выключить яркий свет.

Интуиция никогда не обманывает меня. В окне напротив я вижу светлое пятно. Не знаю, подглядывал ли Кайд за мной, видел ли меня голую, как много лет назад…

Я уже сняла линзы и оставила очки на столе, поэтому сделаю вид, что меня мало волнует его королевская персона.

Этот мужчина может заполучить все. Кроме моего сердца, разумеется (как в любых историях здесь есть исключение). Достаточно было одного раза. Ригхан может подарить, что угодно – ты только ткни пальчиком. Но мне от него не нужно никаких подарков, и этой информацией он прекрасно осведомлен. Чего только ему стоило то фееричное пламя, которое я устроила перед тем, как исчезнуть.

Свежий аромат постельного белья помогает мне позабыть о тревоге и том, что я собиралась выключить древний телефон из розетки.

– Стейс, – шепчет голос во тьме.

Мне кажется, что у меня паранойя. Скажу родителям, сочтут меня за сумасшедшую. Обращусь за помощью к врачу, есть вероятность, что подсадят на антидепрессанты или еще хуже упекут в психиатрическую. Ни один из раскладов не подходит такой молодой девушке, как я.

Разве «двадцать два года» звучит, как приговор?

Я слышу Кайдена, зовущего «Стейс» уже пару месяцев. Это не может происходить в реальной жизни. На встречах со знакомыми, в собственном доме, деловых поездках, самолетах, машинах – везде его голос. Моя нервная система довольно расшатана. Я лежу в постели и сдерживаю попытку разрыдаться. Меня все так доконало в последнее время.

Гребаный автоответчик пару часов назад уничтожил надежду на какое-то просветление в жизни. Я ступаю на ледяной паркет и спешу к окну, по дороге прихватывая пачку сигарет. Сама ситуация с бывшим кажется сумасшествием. Поэтому, чтобы хоть как-то поддерживать нормальный образ жизни я стала курить.

В нашей паре обычно Ригхан дымил (до поры до времени). Но сейчас это место полноправно заняла я. Пачка в день – это вообще нормально? Только он мог бы дать ответ на вопрос. Никто из моего окружения не балуется никотином, все презирают мою привычку. Только они не в курсе, что сигареты лечат от больной привязанности к человеку.

– Стейс…

– Проваливай к дьяволу, Ригхан! – вырывается у меня с очередной порцией дыма. Крыша едет окончательно.

На улице холод. А я обнаженная стою возле распахнутого окна и вглядываюсь в черное окно Кайда (псих успел погасить свет).