Ты мое счастье - Ронда Грей

— Верно, Мэйбл Симпсон. — Мэб вежливо протянула ей руку.

— Сабина Грей, я — подруга Фреда.

Мэйбл была ошеломлена. Итак, Джесси получила отставку! Вспоминая прошлое, она не должна ничему удивляться: без сомнения, Фред обманывал красавицу Джесси, так же как он обманывал и ее.

Мэб решительно попыталась отделаться от воспоминаний и сосредоточить внимание на женщине, стоявшей перед ней. Сильно накрашена, темная краска для век подчеркивает миндалевидную форму ее глаз. Очень короткие волосы, но очень изысканная прическа; стройное, почти мальчишеское тело.

— Агата и Питер были чудесными друзьями, — печально продолжила Сабина. — Нам их будет не хватать.

— Да, — кивнула Мэб и постаралась припомнить, упоминала ли Агата когда-либо имя этой женщины.

Сестра почти никогда не говорила о личной жизни Фреда. Эта тема стала запретной после того, как Мэб дала понять, что он ее не интересует и что она влюблена в Элвина.

Вспомнив сейчас их последний разговор о Фреде, она почувствовала себя виноватой. Тогда Агата была явно разочарована.

— Дорогая, — сказала она, едва скрывая раздражение, — ты не можешь предпочесть Элвина… Послушай, почему бы тебе не приехать сюда в отпуск и…

Мэйбл постаралась избавиться от воспоминаний об этом разговоре. Агата очень часто, особенно в последний год, просила ее приехать в Штаты, а она преднамеренно откладывала поездку из-за нежелания видеть Фреда. Ей следовало приехать, и черт побери этого Фреда Гринвуда.

Мэйбл посмотрела в другой конец комнаты и встретилась взглядом с мужчиной, занимавшим ее мысли.

Фред сегодня выглядел еще более привлекательным, чем обычно. Темный костюм сидел безупречно. Волосы переливались, словно вороново крыло в лучах вечернего солнца.

Они не перекинулись и словом после вчерашнего спора. В самом деле, он вел себя просто грубо. Она резко отвернулась, но краем глаза заметила, что он направляется прямо к ней.

Мэйбл постаралась игнорировать его появление и сосредоточиться на том, что говорила стоявшая рядом женщина, но та, когда Фред подошел к ним, оборвала фразу.

— Я вижу, вы уже познакомились с Сабиной, — сказал он, по-хозяйски кладя руку на плечо ее собеседницы.

— Да, — кивнула Мэб.

— Я рассказывала, как мы были близки с Агатой, дорогой, — женщина улыбнулась ему. — Бедняжка чувствовала себя немного потерянной, когда впервые приехала сюда с Питером.

Фред кивнул.

— Ну конечно, окружение было непривычным для нее, но она быстро адаптировалась. Думаю, Агата была счастлива в Штатах.

— Да… сестра говорила мне, что ей здесь нравилось. — Мэб отпила глоток вина и продолжила: — Она хотела вписаться в здешнее общество, поскольку для Питера это очень много значило.

Как странно, отметила Мэйбл, стоять здесь и анализировать жизнь своей сестры. Боже мой, подумала она, ведь ей было всего двадцать три. Она была на пять лет моложе меня. Мэйбл повернулась и поставила бокал вина на столик.

— Извините меня, — торопливо проговорила она и направилась в женскую комнату.

Ее сердце бешено билось, и Мэйбл испытывала тошноту, пока брызгала на лицо холодную воду. Она не сразу привела себя в порядок, но потом глубоко вдохнула и занялась лицом. Оно у нее сильно побледнело, и в данный момент темный пурпур платья ее отнюдь не красил. Со вздохом она провела щеткой по длинным волосам. Агате и Питеру, наверное, не понравилось бы мое поведение, напомнила она себе. Я должна собраться с духом и продолжать жить. Мне нужно думать только о детях.

Когда Мэйбл вернулась в зал, присутствующие уже стали расходиться. Она прошла к дверям, где стояла Леонора, благодарившая их за участие в панихиде.

Она обернулась к Мэйбл, поскольку поток уходящих на какой-то момент прервался.

— Не знаю, как ты, а я буду рада, когда все это кончится. — Она печально покачала головой. — Я совсем обессилела.

— Знаю. — Мэб сочувственно пожала пожилой женщине руку. — Вы правильно сделали, что не привели сюда детей. Они бы этого не выдержали.

Леонора кивнула.

— Им лучше побыть в компании своих друзей. Не думаю, что Питеру понравилось бы, если бы они были свидетелями этой процедуры.

Их разговор прервали какие-то люди, выразившие свои соболезнования, и взгляд Мэб снова словно магнитом притянуло к Фреду.

Он все еще стоял с Сабиной, занятый разговором с ней. Женщина очень красивая, подумала Мэб. Интересно, насколько серьезные отношения у Фреда с ней?

В этот момент он поднял глаза и заметил, что Мэйбл наблюдает за ним.

— Ты забыла свой бокал, — сказал он и протянул его ей.

Девушке ничего не оставалось, как подойти и взять бокал.

— Ты чувствуешь себя лучше? — спросил он, внимательно изучая ее бледное лицо.

— Все хорошо, — небрежно ответила Мэйбл.

— Как долго вы собираетесь пробыть в Чикаго, Мэб? — спросила Сабина, потягивая вино.

— Билет забронирован на рейс, который состоится через три недели, мне придется вернуться к своей работе в Лондоне.

— А чем вы занимаетесь? — поинтересовалась Сабина.

— Я художник и занимаюсь рекламой. Работаю в основном дома, — говоря это, она встретилась взглядом с Фредом.

Может, он поймет намек. Она гораздо лучше него смогла бы заняться воспитанием девочек.

В глазах Фреда не было и намека на какую-либо реакцию. Невозможно понять, достиг ли ее намек цели или нет.

— Как это интересно, — прошептала Сабина. Потом мимо прошел кто-то, кто привлек ее внимание, и Мэб оказалась наедине с Фредом.

— У тебя очень приятная подруга, — сказала она, чтобы как-то поддержать разговор после ухода Сабины.

— Она моя коллега по адвокатуре. Мы с ней сотрудничаем по нескольким делам, — небрежно заметил Фред.

— Мало красоты, так у нее еще есть и мозги, — ядовито бросила Мэб.

Он проигнорировал ее замечание.

— Так ты заказывала обратный билет? — проговорил он вместо ответа. — Ты должна сказать мне точную дату, чтобы я мог отвезти тебя в аэропорт.

От досады Мэйбл даже прикусила губу.

— Можешь не беспокоиться, — холодно отказалась она. — Я закажу такси.

Этот намек явно достиг цели. Фред покачал головой и сверкнул глазами.

— Не искушай судьбу, Мэб, — пробормотал он еле слышно. — Ты еще пожалеешь об этом.

Дрожь пробежала у нее по спине при этих словах, но Мэб с вызовом встретила его взгляд.

— Ты никуда не увезешь детей, — заверил он ее. — Во-первых, у меня их паспорта; во-вторых, если ты увезешь их под видом прогулки, я обвиню тебя в похищении.