Мужчина моей мечты - Джоанна Линдсей

— Ты ошибаешься: я покаталась верхом. Только не утром, а ночью, — медленно произнесла Меган, снова уставившись на сосиску.

— Не может быть!

— Часа в два ночи.

— Ты, наверное, шутишь!

Меган серьезно посмотрела на подругу:

— Мне это было крайне необходимо! Клянусь! Иначе бы я просто сошла с ума!

— Ты брала с собою ливрейного лакея?

— Жалко было его будить.

— Да как ты могла, Мегги!

— Но меня никто не видел, — оправдывалась Меган, только теперь осознавая, какой поднялся бы шум, если б кто-нибудь узнал, что юная леди совершенно одна отправилась посреди ночи на верховую прогулку. — Кроме того, я жалела Сэра Эмброуза и все время держалась у края дороги, потому что было ужасно темно. И ничего не случилось. Зато, вернувшись домой, я почти сразу же заснула. — Тиффани с молчаливым осуждением смотрела на нее, и Меган добавила:

— Эта прогулка вообще была для меня очень полезной, потому что помогла заснуть. Понимаешь, когда я в третий раз скакала до деревни и обратно, то…

— Третий?!

— Ну да. А всего я сделала пять кругов. Ничего страшного — я ведь сказала тебе, что ехала только по краю дороги, никуда не сворачивая. И у Сэра Эмброуза настроение было вполне подходящее для галопа, как и у меня.

Глаза у Тиффани стали круглыми от изумления.

— Ну так вот, — спокойно продолжила Меган, — во время третьего круга мне пришла в голову прекрасная идея насчет того, как утереть нос леди Офелии и каким образом это сделать лучше всего.

На лице Тиффани отразилась усталость.

— Ты не передумала откусить ей нос?

— Передумала! — торжествующе улыбнулась Меган. — Я собираюсь построить особняк в два раза больший, чем у нее, и сама стану принимать у себя гостей со всей округи. Вот это и будет для нее наказание.

— И как же ты предполагаешь это осуществить?

— Очень просто! Я выйду замуж за герцога.

— О, тогда понятно! И какого же герцога ты имеешь в виду?

— Конечно же, герцога Ротстона! — заявила Меган. — Ведь, кроме него, у нас нет ни одного знакомого герцога.

Тиффани резко выпрямилась: произнесенное вслух имя герцога придало затее подруги реальные очертания. Настолько реальные, что Тиффани испугалась, не задумала ли та всю аферу всерьез.

— Но мы же его совсем не знаем! Вспомни: когда мы в Черринг-Кросс пили чай у его бабушки, его самого там не было. И единственной причиной, по которой мы с тобой оказались в его поместье, было весьма поверхностное знакомство твоего отца с вдовствующей герцогиней. Он написал ей письмо, прося совета относительно покупки лошади к твоему двенадцатилетию.

— Это была судьба — герцогиня пригласила нас, чтобы мы выбрали лошадь из конюшни герцога.

— Судьба? Да у них же сотни лошадей! Она была просто рада-радехонька избавиться хотя бы от одной!

— В Черринг-Кросс скрещивают лошадей, — наклонившись к подруге, шепотом сказала Меган, так как слово «скрещивают» леди не должна произносить вслух. — Поэтому вполне естественно, что герцогиня с удовольствием одну из них продала нам. — Меган снова выпрямилась и произнесла:

— Вот видишь, у нас с ним уже есть одна общая черта — мы оба любим лошадей.

— Мы?! Ты имеешь в виду себя и герцога? Боже правый, Мегги! Неужели ты говоришь серьезно?

— Абсолютно! — Меган улыбнулась. — Только представь себе, Тиффи, — продолжала она, — к церкви подъезжает великолепный экипаж, на нем герб рода Ротстонов.

А неподалеку стоит чертова графиня Офелия в окружении своих все еще не пристроенных дочурок. И тут… из экипажа выходит твоя подруга в сопровождении самого красивого мужчины, какого только можно себе представить! Разумеется, я великодушно пожелаю графине доброго дня и даже представлю ей своего супруга — герцога. О, я буду настолько великодушна, что даже не соблаговолю обратить внимание на то, как она от изумления откроет рот, а ее цыпочки просто остолбенеют!

— Именно так и случится! — засмеялась Тиффани, на минуту поддавшись радостной игре воображения. — Да, это будет заслуженное и достойное возмездие! — Но тут же вздохнула:

— К сожалению, это невозможно…

— Возможно! — спокойно возразила Меган. — Я приложу все силы для того, чтобы осуществить свой план.

На лице Мегги появилось выражение такого неистового упрямства, что Тиффани даже слегка испугалась.

— Постой, Мегги, — попыталась она урезонить подругу. — Мне кажется, ты витаешь в облаках. Если уж тебе хочется выйти замуж непременно за титулованную особу, мы найдем какого-нибудь милого виконта. Может быть, даже графа. Да, да, именно графа, и тогда ты станешь равной по положению леди Офелии! И не качай головой, черт побери!

— Тиффани, если я и опущусь так низко, что выйду замуж только ради титула, то этот титул будет очень высоким.

— Тогда не опускайся!

— А я уже на это решилась. И чем больше я об этом думаю, тем больше меня привлекает идея стать герцогиней.

— Вечно ты делаешь меня козлом отпущения… — проворчала Тиффани. — Послушай, Мег, я вполне допускаю, что где-то в твоей родословной и был граф…

— Точно, был. Четыре поколения назад. А еще один или два барона, я точно не помню…

— Возможно, возможно! Но как бы там ни было, ты сама — всего лишь дочь простого сельского сквайра. Герцоги же, если захотят, могут жениться даже на особах королевской крови. Но на дочерях сквайров они не женятся.

— А вот Ротстон женится! Почему бы и нет? — не уступала Меган. — Он и так богат до невероятности, значит, деньги его не интересуют. И ему вовсе незачем жениться на титулованной особе — у него самого очень высокий титул. Если захочет, он может жениться и по любви — любой герцог может, черт побери, делать то, что ему заблагорассудится! А моя родословная и в самом деле дает основания считать меня вполне подходящей партией. Разумеется, он может найти для себя кого-то получше, чем дочь сквайра, но уверяю тебя, он этого не сделает. Потому что влюбится в меня, безумно влюбится, поняла? И ты сама прекрасно знаешь почему. Да-да, именно из-за моей проклятой смазливой физиономии. До сих пор красота не приносила мне ничего, кроме огорчения, но теперь… теперь я наконец-то использую ее, чтобы завоевать герцога!

В словах Меган было столько горечи и боли, что Тиффани, прежде чем задать следующий вопрос, решила осторожнее выбирать слова.

— Ну, а как же ты сама?

— Что значит — ты сама?

— Вдруг ты его не полюбишь?

— Непременно полюблю!

— А если не сможешь, Мег? Если он окажется низким человеком, к тому же гадким уродом, и полюбить его будет просто невозможно?

— Такого не может быть! Ведь он герцог!