Нежеланная жена - Рэчел Линдсей

Утреннее солнце по-хозяйски проникло в спальню. Таня откинулась на мягкие подушки и огляделась. Комната была прекрасно обставлена. Пол устилал мягкий зеленый ковер, оттеняющий плотные гладкие занавески с цветочным узором, которые ярко пестрели на фоне светло-кремовых стен. На изящном деревянном столике возле кровати стоял поднос с остатками еды: это был ужин, который послал ей вчера вечером Адриан.

Адриан… Она больше не могла думать об этом неприступном человеке как о том юноше, за которого вышла замуж восемь далеких лет назад. Все долгие годы разлуки она хранила в сердце его образ, но, когда ее воспоминания столкнулись с жестокой реальностью, прошлое исчезло под их натиском.

Возможно, это случилось потому, что она хотела увидеть его таким же, как в день прощания в аэропорту, когда они поцеловали друг друга в последний раз. Она была готова к тому, что найдет его изменившимся, повзрослевшим, посуровевшим. Но она не могла предположить, что за восемь лет этот человек изменится до неузнаваемости.

Как холодно он смотрел на нее! Ее муж быстро справился с ужасом, мелькнувшим в глазах, но недоверчивость и холодность остались. Когда он положил руки ей на плечи, в этом легком прикосновении не было любви и нежности, только отвращение, которое супруг всеми силами пытался скрыть.

Таня выскочила из постели и подбежала к большому зеркалу. На нее смотрело лицо с ввалившимися щеками и огромными глазами. Кожа была еще гладкой, но в лице не было ни кровинки; светлые волосы потускнели, словно были покрыты слоем пыли. Она не могла винить Адриана в том, что он не сразу узнал ее. Порой она сама с трудом узнавала себя. Вздохнув, Таня стала одеваться.

Она выходила из ванной комнаты рядом со спальней, когда в комнате появилась горничная с завтраком на подносе.

— Доброе утро, мисс. — Она поставила поднос на столик у кровати. — Надеюсь, вы хорошо спали?

— Да, спасибо. — Таня посмотрела на кофе и булочки. — Я могу спуститься вниз к завтраку.

— Мистер Честертон распорядился принести вам завтрак наверх. Он также просил вас зайти к нему в библиотеку, когда вам будет удобно.

— Я пойду сейчас же.

Таня повернулась к двери, но служанка отрицательно покачала головой.

— Не торопитесь, мисс. Сначала позавтракайте, вам это пойдет на пользу.

Таня поколебалась, потом, согласившись, что в словах девушки есть резон, присела на краешек кровати и налила себе немного кофе из кофейника.

Кофе был очень вкусный по сравнению с тем ужасным заменителем, который она привыкла пить в Ровнии. Вкусными были и свежие хрустящие булочки со сливочным маслом. Но она не могла есть с аппетитом, думая о предстоящем разговоре с Адрианом. Ей хотелось поскорее с этим покончить. Горничная сказала, чтобы она не торопилась, и Таня заставила себя выпить вторую чашку кофе, потом медленно подошла к зеркалу и равнодушно причесала волосы.

Она привыкла к своей старомодной, изрядно поношенной одежде. И только сейчас, в этом элегантном окружении, почувствовала, насколько она ужасна. Черная саржевая юбка доходила ей почти до лодыжек, блуза была такая застиранная, что яркая цветная вышивка, которой славилась ее страна, совсем потускнела и выцвела. Но с этим она ничего не могла поделать и, заколов волосы в гладкий пучок на затылке, пошла в библиотеку, где ее ждал Адриан.

Он поднялся из-за стола, когда Таня вошла.

— Надеюсь, ты хорошо спала? — вежливо поинтересовался он.

— Да, спасибо. — Не дожидаясь приглашения, она села на стул. — Не знаю, о чем нам с тобой говорить. Чем скорее я уеду, тем лучше.

— Все не так просто. Мне уже позвонил кое-кто из деревни, чтобы спросить, удачно ли ты добралась.

— Кто это?

— Ты спрашивала дорогу у нескольких людей, — пояснил Адриан. — Один из них оказался самым большим сплетником в деревне. Вернее, сплетницей. К тому же память у нее, как у слона. Она вспомнила, что когда-то я был женат на иностранке…

— И догадалась, что я твоя жена? — упавшим голосом пролепетала Таня.

— Нет. Хотя если мы дадим ей повод для подозрений, она сможет сделать выводы. Это несложно. Пока она считает, что ты приехала сюда… чтобы… — Он замолчал, затрудняясь подобрать нужное слово, потом, так ничего и не придумав, сказал: — Я не стыжусь того, что женился на тебе, поверь мне, Таня, это правда.

— Надеюсь, что так.

— Да, это так, я говорю искренне. — Впервые, за все время, в его голосе прозвучало настоящее чувство. — Я очень любил тебя, и мне очень жаль… мне жаль, что все так сложилось.

— Спасибо. Я рада, что ты это сказал.

Несколько секунд они, молча, смотрели в глаза друг другу, затем Адриан быстро заморгал, отгоняя воспоминания.

— Я должен тебе кое-что сказать, — продолжал он. — Я кандидат в члены парламента, и, если станет известно, что у меня есть жена, которая приехала ко мне из-за «железного занавеса», для меня это может стать катастрофой.

— Почему? Кстати, ты забыл, что я тебе больше не жена.

— Не совсем так. То, что развод был объявлен твоим правительством, еще не значит, что он действителен у нас в стране, тем более, что мы с тобой расписывались в британском посольстве.

— Я уверена, ты сможешь все устроить наилучшим для себя образом.

Он кивнул, не обращая внимания на ее сарказм.

— Да, думаю, здесь проблем не будет. Я собирался заняться этим после выборов.

— Я все же не понимаю, чем мой приезд сюда может тебе повредить. Мой отец был посажен в тюрьму и убит, потому что не был согласен с режимом, и мне пришлось бежать из страны по тем же причинам.

— Разумеется, интеллигентные люди это поймут, — ответил он. — Но не все здесь такие.

— Это единственная причина, по которой ты хочешь скрыть, кто я такая? Я не очень хорошо говорю по-английски, но у тебя из-за этого не должно складываться впечатления, что я слабоумная. Вчера вечером я почувствовала, что есть еще какая-то причина того, что мой неожиданный приезд оказался так некстати.

— Если я что-то и скрывал от тебя, — быстро заговорил он, — то только, щадя твои чувства.

— Я давно уже привыкла, чтобы мои чувства не щадили. Пожалуйста, продолжай.

Он помолчал.

— Помнишь девушку, которая сидела на диване рядом с матерью?

— С темными волосами? Я подумала, что это твоя сестра.

— Нет. Моя сестра была наверху. Эта девушка, она моя… моя невеста.

Таня с трудом сглотнула.

— Но как ты мог с ней обручиться, если, как ты говоришь, не считал себя свободным?

— Почему же, я свободен. Просто, как я тебе объяснил, мне нужно узаконить это положение.

— Жаль, что ты не оформил развод официально шесть лет назад. Тогда бы тебе не пришлось возиться со мной сегодня.