Незваная гостья - Синди Холбрук

В дверь негромко постучали. Capa невольно вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

– Войдите!

Дверь открылась, и на пороге возникла тщедушная птичья фигурка миссис Биддингтон. Экономка на мгновение застыла, как вкопанная, потом всплеснула ручками.

– Ох господи ты боже мой!

– Что случилось, миссис Биддингтон? – поинтересовалась леди Capa.

– Я и не знала, что вы уже поднялись, – растерянно ответила миссис Биддингтон. – Доктор Хоббс приехал.

– Ну что ж, – вздохнула Capa, – зовите его сюда, если приехал.

Миссис Биддингтон на секунду исчезла и вновь появилась, на этот раз с самодовольного вида пожилым джентльменом. Тот окинул взглядом Сару и пробормотал, потирая руки:

– Ч-черт! Вот это да!

– Как поживаете, доктор Хоббс? – спросила Capa, пряча улыбку.

Он не мог оторвать от нее глаз.

– Отлично. Прекрасно. Но давайте-ка лучше посмотрим, как вы поживаете, мисс…

– Ами, – подсказала Capa. – Зовите меня просто Ами. И поживаю я, как мне кажется, неплохо, если не считать потери памяти.

– К сожалению, мама не смогла приехать, – сказала Мелани, усаживаясь в кресло. – Тетушка Мэри прихворнула, и она отправилась проведать бедняжку. Буквально перед тем, как принесли твое послание, я получила письмо, в котором она просит меня тоже приехать к тетушке Мэри.

Джеффри рассеянно посмотрел на горящее в камине пламя.

– Тебе было вовсе не обязательно приезжать сюда. Это все выдумки миссис Биддингтон. Она сочла, что мне неприлично оставаться наедине с этой странной женщиной, попавшей в наш дом.

– Узнаю миссис Биддингтон, – хохотнула Мелани.

Джеффри рассмеялся в ответ.

– Не понимаю только, кого хочет обезопасить миссис Биддингтон. Эту женщину? Но уж кому-кому, а миссис Биддингтон известно, что я не любитель волочиться за женщинами. Меня? Неужели она думает, что мне может что-то грозить от этой замарашки?!

– Скажи, это правда, что эта женщина не помнит своего имени? – спросила Мелани и, не дожидаясь ответа, покачала головой. – Это ужасно. Я думаю, она испугана.

– Испугана? Ну уж нет, только не она! – ответил Джеффри. – Когда женщина испугана, она не раздает оплеухи и не упрекает других за то, что они недостаточно, по ее мнению, воспитанны!

– Она так ведет себя? – испуганно спросила Мелани.

– Именно так, – подтвердил Джеффри и поморщился. – Какого же я дурака свалял, когда она хотела уйти, а я удержал ее!

– Ну нет, – возразила Мелани. – Как можно было отпускать ее в таком состоянии? Ты поступил правильно.

– Не знаю, – с тоской сказал Джеффри. – Но, черт побери, я вообще не хочу видеть в своем доме женщин, а уж таких, как она, и подавно. У меня хватает своих забот!

Мелани нахмурила бровки.

– Если хочешь, я могу остаться и поухаживать за ней, пока она не вспомнит своего имени.

– Боже избави, – ответил Джеффри. – Я не настолько жесток, чтобы вешать эту сумасшедшую на твою шею. Нет, хватит и того, что я свалял дурака, когда вытащил ее из того болота. Пойду-ка я лучше к сквайру и расскажу, что выудил сумасшедшую, которая не помнит своего имени, и…

Его перебил стук в дверь, которая тут же отворилась, и на пороге появился доктор Хоббс.

– А, это вы, Джозеф! – приветствовал его Джеффри. – Ну, что там с вашей пациенткой?

Джозеф пошевелил бровями и не спеша уселся в кресло.

– Странный случай, – неторопливо начал он. – Очень странный. Она не помнит ни своего имени, ни откуда она – ничего! Я знаю, такое бывает, когда люди сильно прикладываются головой, но…

– Амнезия, – понимающе кивнул Джеффри.

– А? Что? – встрепенулся Джозеф.

– Так это называется, – пояснил Джеффри.

– Считайте, что так, – вяло отмахнулся Джозеф. – Лично мне никогда не нравилась эта латынь, терпеть ее не могу. Но то, что у этой девушки именно эта болячка, можно не сомневаться.

– Чем мы можем помочь бедняжке? – спросила Мелани.

– Чем помочь? – переспросил доктор. – Да, пожалуй, ничем. Если она потеряла память оттого, что ударилась головой, память вернется к ней, когда того захочет голова. Ну а если с этой девушкой случилось что-то такое, о чем она боится вспоминать, то память вернется, когда того захочет сама больная. Память вообще, должен вам сказать, очень тонкая штука. Она может, кстати говоря, не вернуться и до самой смерти.

– О господи, – прошептала Мелани.

– С головой все понятно, – сказал Джеффри. – А как со всем остальным?

– Сплошные синяки и ссадины, – покачал головой Джозеф. – Другая на ее месте рукой не смогла бы шевельнуть. Но эта девушка, по счастью, в отличной форме.

Доктор порозовел, потупил глаза и негромко добавил:

– Хм-м… Да. Просто в прекрасной форме, я бы сказал.

– Ну и замечательно, – сказал Джеффри. – Значит, особого ухода за ней не потребуется.

Джозеф пристально взглянул на него и громко расхохотался.

– Джеффри, мальчик мой, – вытирая слезы с глаз, сказал он. – Ведь ты, насколько мне известно, не слепой. Живя с такой женщиной под одной крышей…

Доктор вспомнил о Мелани и резко оборвал фразу.

– М-м… Да. Впрочем, это неважно, – пожевал губами доктор. – Вот еще, пока не забыл. Как я уже говорил, э-э-э… пациентка вся покрыта синяками, и самые странные из них те, что расположены у нее на шее.

– На шее? – поразился Джеффри.

– О боже, нет! – простонала Мелани.

– Да. На шее, – сказал доктор. – И они, эти синяки, ужасно похожи на отпечатки чьих-то пальцев. Разумеется, пока наша больная не обретет память, мы можем только строить предположения. Возможно, все это только лишь мои фантазии, и эти синяки имеют то же происхождение, что и все другие, покрывающие ее тело.

– Любопытно, – нахмурился Джеффри.

– А ты сам посмотри и увидишь, – посоветовал ему Джозеф и, кряхтя, вылез из кресла. – Ну, мне пора. Я расскажу по дороге миссис Биддингтон о том, как нужно ухаживать за больной. А впрочем, что там много говорить – покой, покой и еще раз покой – вот и все, что ей нужно.

– Да, разумеется, – сказал Джеффри и снова нахмурился. – Послушайте, Джозеф, может быть, нам пока не говорить никому об этой девушке?

– Оставляю это на твое усмотрение, Джеффри. Лично я ни на чем не настаиваю. – Он пристально взглянул на Джеффри и неожиданно расхохотался. – К тому же, как ты считаешь, особого внимания и заботы она не потребует.

Он покачал головой и двинулся к двери. Джеффри проводил доктора озадаченным взглядом, а когда тот ушел, обратился к Мелани: