Солнце в бокале - Клэр Бакстер

Довольная тем, что еда всем понравилась, Бет присела и стала слушать, как Таша хвалится своими кулинарными способностями.

— Я люблю готовить блюда с вином, — говорила она, — а иногда даже добавляю его в еду уже на столе.

Все рассмеялись, а Бет вдруг поймала взгляд Пьера. Он улыбнулся ей, и это была первая настоящая улыбка с момента его приезда. Это сразу вернуло ее на много лет назад, когда они постоянно обменивались многозначительными взглядами.

Ей вдруг стало трудно дышать, но она быстро взяла эмоции под контроль.

— А что написано на этикетке? — спросил Пьер, вертя в руках пустую бутылку.

— «Вековой холм». — Бет улыбнулась, начав рассказывать семейную историю. — Когда мой отец купил эту землю под винный завод, здесь уже давно были виноградники. Как раз там, где сейчас расположен «Барн». Владельцы были потомками поселенцев, которые и посадили виноградники сто лет назад. Отец использовал их виноград в первой партии вина и понял, что ему в руки попало настоящее сокровище. Уже тогда он знал, что его продукция будет иметь успех.

Пьер слушал ее очень внимательно.

— Вот он наш «шираз», — продолжила Таша, — сделан из винограда как раз с Векового Холма.

Она разлила вино всем.

— Я принесла урожай 2002 года. Говорят, он получился самым лучшим. Что скажете?

Пьер наконец отвел взгляд от лица Бет, а она потянулась за бокалом, пытаясь успокоиться. Ей нужно научиться быть уравновешенной в его присутствии. Она не имеет права вести себя, как подросток.

— Выглядишь так, будто находишься на работе, — обратился Морис к Пьеру. — Вот я помешан на спортзале. Возможно, ты захочешь, чтобы я показал тебе мой оздоровительный клуб. Но для этого придется наведаться в город.

Пьер посмотрел на Мориса, и Бет поняла, что он ищет вежливый отказ. Морис, с его грубоватостью, был совершенно не тем человеком, с кем Пьер желал бы провести время.

— На самом деле, — наконец сказал Пьер, — я не люблю ходить в спортзал. Я предпочитаю бегать. Чем раньше утром, тем лучше.

— Правильно. Каждому свое. Я и Бет не могу убедить присоединиться ко мне. Она безнадежно увлечена йогой, — закатил глаза Морис.

— А что плохого в йоге? — спросила Таша. — Я тоже подумываю заняться. Бет говорит, это очень помогает расслабиться.

— Упражнения не должны расслаблять, — возразил Морис. — Наоборот, наполнять энергией. А Бет любит всякую ерунду. Сейчас она увлеклась новым веянием — медитацией.

— В медитации нет ничего нового, — довольно резко ответила Бет. — Многие культуры использовали ее еще очень давно. В любом случае это лучше, чем просто сидеть и ничего не делать.

Таша рассмеялась, Пьер присоединился к ней, а Морис недоуменно качал головой. Он не умел смеяться над тем, что не было пошло и глупо. Бет с ужасом представила себе, какой была бы ее жизнь, если бы и она не умела находить смешное в простых словах и вещах.

Она поднялась со стула.

— Я принесу десерт, — произнесла она, собирая тарелки.

Бет стояла на кухне перед открытым холодильником, а мысли ее витали в Париже, во времена, когда у них с Пьером были общие шутки и общая постель.

— Ты в порядке?

Бет вздрогнула от голоса Таши.

— Да. А почему должно быть иначе?

— Ты так спешно удрала, а теперь стоишь у холодильника. Что-то не так?

— Ничего. Я просто задумалась.

Она потянулась и достала из холодильника немецкий торт.

— О, ты действительно купила мой любимый, — воскликнула Таша.

— Конечно. Я же обещала.

— Хотя, если бы на десерт был еще и Пьер, то я бы долго мучилась, выбирая.

Бет уронила нож, которым резала торт.

— Таша, прекрати говорить такие вещи. Он здесь по делам.

— Да ладно тебе! Если смешать бизнес и удовольствие, это нам очень поможет, — хихикнув, подруга вышла, неся чистые бокалы.

Когда Бет присоединилась к остальным, Таша разливала по бокалам золотистое вино.

— Это десертное «Вин санто», — пояснила она, потом обратилась к Пьеру: — Я вот что подумала. Вы должны прийти на прием, который мы устраиваем завтра. Послушаете, что покупатели говорят о винах, и посмотрите, как торжественный ужин может увеличить продажи. У Бет это хорошо получается.

Морис хмыкнул.

— Скукота. Вино нужно для того, чтобы его пить, а не говорить о нем.

Бет не понравились его слова, и она метнула на Мориса гневный взгляд.

— Я бы хотел прийти. Если Бет не против, — сказал Пьер.

Таша рассмеялась.

— Конечно, она не против.

Бет увидела, что все ждут от нее ответа.

— Если ты согласен, то я только «за».

Как только Таше пришла в голову эта мысль?! Бет совершенно не собиралась проводить с ним больше времени, чем положено.

— Вы женаты, Пьер? — вдруг спросила Таша, резко сменив тему разговора.

Бет застыла с вилкой в руке. Она чувствовала, что он колеблется.

— Разведен, — после долгой паузы ответил Пьер. У Бет в горле встал ком. Она прокашлялась.

— Ты женился на Арлетт?

Он кивнул. Морис и Таша удивленно уставилась на нее, а она просто отвернулась. Она не могла посмотреть им в глаза, потому что ее собственные наполнились болью. Конечно, он женился на Арлетт. Бет знала, что эта брюнетка всегда о нем мечтала. Она была подходящей женой для Пьера. Изысканная, утонченная… Француженка. Всего этого не было у Бет. И все же их брак развалился.

— А дети есть? — продолжила Таша.

— Да. Сын.

— О! — Таша придала своему голосу умиление. — Вы часто видитесь?

— Не так часто, как я этого хочу.

Бет увидела мрачное лицо Пьера и поняла, что этот разговор причиняет ему боль.

— Подождите минутку, — встрял Морис. — Мне кажется, что я чего-то не понимаю. Вы оба давно знакомы? — (Бет кивнула.) — Что ж, ты могла бы мне рассказать. Зачем делать из этого тайну?

— Это не тайна, — возразила она.

— И не новость, — высказалась Таша. — Бет училась у отца Пьера. Я об этом знала, да и ты наверняка тоже, просто забыл.

— Ну да, точно. — Морис встал из-за стола и даже не потрудился сдержать зевоту. — Мне, пожалуй, на сегодня хватит. Я еду домой. Был рад встрече, Пьер.

— Извините, — обратилась Бет к гостям и выбежала вслед за Морисом.

Они зашли на кухню, и Бет прикрыла за собой дверь.

— Ты не можешь вести машину, Морис. Ты слишком много выпил.