Волшебные очки для влюбленных - Диана Першинг

— Разумеется, я придержу ее для вас, — пообещала Джерри доктору.

Рэнс смотрел на девушку с явным одобрением. Когда она повесила трубку, он сказал:

— Ты потрясающая! Ты хоть знаешь об этом?

Она наморщила носик и, чувствуя, что снова краснеет, ответила:

— Нет, не знаю.

— Нет, правда, ты такая… отзывчивая. Ты счастлива, когда можешь помочь людям, у тебя даже лицо начинает светиться.

— Хватит, — смущенно запротестовала Джерри.

Рэнс подошел поближе к прилавку и дернул ее за хвостик на голове.

— Хотел бы я иметь такую сестренку. Ну ладно, мне пора. Увидимся, — сказал он и направился к двери.

Очевидно, что такое дружеское обращение исключало всякую возможность более романтических отношений, и, стараясь скрыть разочарование, Джерри небрежно спросила:

— Куда направляешься?

— У меня свидание.

— Правда? — Она уже знала ответ на следующий вопрос. — А с кем?

— С Марлой Коннели, — ответил Рэнс с улыбкой опытного соблазнителя.

— И она, разумеется, модель?

— Ну естественно. Мы недавно встретились в Нью-Йорке. Она хочет купить ранчо. Я предложил показать ей город.

Он лукаво приподнял бровь, как будто намекая, что его намерения идут немного дальше и что простой прогулкой по городу с красивой, стильной женщиной дело не ограничится.

Она почувствовала укол ревности, как и на прошлой неделе. Но… разве у нее нет возможности изменить ход вещей? Разве не может она на этот раз все сделать по-другому?

Подожди, сказала себе Джерри. Благотворительный вечер состоится через неделю, и на этот раз все будет по-другому. Рэнс наконец-то увидит, какое она сокровище. Прекрасная, утонченная принцесса Джерри.

— Ну ладно, тогда удачи, — сказала она, — увидимся.

Джерри проводила его взглядом. Довольная, что ей удалось хотя бы избежать падения, она развернулась и чуть не споткнулась о стопку книг, которые ждали на полу, пока их не расставят по полкам. Урок первый: ты можешь вернуться на неделю назад, но если ты неуклюжа, такой ты и останешься, и никакая магия тебе не поможет. На этот раз тебе повезло, поздравила себя Джерри, но никакое чудо не сделает тебя грациозной.

* * *

Суббота.

Джерри направляла коня к холмам Сьерра-Невады, где восходящее солнце озаряло лежавшие внизу долины. Этим утром девушка была полна надежд, к тому же она отлично выспалась — никакой боли от несуществующих синяков, никакого аспирина на ночь или льда на поврежденную ногу утром. На прошлой неделе она не смогла поехать на прогулку, но сегодня все было по-другому. Джерри гадала, присоединится ли к ней Дез, как это частенько бывало во время утренних прогулок, и вдруг услышала цоканье копыт. Вдали показался силуэт всадника. Она натянула поводья, заставляя Раффи приостановиться, чтобы подождать Деза.

Дез лишь кивнул в ответ на ее приветствие. Да, ее друг, как всегда, немногословен. Лаконичный, привыкший к одиночеству владелец ранчо, который говорит только тогда, когда этого не избежать. Но ей это нравилось, тем более что его никогда не раздражала ее болтовня.

Они поехали бок о бок.

— Прекрасный день, не правда ли? — сказала она, полной грудью вдыхая прохладный утренний воздух.

— Хм…

— Давай наперегонки до дерева!

Она тут же пришпорила коня, не давая ему возможности ответить, зная, что у нее нет никаких шансов обогнать Деза, но все же вызывая его на это дружеское соревнование. Через несколько секунд он нагнал ее, но не промчался мимо, как, несомненно, мог бы сделать, а поехал рядом.

Они гнали лошадей минут пятнадцать, пока не достигли зарослей деревьев, самое высокое из которых наклонялось над полупересохшим ручьем, купая свои утомленные жарой ветви в прохладной воде. Джерри думала об этом дереве с нежностью, ведь именно здесь несколько месяцев назад она стояла, безуспешно пытаясь приладить поводья, а Дез, проезжавший мимо, предложил ей свою помощь. Девушка с радостью ее приняла, ведь тогда она еще не умела обращаться с лошадьми.

Джерри родилась и воспитывалась в Нью-Йорке, в семье академиков и интеллектуалов, и лошадей видела только на картинках или в лучшем случае во время конных рейдов полиции. Ее неизменно восхищала сила и грация этих животных, и Джерри мечтала, что когда-нибудь у нее будет своя лошадь, а она станет первоклассной наездницей.

Приехав сюда, Джерри купила Раффи и держала его на конюшне у Деза, как ей и порекомендовал предыдущий владелец лошади. Девушка взяла несколько уроков верховой езды и сейчас, как она надеялась, уже неплохо справлялась, с каждым днем держась в седле все уверенней.

И все это благодаря Дезу. В своей ненавязчивой манере он научил ее седлать лошадь, обращать внимание на корни деревьев и опасаться змей во время прогулки, поить и чистить лошадь после нее…

— Ух ты! — воскликнула Джерри, достигнув цели. И она, и Раффи тяжело дышали, но выглядели довольными. — Это было здорово!

— Ты делаешь успехи, — похвалил Дез. — С каждым днем держишься в седле все лучше и лучше, — добавил он с легкой улыбкой на обычно невозмутимом лице.

Не в первый раз она заметила, что его поношенная ковбойская шляпа скрывает восхитительные голубые глаза, от которых бежали тоненькие лучики морщинок, появившиеся от многих лет, проведенных под палящим солнцем. Темные волосы и голубые глаза. Они достались ему от предков-ирландцев, объяснил он ей во время одного из редких приступов разговорчивости. Они приехали в Америку в годы голода и вели нищенскую жизнь. Сам же Дез упорно трудился и лет пять назад смог наконец купить ранчо, осуществив свою давнюю мечту — иметь собственный дом.

Джерри, конечно же, интересовало его прошлое. Он не был женат, и она знала, что живет он один. Но в нем было что-то, что удерживало ее от слишком личных вопросов, и она смиряла свое любопытство. Иногда ей казалось, что в этом человеке есть что-то загадочное, как будто бы тень какой-то печальной тайны окутывала его одиночество. Тем не менее ему нравилась ее компания во время совместных утренних прогулок раз или два в неделю.

Первый раз за свою сознательную жизнь Джерри чувствовала себя свободно в мужском обществе. У него был особый дар заставлять ее принимать себя такой, какая она есть, и не стесняться самой себя. Всю свою жизнь Джерри говорила то, что думала, а думала она о многом, и бедному Дезу приходилось выслушивать полный отчет о книгах, которые она прочитала, мысли, которые она где-то вычитала и хотела обсудить, ее мнение о политике, научных открытиях, о жизни вообще. Иногда она рассказывала ему о себе, жаловалась на свои неудачи на личном фронте, на свой рост, неуклюжесть.

И все же Джерри никогда не доходила до того, чтобы рассказать ему о Томми и своем неудавшемся романе, хотя всегда была готова делиться сокровенными мыслями с этим человеком. Иногда девушка замолкала и спрашивала, не слишком ли много она болтает, и всегда слышала в ответ, что ему нравится ее слушать.