Скамейка для влюбленных - Элизабет Пауэр

– Мистер Висконти… – Женщина постарше выглядела удивленной. – Это мисс Джеймс, – объяснила она. – Мы как раз заканчиваем собеседование.

– Я знаю.

Глубокий голос звучал спокойно. По-деловому.

Но Андреас даже не посмотрел на нее, и Маджента решила, что он пока не понял, что речь идет о его бывшей любовнице.

– Именно поэтому я зашел.

Его неожиданное появление вызвало у Мадженты шок, а затем он взглянул прямо на нее. Пронзительные голубые глаза встретились с потрясенными бархатисто-карими.

– Мистер Висконти – глава нашей компании, – пояснил кто-то из женщин. Голос ее доносился до Мадженты словно издалека.

Глава компании? Неужели такое может быть?

– Мы все его подчиненные, – сказала Лана Барлифорн, которая, похоже, глаз не могла отвести от него. – Ему принадлежит решающее слово во всех вопросах…

– И я боюсь, эта должность уже занята, – прервал ее Андреас.

– Но мы думали… – встряла Лана, его явная обожательница.

– Это мисс Николс, вторая претендентка на эту должность, – холодно проинформировал Андреас. – Я уже говорил с…

Онемевшая Маджента услышала, что он успел переговорить с менеджером по маркетингу, и та рада принять на работу другую кандидатку.

– Понятно, – кивнула Лана.

И вдруг, сквозь нарастающее смятение оттого, что она потеряла работу, которая была практически у нее в руках и на которую Маджента так рассчитывала, она ясно увидела то, что – как ни удивительно – не разглядела с самого начала.

Андреас знал, что она здесь. Возможно, изучил список претенденток, прежде чем зайти сюда. Он заранее решил не предоставлять ей работу.

– Мисс Джеймс, – женщина, чье расположение Маджента успела завоевать, взмахнула руками, – что я могу сказать? Думаю, мы должны перед вами извиниться.

«За что?» – подумала Маджента, испытывая боль и гнев. За то, что она позволила себе надеяться? За то, что мечтала исправить затруднительное финансовое положение и сохранить свою квартиру? За то, что впереди ее снова ждет бесконечная череда работ, которые плохо оплачиваются? Возможно, у этих людей нет счетов и долгов, с которыми предстоит рассчитаться, но у нее-то они есть! И теперь из-за того, что она хотела получить должность в компании, подчиняющейся мужчине, который ненавидит ее, долги так и останутся долгами.

Не заботясь больше о том, какое впечатление она производит на окружающих, Маджента вскочила и обратилась к женщине постарше:

– Да, вы обязаны передо мной извиниться. Мне пришлось взять отгул за свой счет, чтобы прийти на это собеседование. Вы так ведете все свои дела? Тогда я нисколько не удивлюсь, если собирающиеся въехать в ваши отели гости обнаружат, что их номера уже заняты.

Несмотря на резкие слова, Маджента испытывала жалость к своим собеседникам, особенно к старшей женщине, вынужденной работать под началом властного и холодного босса. Ее ярость была направлена исключительно на Андреаса. Он, только он заслужил весь ее яд.

– Это все, что я хочу сказать, – произнесла Маджента. Кстати, говорила она, ни разу не запнувшись.

Она отвернулась, чувствуя, как к глазам подступают слезы от осознания того, что это означает для них с Тео.

– Мисс Джеймс, – окликнул ее Андреас.

Маджента проигнорировала обращение и направилась к двери, в которую она вошла всего полчаса назад, питая самые радужные мечты.

– Маджента!

Ему, судя по всему, было все равно, что подумают подчиненные, услышав, как он обращается к ней по имени. Образы из прошлого замелькали перед глазами Мадженты. Она вспомнила молодого решительного Андреаса, который отказывался подчиняться воле своего отца.

Его мягкий приказ – а это был приказ – остановил ее.

Она стояла спиной к нему, ощущая, как неистово бьется ее сердце. Голова Мадженты была поднята, она глубоко дышала, стараясь контролировать себя. Распрямив плечи под серебристо-серым пиджаком, она обернулась.

– Есть другая вакансия, – сказал Андреас.

Расстояние, разделявшее их, позволяло ему внимательно рассмотреть женщину. Холодные мужские глаза оценивающе пробежались по ее фигуре, и Маджента чуть не забыла, что они в офисе не одни.

Она вопросительно взглянула на него, но Андреас уже обратился к трем сотрудникам, которые молча наблюдали за происходящим.

– Все в порядке. Я справлюсь с этим сам, – сказал он.

Они покинули комнату.

Женщина помоложе кидала в сторону Мадженты кинжально-острые взгляды, та, что постарше, улыбнулась какой-то понимающей улыбкой.

– И что это за вакансия? – Губы Мадженты пересохли, когда она задала вопрос. В просторном офисе по соседству вдруг стало нечем дышать. – Или ты с какой-то целью решил меня остановить?

Андреас обогнул стол и прислонился к нему, скрестив на груди руки.

– Думаю, сначала нам надо поговорить, – заявил он.

– О чем? Почему ты уничтожил мои шансы на получение работы, на которую я так рассчитывала? – Боясь услышать ответ, она тем не менее продолжила: – Что я тебе сделала? За что ты меня ненавидишь?

Андреас негромко рассмеялся, но глаза его остались холодными.

– Садись, – велел он, подбородком указывая на свободное кресло.

– Я предпочитаю стоять, если ты не возражаешь.

Однако Маджента подошла ближе к креслу – достаточно близко для того, чтобы ухватиться руками за спинку.

– Как хочешь. – Он махнул рукой.

– Скажи мне, что я сделала. Я же сказала тебе, я не помню.

– Удобно.

– Это правда.

– Сомнительно.

Маджента опустила черные ресницы, казавшиеся угольными на фоне ее прозрачной кожи.

– Мы встречались… – На негнущихся ногах она обошла кресло и все-таки села.

Андреас цинично заметил:

– Ну, это уже прогресс по сравнению с тем, что ты говорила в баре. Но если память меня не подводит, мы не просто встречались.

Мадженту затопили образы. Срываемая одежда. Жадные поцелуи. Обнаженные переплетенные тела. Она в постели, отдающая себя этому мужчине.

Она покачала головой. Слезы навернулись ей на глаза. Она вспомнила, что так и не получила работу, которой упорно добивалась.

– Ты плачешь, – заметил Андреас, подходя к ней. – Мне всегда нравилось целовать тебя после того, как ты поплачешь. От слез твои губы становились невероятно мягкими и зовущими, – тихо добавил он.

Мадженту мучили чувственные картины прошлого. Ее тело не замедлило отреагировать.

– Я не плачу, – выпалила она, а затем неожиданно снова вернулась в прошлое и увидела себя, горько плачущую. Она рыдала, потому что должна была покинуть Андреаса. Но почему? – Я раздражена, сердита, унижена, но я не плачу. Если ты хотел причинить мне боль, это твоя проблема, не моя. Кстати, не означает ли это, что ты и раньше расстраивал меня?