Самая лучшая свадьба - Линн Грэхем

Больше всего Лиззи хотелось провалиться сквозь землю. Вынести оскорбление на глазах у незнакомца оказалось тяжелее, чем терпеть грубые насмешки или ловить жалостливые взгляды соседей с той поры, как два года назад Эндрю Брук разорвал помолвку. Через месяц после этого Эндрю сыграл свадьбу с Эстер, уже беременной сыном. С каменным лицом Лиззи заварила чай и кофе и даже поинтересовалась у гостя, не добавить ли в кружку сахару.

Мрачно сжав в твердую линию чувственный рот, Чезаре глядел на скованную спину Лиззи, отмечая тонкую талию и стройные бедра, слегка обозначавшиеся под комбинезоном. Отец жестоко оскорбил ее. Однако неужели правда, что никто не ухаживал за ней? Несмотря на уродливую одежду, Чезаре сразу признал в ней красавицу. Может, не в традиционном понимании красоты, способной покорить мир, но такой, чтобы заставить любого нормального мужчину оглянуться вслед. Куда смотрели местные кавалеры?

– Извините отца, – с горечью сказала Лиззи, осторожно поставив перед ним кружку с горячим кофе. На мгновение она уловила мягкий цитрусовый аромат его одеколона и снова почувствовала жар внизу живота. Никогда и никто не смущал ее так в собственном доме.

– Вы не должны извиняться за него, милая, – ответил Чезаре.

– Просто хочу объяснить. Моих родителей бесили условия завещания, но я никогда не думала об этом. Помню, в детстве остров был камнем преткновения в нашей семье, потому что всегда не хватало денег.

– Вы когда-нибудь посещали Лайонз?

– Нет. Случай не представился. Мама провела там неделю с одним из своих приятелей, но ей не понравилось, – рассказывала Лиззи, одновременно изучая худощавое сильное лицо с высокими скулами, прямым носом и твердым упрямым ртом. Ее взгляд непроизвольно скользнул выше, к темным, с золотым блеском глазам Чезаре. – Думаю, она ожидала окунуться в роскошь, но обстановка дома оказалась очень скудной.

– По завещанию для содержания острова был создан денежный фонд. Насколько мне известно, там живет смотритель с семьей, который присматривает за имуществом.

Лиззи склонила голову набок. Поскольку гость явно не придал значения грубой реплике отца, она постепенно начала приходить в себя. Длинная шелковистая прядь скользнула по щеке. Чезаре заглянул в большие, орехово-зеленые глаза, обрамленные мягкими ресницами цвета меда. Он почувствовал, как его охватывает возбуждение, и напряг волю, чтобы подавить сексуальный импульс.

– Да. Фонд покрывает только содержание дома, а не обновление, поэтому там сохранилась обстановка тридцатых годов. Мама рассчитывала, что смотритель будет готовить еду и убираться в доме, но ни он, ни его жена не согласились. Ей пришлось все делать самой, – продолжала Лиззи. – Мама решила, что поездка на остров обошлась слишком дорого, учитывая расходы на питание и на перевозчика, который доставил их на остров и обратно.

– Полагаю, вам интересно знать, зачем я приехал?

– Не думаю, что вы собираетесь сделать мне предложение, – пожала плечами Лиззи, словно отметая язвительный комментарий отца, но при этом смущенно покраснела.

– Смотря что понимать под этим, – кивнул Чезаре, сплетая длинные пальцы вокруг кружки с кофе. Напиток был отвратительным, но вряд ли Лиззи волновали такие мелочи, когда ей в одиночку приходилось управляться с целой фермой. Стоя спиной к плите и скрестив на груди руки, она пыталась выглядеть непринужденно, но при этом была напряжена как струна. – Надеюсь, мы сможем прийти к деловому соглашению.

Лиззи нахмурилась, с усилием отводя взгляд от необычайно красивого лица. Она порозовела, ругая себя за отсутствие воли и удивляясь, чем он так сильно привлекает ее.

– Деловое соглашение?

– Мое предложение адресовано вам, потому что ваша сестра еще не достигла совершеннолетия. Конечно, придется получить ее согласие, поскольку она совладелица острова. Я готов выплатить вам значительную сумму денег за то, чтобы вы согласились принять участие в брачной церемонии со мной.

Ее ресницы задрожали: он поверг ее в шок. Хотя стоит заметить, что уверенный вид Чезаре и спокойная манера изложения придали фантастическому предложению почти заурядную повседневность.

– Серьезно? Всего лишь участие в брачной церемонии? Что это вам даст?

Чезаре рассказал о сентиментальной привязанности его бабушки к острову и о предстоящей операции. Слушая, Лиззи медленно кивала, тронутая едва уловимой нежностью в голосе Чезаре, которую он не мог скрыть, говоря о старой женщине. Помягчевший взгляд и легкий румянец на его щеках непроизвольно возбудили любопытство. Лиззи с удивлением отметила, что Чезаре вовсе не так холоден и надменен, как ей показалось вначале, хотя старательно прятал эмоции.

– Разве попытка обойти завещание не противозаконна? – тихо поинтересовалась она.

– Я не собираюсь афишировать нашу сделку, но для убедительности на какое-то время нам придется притвориться, что наш брак настоящий.

– А как же быть с «общим ребенком»? – не удержалась от вопроса Лиззи. – Это обязательное условие завещания.

– Предоставляю вам решать, войдет ли ребенок в нашу сделку. Я готов щедро заплатить за право бабушки посетить остров, но если вы согласны выполнить все условия завещания, то, продав мне Лайонз, имеете шанс получить с сестрой пару миллионов фунтов, – четко выговорил Чезаре. – Я очень богатый человек и готов заплатить высокую цену за то, чтобы вернуть остров семье.

Миллионы? У Лиззи пересохло во рту, она побледнела, все поплыло перед глазами. На секунду она представила, как за неправедные деньги исполняются несбыточные мечты: отец откажется от аренды фермы, они с Кристи купят ему коттедж в деревне, чтобы он мог ходить в паб на посиделки и встречаться со старыми приятелями. Кристи не придется вкалывать вечером на двух работах, она сможет заняться учебой и вернуть студенческий заем. А сама Лиззи, освободившись от обязанностей по ферме, выучится профессии, которая принесет ей радость. Арчи ждет профессиональный груминг, он получит новый ошейник и будет питаться лучшим собачьим кормом…

Мечты становились все более абсурдными, и Лиззи покраснела от стыда. Она крепко сжала кулаки, стараясь обуздать воображение, разыгравшееся при мысли о случайных, будто выигранных в лотерею, больших деньгах.

– Я не могу родить ребенка от незнакомца… или дать ему жизнь ради такой цели, – призналась она. – Если вас это утешит, скажу, что на секунду пожалела, что я не из тех женщин, кто мог бы.

– Подумайте об этом, – посоветовал Чезаре, отметив без удивления, что предложенная им огромная сумма денег произвела должное впечатление. Он легко поднялся и положил на стол свою визитную карточку. – Вот номер моего мобильного.

Высокий, на голову выше ее, с широким плечами, узкими бедрами и длинными ногами, он подавлял Лиззи.

– Тут есть над чем призадуматься, – вздохнула она.

Чезаре подхватил пальто со спинки стула и снова повернулся к ней. Его глаза сверкали, как топазы.