Стрела Купидона - Сара Крейвен

Это единственное изменение с нашей прошлой встречи к лучшему, подумала Фиби. Тогда меня вышвырнули, совершенно не заботясь о том, что со мною может случиться. Я была почти ребенком, а со мной обращались, как со шлюхой.

Она решительно сказала:

— Подойдет и другое такси. Я не хочу отрывать вас от ваших неотложных дел.

— Не угодно ли вам выпить свой кофе или выплеснете его мне в лицо? — печально произнес он.

Сама того не желая, Фиби улыбнулась. Он улыбнулся ей в ответ, и она подумала, что в первый раз видит его улыбку. И с ужасом поняла, каким он может быть привлекательным.

— Давайте уточним некоторые детали? — Доминик Эштон передал ей чашечку. — Вы действительно видели Синди с этим парнем? Сколько раз?

— Только один — вчера. Я вышла за Тарой на улицу посмотреть, куда она пойдет, и убедиться, что с ней все в порядке.

— Синди не теряет даром времени, — сердито сказал он. — Мы приехали сюда только три недели назад.

— Полагаю, ей не отказано в личной жизни.

— Естественно. По субботам и воскресеньям она бывает свободна и, как правило, каждый вечер тоже. Я и стал работать здесь, чтобы больше времени проводить с Тарой.

— Но я думала, что вам приходится часто уезжать по делам.

— Ну, это случается, само собой разумеется. Позавчера вечером я вернулся после недельной командировки. Но Тара все понимает. По крайней мере, я надеюсь, что это так.

— Она производит впечатление очень взрослой девочки, очень выдержанной.

— В некотором смысле вы правы. Ей пришлось взрослеть быстро.

— Да, — нерешительно продолжила Фиби, — должно быть, тяжело для ребенка — вот так лишиться матери.

— Вы так говорите, будто легкомысленность ее матери была неумышленной, — сказал он.

— Надеюсь, что вы не говорите в таком пренебрежительном тоне о своей умершей жене в присутствии Тары?

— А вы полагаете, что она умерла?

Фиби едва не расплескала свой кофе.

— Вы хотите сказать, что…

— Да Бог с вами, нет! — скривился он. — Только добродетельные умирают молодыми, мисс Грант. В этом смысле Серена переживет всех нас.

— О, Господи! — Фиби залилась румянцем. — Просто Тара сказала, что у нее нет мамы, я и подумала… Так это Серена Вейн — актриса?! Я должна была догадаться.

— Я думал, вы знаете. Вы и обратились ко мне как к мистеру Вейну, когда ворвались сюда.

Фиби смущенно опустила глаза:

— Я прошу прощения. Должно быть, это было ужасно.

— В высшей степени, — невозмутимо согласился он. — Но за время своей семейной жизни я привык к подобным происшествиям, почти смирился с ними.

— Я видела ее в фильме «Тэсс из рода д'Эрбервиллей», — выпалила Фиби. — Она была великолепна!

— Актерское ремесло — это то, что ей удается лучше всего, — согласился Эштон. — И я не осуждаю ее желание попытать счастья в Голливуде. — Он помолчал. — Я лишь не хочу такой жизни для Тары, но еще больше не хотел называть ее таким именем, — добавил он, скривив рот. — Но Серена была уверена, как раз перед крестинами дочери, что будет сниматься в роли Скарлетт О'Хары в римейке «Унесенных ветром», которому так и не суждено было увидеть свет.

Он проглотил остатки кофе и поставил чашку на стол.

— Как вы собираетесь поступить с Синди? — спросила Фиби.

Он пожал плечами.

— Прежде всего, надо ее найти. Все ее вещи здесь, в доме, поэтому я полагаю, рано или поздно она вернется.

— И она оставила свою машину на автостоянке, — напомнила Фиби и робко предложила: — Может быть, вам нужно позвонить в местные больницы и полицию? Синди могла попасть в аварию.

— Сейчас я был бы рад услышать, что она сломала свою чертову шею! Но вы правы. Я позвоню, только сначала отвезу вас домой.

— Лучше бы вы просто вызвали мне такси!

— Вы привезли мою дочь домой живую и невредимую. Я перед вами в долгу.

— Если можно, я пожелаю спокойной ночи Таре.

— Конечно.

Поднимаясь вместе с ним вверх по лестнице, Фиби была ни жива ни мертва. Если Тара будет в «той» комнате, она не выдержит. Но они прошли мимо.

— Это детская половина, — говорил Доминик Эштон, показывая путь. — Спальня Синди тоже здесь, а также большая комната для игр, две ванные и маленькая кухня для приготовления горячих напитков и закусок. Вполне независимый отсек, все предусмотрено.

Тара лежала в кровати с недовольным видом.

— Кэрри сказала, что мне придется сегодня лечь рано. Но я хотела спуститься вниз и поиграть в «Змей и лестниц» с тобой и Фиби.

Доминик взъерошил ей волосы.

— Я на стороне Кэрри. Для одного дня у вас было достаточно развлечений и игр.

Девочка с мольбой в глазах посмотрела на Фиби.

— Ты придешь еще раз и поиграешь со мной? Пожалуйста!

Фиби заставила себя улыбнуться:

— Я не могу обещать — я ведь работаю. А у тебя есть Синди, с которой ты можешь играть.

— Больше нет, — Тара улыбнулась. — Я слышала, папа сказал Кэрри, что Синди придет только через его труп. — Ее глаза зажглись радостью. — Папа, а почему Фиби не может быть моей няней?

Воцарилось молчание. Затем Доминик спокойно сказал:

— Уверен, у мисс Грант есть сотни причин. Спроси у нее самой, а я пока сделаю несколько телефонных звонков.

— Ты, правда, не хочешь быть моей няней? — обратилась Тара к Фиби, когда они остались одни. — Я думала, ты меня любишь.

— Я очень люблю тебя. — Фиби села на краешек кровати. — Но все не так просто. У меня уже есть работа.

— Но здесь гораздо лучше, чем в твоем кафе, — настаивала Тара. — У тебя будет красивая спальня. Хочешь посмотреть на нее? — Она начала слезать с кровати, но Фиби решительно остановила девочку.

— У меня тоже есть дом. — С крышей, которая течет, электропроводкой, которая нуждается в починке, и хозяином, который всюду сует свой нос. — Твой папа скоро найдет тебе новую няню.

— Я не хочу никого, кроме тебя, — настойчиво продолжала канючить Тара.

— Послушай, — Фиби взяла ее руку, — я пришла сказать спокойной ночи, а не ссориться. Все уладится, малышка. Вот увидишь.

Тара выдернула свою руку и отвернулась, уткнув лицо в подушку.

— Я не люблю бывать одна, — сказала она приглушенным голосом.

— Послушай, если ты будешь хорошей девочкой, я как-нибудь приду и поиграю с тобой. Конечно, если позволит твой папа.

Изменившееся, уже сверкающее радостью личико поднялось с подушки.

— Завтра? — с надеждой спросила девочка.