Счастье в проекте - Аманда Кордье

Антонио не очень понимал, как это получилось, что он вместе с Режин Лефевр почти бежит по ночному Цюриху:

— Мы куда-то спешим?

Ноги у нее были длинные, ростом она была почти с него, и темп взяла приличный.

— Мы идем танцевать.

— Вы вроде собирались поговорить о бетоне.

Она смотрела исключительно вперед.

«Ну и характер!» — подумал он.

— Нет, я собираюсь потанцевать.

— Со мной? — спросил он глуповато.

Она лишь фыркнула.

— Только в этом районе мы ничего подходящего не найдем.

Она вновь разозлилась:

— Вы крупный знаток танцполов?

— А чего зря бегать? — Он подозвал такси и назвал адрес.

— Я знаю одно место, там играют все латиноамериканские новинки. Сальса, боссанова, самба. Вы не против?

— Нет.

В такси они молчали. Антонио был в предвкушении чуда. Мысленно он уже сжимал в руках ее стройную талию, и они синхронно двигались в такт музыке… Невероятно, но сегодня она выбрала его.

Он уже давно хотел узнать, какой она была, когда снимала защитную каску, а заодно и маску грозной начальницы, командующей сотней мужиков. Сегодня у него был шанс утолить любопытство.

Он распахнул дверь клуба «Эль Соль», и в лицо им ударило жаркое облако. Было уже за полночь, и клуб был до отказа набит разгоряченными парочками. Антонио взял Режин за руку, чтобы не потерять в толпе. Звучала гитара. Экстатические женские голоса оттеняли хриплый баритон солиста. Толпа раскачивалась, как два любящих тела, луч прожектора хаотически вырывал из полумрака лица, плечи — свет тоже танцевал. Антонио положил руку на талию Режин и потянул ее в гущу толпы.

— Сумочка!

Он взял ее сумочку и переправил под барную стойку. Бармен кивнул ему, как знакомому. За сумочкой последовал жакет.

С каким удовольствием он расстегнул бы еще пару пуговиц на ее блузке! Ничего, всему свое время.

Танцуя, она поводила бедрами, призывно улыбалась и по-всякому старалась завести его еще больше, если только это было мыслимо. В бурлящей массе танцующих им просто ничего не оставалось, кроме как притиснуться друг к другу. Он поддерживал ее за спину, упругая грудь то и дело задевала его. Каждый раз, когда ее плавно двигающиеся бедра касались его таза, его пронзали мелкие сладостные разряды. Тело Режин извивалось змеей. У него кружилась голова, время от времени он прикрывал глаза и незаметно переводил дыхание. Режин видела, что она производит на испанца соответствующее впечатление, и сама заражалась его возбуждением. Грохот музыки и сумасшедшие скачки света делали происходящее нереальным. Она медленно, дразняще провела рукой по его бедру и остановила ее на образовавшемся бугре. Он отвел ее руку:

— Тебе опять не нравится, что женщина делает то, что хочет?

— А тебе опять не терпится покомандовать?

— Мачо!

Она повернулась и двинулась прочь от него.

«Черт, опять обиделась!»

Он нашел ее у стойки бара:

— Что ты будешь пить? Позволь тебя угостить.

— Нет!

Докричаться до бармена было не так легко. Во всяком случае, Режин это не удалось.

— Просто скажи, чего ты хочешь, — я закажу. А если мне нельзя тебя угостить, сама заплатишь.

— Дайкири.