Сначала забудь ее - Линн Грэхем

– Можно мне войти?

Разговор через дверь о поездке ее родителей исчерпал себя, и Джемайма надеялась, что он поймет намек и уйдет.

– Никки все еще не спит, – предупредила она.

– Как он поживает? – Стивен расплылся в самой широкой и фальшивой улыбке.

– Его отец, по-видимому, нашел нас.

Джемайма сама от себя такого не ожидала. Это еще раз доказывало, насколько она обескуражена и потеряна. Она прекратила доверять Стивену, как только он не одобрил ее решение взять на себя заботы о Никки. Стивен прошел в гостиную и развалился на диване, как у себя дома. Ее бывший работал дантистом и имел обширную базу частных клиентов, он умел очаровывать людей, поэтому нравился многим, кроме Джемаймы. Она думала, что любила Стивена многие годы и даже рассчитывала выйти за него когда-нибудь замуж. Но это все было до того, как в их жизни появилась Джули.

– Да, он симпатичный, и мы могли бы с ним неплохо повеселиться, – говорила сестра, – но это твой парень, и я не собираюсь у тебя его отбивать.

Джемайма не хотела удерживать Стивена около себя насильно и, увидев, насколько сильно тот увлечен Джули, тут же отпустила его. Конечно, сестра и ее бывший совсем не подходили друг другу, но какое-то время провели вместе. Джемайма не держала на него зла, не обвиняла в измене. Да и зачем? Разве он виноват в том, что сестра ярче, красивее, привлекательнее ее. Джемайму раздражала в Стивене уверенность в том, что он как ни в чем не бывало решил продолжить с ней отношения, когда не стало Джули.

– Его отец? Расскажи-ка подробнее.

Она рассказала почти все про визитеров и их намерения. Лишь не затронула тему с кредитными картами и воровством, чтобы лишний раз не поднимать и без того болезненную для всех тему отношений.

– Это самая прекрасная новость, которую я слышал за последнюю неделю, – просиял Стивен. – Я, конечно, понимаю твою привязанность к Никки, но оставлять его себе – не самое лучшее решение, особенно в твоем положении.

– Иногда чувства нельзя объяснить логикой или выгодой.

Стивен восхищенно взглянул на нее:

– Ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь, Джем. Сколько тебе нужно времени, чтобы простить меня? Да, я был дураком, ошибся, но выучил урок.

– Если бы ты действительно любил меня, не позарился бы на Джули.

– Пойми, мужчины устроены иначе, на нас влияют животные инстинкты.

Джемайма стиснула зубы и еле удержалась от того, чтобы закатить глаза. И как это она умудрилась не замечать, насколько Стивен необъективен в своих суждениях и какую сексистскую точку зрения занимает.

– Я уже пережила твою измену. Ты хороший парень, Стивен, но боюсь, с моей стороны на большее можешь не рассчитывать.

– Расскажи мне лучше про отца Никки.

– Да я ничего, кроме его имени, и не знаю.

Стивен зашел в Интернет со своего планшета и тут же выдал множество фактов о Лучиано Витале.

«Лучиано – единственный ребенок в семье, сын известного мафиози».

Джемайма не удержалась и закатила глаза.

«Сказочно богат». Это ее тоже не удивило. А вот то, что Стивен прочитал дальше, глубоко тронуло.

«В двадцать лет Лучиано женился на известной итальянской кинодиве. У него родилась дочь, а некоторое время спустя обе, и жена и дочь, погибли в авиакатастрофе». Джемайма была в шоке от такой трагической новости.

– Теперь понятно, почему он хотел ребенка, – протянул Стивен, – его дочь умерла. Как ты можешь сомневаться, что он будет плохим родителем.

– Он все еще не женат. Сколько раз он собирается менять жен? И они все будут мамами для Никки? – упрямо твердила Джемайма. – Кроме того, Никки мальчик. Он не замена кому-то, а имеет собственные права и потребности.

Стивен имел вполне определенный взгляд на суррогатное материнство и то, как это противоречит законам природы, и начал важно и напыщенно вещать об этом. Джемайма не слушала его, поглощенная фотографией шикарной блондинки Джиджи Носеллы, жены Лучиано и матери его первенца. Про себя она отметила, что Лучиано и Джиджи идеально подходили друг другу. Два красивых человека, они составляли прекрасную пару.

«Он и так уже потерял одного ребенка», – подумала она и почувствовала угрызения совести за то, что не хотела отдавать ему Никки. Кто она такая, чтобы вмешиваться в его судьбу? Она думала, что знает все, однако была очень больно ранена, выяснив, что ее сестра совершила так много проступков в жизни.

– Витале должен знать, что Джули сделала с тобой и твоей семьей, – заявил Стивен. – В конце концов, если бы он лучше с ней обошелся, она бы не явилась снова сюда и не причинила столько бед.

– Это твое мнение, Стивен. – Джемайма встала с дивана, намекая, что ему пора уходить. Она и так слишком долго изображала гостеприимную хозяйку.

– Подумай над этим, Джем. Никки не твой ребенок. Если ты передашь его отцу…

– Как посылку?

– Он принадлежит отцу по закону, не думай, будто я не понимаю, что именно этот ребенок мешает нам снова быть вместе.

– Только в твоем воображении!

– Ты знаешь мое мнение по поводу того, что ты держишь у себя Никки. Почему ты стремишься сделать для этого ребенка больше, чем его собственная мать? Давай посмотри правде в глаза. Джули оказалась паршивой матерью, как и не самой лучшей…

– Прекрати!

Раскрасневшись, она с силой открыла входную дверь и указала на нее Стивену:

– Я передам маме и папе, что ты приходил.

Стивен оставил Джемайму в расстроенных чувствах, однако с пищей для размышлений. Она отправилась купать малыша, а у самой слезы наворачивались на глаза. Он не ее сын, и ничто в мире не может это изменить. Или оживить Джули.

Лучиано много пережил, потеряв жену и дочь, которых он наверняка очень любил, раз решился, несмотря ни на что, еще на одного ребенка. Джемайма закутала Никки в большое мягкое полотенце, прижав его к себе.

Лучиано потратил восемь месяцев, чтобы отыскать свое дитя. Хотел забрать Никки. Нужно прекращать быть эгоисткой и отступиться. Неужели она предосудительно относится к Лучиано из-за того, что он выбрал суррогатное материнство для второго ребенка? Джемайма придерживалась традиционных взглядов на семью и подозревала, что именно поэтому не доверяет Лучиано. Ей стало стыдно. Как можно отвергать законного отца Никки? А вдруг окажется, что Лучиано Витале не его отец?

Однако через два дня пришел результат теста, в котором говорилось, что Никки – плоть и кровь Лучиано. Теперь у Джемаймы не было сомнений.

Не успела она отложить письмо, как раздался телефонный звонок.

– Лучиано Витале, – представился голос. – Я бы хотел встретиться с сыном сегодня.

Джемайма напомнила себе, что сейчас не место для личных переживаний и чувств, и глубоко вздохнула: