Любовь сильнее дьявола - Барбара Картленд

По дороге в Обитель Хариза думала о Винсенте.

С тех пор как узнала о его гибели, она не переставала сожалеть, что не он стал новым маркизом.

Тогда все было бы так, как в далеком прошлом.

В детстве она обожала Винсента, хотя он на правах старшего всегда верховодил.

Каждый раз во время игры в крикет она приносила ему мячи, а когда он приезжал на каникулы, была у него на побегушках.

И все же он умел быть добрым и понимающим.

Хариза не забыла, как он утешал ее, когда ее ужалила оса.

А однажды она упала и ушибла ногу, и он на руках отнес ее домой.

«Ну кому это понадобилось, чтобы он умер?»— негодовала она.

Хариза никому бы не призналась, что, подъезжая к Обители, она чувствовала странное волнение.

Даже смешно — ведь она постоянно приезжала сюда, как в родной дом.

Девушка сама удивлялась, вспоминая, что в Обители она провела, пожалуй, больше времени, чем в доме отца.

И, разумеется, ей были доступны все здешние удовольствия — лошади из конюшни маркиза, лодка, на которой она каталась по озеру, оранжерея с диковинными плодами и экзотическими цветами.

Хариза любила заходить в музыкальный салон и играть на фортепьяно — в Обители салон был гораздо больше, а инструмент намного лучше, чем в доме ее отца.

В библиотеке она могла взять любую книгу, а слуги в Моуделине баловали ее чуть ли не с младенчества.

— Наверное, — высказала отцу свое предположение Хариза, когда экипаж остановился, — Жерве был в восторге от здешних слуг, ведь такую замечательную прислугу не столь часто встретишь.

— Когда я с ним разговаривал, мне показалось, он пробормотал нечто невразумительное, вроде того, что собирается привезти сюда слуг помоложе, — ответил полковник.

Хариза возмущенно вскрикнула.

— Как могла прийти ему в голову подобная нелепость? Люди работают в Обители из поколения в поколение, и, если ему не хватает слуг, он должен нанимать их в деревне!

Отец никак не отреагировал на ее протест.

Хариза догадывалась, о чем он подумал: им не стоит вмешиваться в дела нового маркиза — разве что очень тактично.

Волнение Харизы переросло в тревогу.

Ее не оставляло предчувствие, что новый маркиз намерен многое здесь поменять и эти перемены ничего хорошего Обители не принесут.

Они прошли через большие дубовые двери в огромный зал.

Когда-то он служил трапезной.

Более того, в этом зале монахи принимали страждущих.

Любой, кто испытывал нужду в пище или духовном наставлении, был здесь желанным гостем.

Харизе чудилось, будто дух монахов по-прежнему витает под этими сводами.

Каждый раз, входя в дом, она почти физически ощущала, как они привечают ее.

Навстречу Харизе и полковнику вышел старый Доукинс, дворецкий, прослуживший в Обители сорок лет как один день.

— Добрый вечер, мисс Хариза! — почтительно раскланялся он перед гостями. — Добрый вечер, сэр!

— Это снова я, Доукинс, — сказал полковник. — Надеюсь, его светлость остался доволен положением дел в Обители?

— Дай Бог, сэр, чтобы впереди у нас не было слишком больших перемен, — ответил Доукинс.

Хариза мельком взглянула на отца, но промолчала.

Полковник тоже ничего не сказал.

Вслед за Доукинсом они направились в гостиную.