Магия любви - Барбара Картленд

— Мне очень жаль, что вы… разочарованы, — сказала она смущенно.

Граф увидел в ее глазах слезы.

— Я отнюдь не разочарован, — ответил он, — я поражен и, не побоюсь сказать, восхищен! Позвольте проводить вас на берег, мы поговорим обо всем позже.

— Да… конечно, — согласилась Мелита. Она посмотрела на свои чемоданы, стоявшие

рядом, но граф щелкнул пальцами, и тут же появился носильщик. Сам граф принял у нее из руки кожаный саквояж, и они направились к трапу. У самых сходней она увидела офицера корабля, который был особенно внимателен к ней на всем протяжении пути.

— До свидания, мистер Джарвис, — сказала она, — я хочу поблагодарить вас за чудесное плавание и прошу передать мое восхищение капитану.

— Спасибо, я передам, мисс Крэнлей. Желаю вам счастья на этом прекрасном острове.

— Спасибо, — ответила Мелита.

Она сошла по трапу и, ступив на пристань, обернулась К графу, следовавшему за ней.

— У вас есть еще багаж? — спросил он.

— Да, и довольно много.

— Носильщик найдет его.

Он отдал необходимые распоряжения, и вскоре вещи Мелиты — пять больших чемоданов — были извлечены из трюма и доставлены на причал.

— Надеюсь, я не перегружу ваш экипаж? — забеспокоилась она.

— Со мной прибыл экипаж, который легко заберет все вещи, — заверил ее граф, — и я предлагаю, поскольку уже полдень, отправить его в Весонн, а самим задержаться и перекусить. Затем мы отправимся вслед за ним в моей карете — если, конечно, вы не возражаете против открытой коляски?

— Это будет замечательно! — воскликнула Мелита. — Я хочу посмотреть на здешние места, они так красивы!

Граф не отводил глаз от лица Мелиты, и что-то в их выражении заставило ее смутиться. Ей показалось, хоть это было совершенно невероятно, будто граф любуется ее красотой. Но Мелита тотчас упрекнула себя за самонадеянность и подумала, что граф всего лишь продолжает удивляться ее молодости.

Экипаж, запряженный двумя лошадьми, оказался весьма прочным. Двое слуг помогли погрузить вещи, для них нашлось достаточно места сзади и на крыше экипажа, мелкие саквояжи были размещены на сиденьях.

Граф проследил за погрузкой, затем подвел Мелиту к карете. Это была очаровательная и довольно щегольская коляска — в таких колясках молодые парижане выезжают на загородные прогулки. Потом он помог Мелите занять место в карете и взял поводья; грум, на попечении которого оставались лошади, сел рядом с ним. Мелита заметила, что на нем ливрея с гербами на пуговицах и шляпа с кокардой; так же были одеты слуги в их лондонском доме.

Езда по городским улицам была увлекательной. Вот промелькнуло высокое здание с двумя башенками, которое Мелита заметила с корабля. Как она тогда и предположила, это оказался собор. Городская ратуша также произвела на нее большое впечатление, особенно огромные часы над парадной дверью.

Крыши домов были покрыты красной черепицей, а в окнах, как это часто бывает в странах с тропическим климатом, отсутствовали стекла. Многие улочки были узкими и извилистыми, но вдоль набережной тянулся широкий проспект, утопавший в тени цветущих деревьев. И повсюду цветы — жгуче-багряные гибискусы, лиловые, розовые и оранжевые вьюнки.

— Нравится? — первым нарушил молчание граф.

— Это прекрасно, намного прекраснее, чем я думала, — сказала Мелита.

— Вы родились в Лондоне?

— Да.

— И вы действительно думаете, что этот город лучше, чем Лондон, приводящий людей в священный трепет?

— Я сравниваю его с Парижем, — ответила Мелита. — Говорят, его называют Парижем Вест-Индии.

— Это хорошая копия — всего лишь копия!

— Вы предпочли бы жить в Париже?

— Временами, — граф улыбнулся, — но меня вполне устраивают солнце и веселье на Мартинике.

— Вы давно здесь живете?

Мелита чувствовала, что задает слишком много вопросов, но любопытство брало верх.

— Мой отец приехал на Мартинику еще до моего рождения, но я часто бываю в Париже, там я получил образование.

Мелите хотелось еще о многом его спросить, но она все-таки одернула себя, вспомнив, что в ее положении не стоит проявлять излишнее любопытство, скорее граф должен задавать ей вопросы. В это время карета остановилась перед рестораном, находившимся у самой кромки моря. Цветные шторы придавали ему снаружи типично французский вид.

Войдя вовнутрь, они увидели маленький дворик, в центре которого журчал фонтан, со всех сторон окруженный столиками; стены ресторана были убраны цветами.

— Как красиво! — невольно вырвалось у Мелиты.

— Уверяю вас, что кормят здесь так же хорошо. Хозяин уже спешил к ним.

— Бонжур, месье граф! Ваш столик ждет вас, — сказал он.

— Бонжур, мадам.

— Моя гостья, мадемуазель Крэнлей, только что приехала из Англии, — остановил его граф, — и это первое место, которое она посещает на Мартинике. Мне бы не хотелось видеть ее разочарованной.

— Ни в коем случае, месье граф! Этого не случится. Мадемуазель попробует самые вкусные в мире блюда.

Их провели к столику в нише. Стены ее были покрыты яркими изящными фресками, что вместе с переливами цветущего вьюнка, оплетавшего все вокруг, превращало нишу в сказочный мир красок.

— Когда я покидала Англию, там было мрачно и холодно, в ноябре стояли густые туманы, — сказала Мелита задумчиво.

Граф улыбнулся ей. Он снял цилиндр, положил его на свободный стул и поставил сумочку Мелиты рядом. Это была роскошная сумочка из крокодиловой кожи, украшенная инициалами.

— Что у вас в ней? — спросил граф. — Бриллианты королевы?

— Нет, только мои собственные, месье, — ответила Мелита, — они очень маленькие и почти ничего не стоят.

— Но футляр у них очень впечатляющий.

— Это сумочка моей мамы.

— Она была красива — как вы? Мелита зарделась.

— Вы так ставите вопрос… что я не могу… на него ответить.

— Вы должны рассказать мне о себе все, — сказал граф. — Я поражен вашей внешностью, тем более, что представлял вас себе другой; видимо, ваша мачеха намеренно не написала мне, как вы выглядите и сколько вам лет.

Мелиту удивила его проницательность.

— Моя мачеха хотела избавиться от меня, — сказала она тихо.

— Это я могу понять.

И вновь она подумала: «Странно, что он так быстро понял, в чем дело».

— Поэтому она отправила вас на другой конец света, — заключил он. — Я всегда предполагал, что Мартиника пользуется особой любовью богов!

— На Мартинике есть боги? — Мелита поспешила переменить тему, чтобы избавиться от неловкости. — Я думала, здесь встречаются только духи, которые приплыли вместе с рабами из Африки.