Подарок судьбы - Барбара Картленд

— Я сбежала.

— От кого же?

— От моего дяди Эйлмера.

— Уж не хотите ли вы сказать, что сэр Эйлмер Баррингтон ваш дядя? — спросил виконт голосом, в котором с новой силой забурлила стихшая было ярость.

— Да.

— В таком случае немедленно убирайтесь из моего экипажа! У меня нет ни малейшего желания иметь дело с Баррингтонами до конца своих дней!

— Я так и думала, что вы это скажете, учитывая все то, что они с вами сделали…

— Так и думали? — взревел виконт. — А какое, собственно, вы имеете отношение ко всему этому?..

— Никакого, — последовал кроткий ответ, — просто я долго наблюдала, как вас держат на поводке, просто так, про запас, на тот случай, если маркиз в самый последний момент все-таки сорвется с крючка.

Эти слова, произнесенные девушкой, настолько подтверждали его собственные предположения, что ярость вспыхнула в виконте с еще большей силой. Он резко натянул вожжи и остановил лошадей.

— А ну-ка, убирайтесь отсюда! — взревел он. — Убирайтесь с глаз моих и будьте вы все прокляты! Да передайте еще своему дядюшке и его коварной дочери, что я буду проклинать их всю жизнь и молить Бога, чтобы они сгорели живьем в аду!

Эта бурная вспышка и перекошенное от злости лицо, казалось, должны были бы напугать сидевшую рядом с ним девушку.

Но этого не произошло, она и не думала пугаться. Вместо этого она с нескрываемым сожалением взглянула на него и сочувственно произнесла:

— Я понимаю, вы сейчас очень расстроены, но вообще-то, хотите — верьте, хотите — нет, но я вам скажу, что вы удачно отделались и можете считать себя просто счастливчиком.

— Что вы имеете в виду, черт побери? — раздраженно спросил виконт.

— Что было бы гораздо хуже, если бы она выбрала вас! Вы не знали Ниобу так, как знаю я. Она очень злая и коварная. Вы были бы с ней очень несчастливы, если бы она стала вашей женой.

— Никогда не поверю, что Ниоба такая, как вы говорите! И если я еще раз услышу что-либо подобное, то не удержусь и дам вам пощечину! — вскричал виконт.

— Ну, в этом ничего нового для меня не будет, — грустно ответила девушка. — Сегодня утром, когда дядя Эйлмер меня бил, я твердо решила, что убегу из его дома. Вот почему я и оказалась здесь.

— Бил вас? — искренне изумился виконт. — Вот уж никогда не поверю!

— Если хотите, я могу показать рубцы, — ответила девушка. — Он постоянно меня бил. В первый раз потому, что так велела ему Ниоба; это случилось вскоре после того, как я стала жить у них в доме. А потом ему и самому это понравилось.

Виконт уставился на нее с недоверчивым изумлением.

Он просто не хотел верить своим ушам, и в то же время явственно ощущал, что девушка говорит правду. Ее спокойный и грустный тон убеждал его сильнее, чем слезы и мольбы.

Повернувшись все телом, он пристально посмотрел на нее в упор.

И еще раз убедился, что она выглядела совсем юной, почти ребенком.

— Сколько вам лет? — спросил он.

— Восемнадцать.

— А как вас зовут?

— Джемма Баррингтон.

— Вы и в самом деле кузина Ниобы?

— Моя мать была сестрой сэра Эйлмера. Она убежала из дома с моим отцом, Джоном Баррингтоном, их дальним родственником, и они жили потом очень бедно, но невероятно счастливо! А когда мои родители умерли и я осталась сиротой, дядя Эйлмер взял меня в свой дом. Вот почему я могу утверждать, что вы легко отделались.

Когда разговор вновь вернулся к больной теме, виконт нахмурился:

— Мне вас искренне жаль, но вы и сами понимаете, что я ничем не могу помочь. Я отвезу вас туда, куда вам нужно, только об этом никто не должен знать.

— Вот уж не думаю, что это будет кому-нибудь интересно, — с печальным вздохом заметила Джемма. — Ниоба меня терпеть не может, а дядя Эйлмер считает обузой. И вообще, кому нужна бедная родственница? Богатые не любят бедных.

— Вы так считаете?

— Моя мама предпочла богатству любовь и вышла замуж за бедного человека. Но она стала исключением в нашем семействе.

Виконт подумал, что девушка права.

Уж что касается Ниобы — та точно предпочла богатство и более звучный титул маркиза титулу виконта и длинному списку долгов, которые только и мог предложить ей он сам.

Словно угадав его мысли, Джемма сказала:

— Ниоба такая же честолюбивая, как и ее отец. Она мечтает сидеть рядом с женами пэров на церемонии открытия парламента, и если бы в этот момент ей подвернулся какой-нибудь герцог или граф, то маркиз был бы тут же отправлен в отставку, как она отправила вас!

— Я уже предупредил вас, что не намерен выслушивать подобные утверждения! — сухо заявил виконт.

— Рано или поздно вы все равно убедитесь сами, что я была права.

Виконт уже намеревался ответить ей каким-нибудь язвительным замечанием, но затем решил, что это будет ниже его достоинства.

— Ну и куда же вы теперь направляетесь? — вместо этого поинтересовался он, вновь берясь за вожжи.

— В любое место, куда вы можете меня отвезти, — легкомысленно сказала девушка.

— У вас хотя бы есть деньги?

— Только две гинеи. Мне стыдно признаться, но я украла их из дядиного секретера. — По ее тону, однако, нельзя было заключить, что она испытывает угрызения совести.

Виконт снова опустил вожжи. Его изумление подобным легкомыслием было настолько велико, что он заговорил с девушкой покровительственным тоном, словно с ребенком:

— И ты говоришь вполне серьезно, что собираешься жить самостоятельно, не имея ничего за душой, кроме двух гиней? Да ты просто умрешь с голоду!

Наступила тишина. Через некоторое время Джемма произнесла уже совсем другим тоном:

— Больше мне ничего не остается. Я устала терпеть побои, щипки, тычки и пощечины, я уже просто отчаялась… я ощущаю себя такой жалкой… такой несчастной…

Голос ее задрожал и оборвался, и виконт, которому стало жаль девушку, поинтересовался:

— Неужели у тебя не найдется других родственников, к которым я мог бы тебя отвезти?

— Они все слишком боятся дяди Эйлмера и просто отправят меня обратно к нему.

— Но я и сам сделаю то же самое. При мысли о том, что ему придется вернуться, он невольно нахмурился, но тут же сказал себе, что другого выхода у него нет. В то же мгновение, вновь вспомнив про коварство Ниобы, виконт рассердился еще больше:

— Черт побери! Как ты некстати объявилась в моем фаэтоне! Мне вовсе не с руки возвращаться. Больше всего я хочу сейчас показать твоей расчетливой и вероломной кузине, что вполне обойдусь и без нее!