Неистовый барон - Кэтрин Коултер

– Означает ли это, что теперь вы не будете предварять любое замечание фразой «человек с вашей репутацией»?

– Репутацией? – нахмурившись, медленно повторила Сюзанна. – До того как вы столь рьяно выступили на мою защиту, те три старые перечницы считали меня шлюхой. И это могло стать моей репутацией.

Но ведь на самом деле я не шлюха. Все это весьма любопытно, вы не думаете?

Роган смотрел на нее и отчаянно ее желал. Не в силах говорить, он только кивнул головой.

Его жена не была девственницей, но, как ни странно, это оказалось еще хуже. До сих пор Рогану не приходилось сталкиваться с подобными проблемами.

Нужно все тщательно продумать и спланировать.

Он отправил еще одно письмо Филиппу Мерсеро, на этот раз в Динвитти-Мэнор, снова уверяя своего друга, что получит огромное удовольствие, если они встретятся. Затем Роган предался размышлениям, что, однако, ему быстро наскучило. Тогда он забрал Марианну у Лотти и отправился вместе с девочкой в поездку на Гулливере. Марианна визжала от восторга, а Гулливер время от времени отвечал ей коротким ржанием.

Роган уже собирался поворачивать обратно, когда в своем ландо появилась леди Донтри. На голове ее красовалась высокая шляпа с четырьмя страусовыми перьями.

Улыбнувшись, Роган поздоровался с ней.

Леди Донтри кивнула в ответ.

– Неужели это маленькая девочка, барон? – спросила она.

– Да, это моя маленькая девочка, Марианна.

Миленькая, поздоровайся с леди Донтри.

– Привет! Можно мне взять перышко?

К изумлению Рогана, леди Донтри вытащила из своей шляпы одно из перьев и подала девочке. Марианна просияла.

– Спасибо, мэм, – сказал Роган. – Вы очень добры. Она прелесть, правда?

– Да, она очень мила и очень похожа на вас, Роган. Вы зря так долго не привозили ее в Маунтвейл-Хаус вместе с ее матерью. Однако теперь они здесь, и, я полагаю, вы достойно выполняете свои обязанности. Это самое главное. А как чувствует себя милая Шарлотта? Наверное, она в полной растерянности?

В это время Марианна пыталась пристроить перо на макушку Гулливеру. Фыркая, он то поднимал, то опускал голову, стараясь выбить перо из рук Марианны и ухватить его мягкими губами.

– Хватит, глупышка! – сказал Роган. – Гулливер сейчас свалит нас в канаву. – Не отдавая себе отчета в том, что делает, он поцеловал девочку в затылок.

Леди Донтри вздохнула.

– Ваш отец тоже целовал вас, когда вы были маленьким, барон. Так как там бедная Шарлотта?

– Моя мать обожает и Сюзанну, и Марианну, мэм. Мой ранний брак ее не смущает.

– Роган! – Марианна взмахнула пером перед его лицом.

– Я вижу, ей уже стало скучно. Пора ехать, пока она не натворила что-нибудь ужасное. Рад был с вами увидеться, мэм.

– Она не называет вас папой. Но это и неудивительно, учитывая, что вы не очень часто ее видели.

Полагаю, вы это скоро исправите. Скажите милой Шарлотте, что вскоре я ее навещу. – И она ткнула тростью своего возницу.

Что ж, неплохо, думал Роган, обнимая Марианну, которая подпрыгивала вверх-вниз на его ноге. Гулливер не переставал фыркать.

Приблизившись к дому, они услышали, как Джейми распевает во все горло:

Одна леди из города Халл,

Чей был вес потрясающе мал,

Выпить соку решила,

Но, в соломинку живо

Проскользнувши, упала в бокал.

Марианна разразилась смехом.

Роган поцеловал ее в нос.

– Иди поищи маму. Джейми, с тобой все в порядке? – В этот момент барон понял, что забыл поговорить с ним насчет своих брачных отношений.

Но прежде чем хозяин успел сказать хоть слово, Джейми заговорил сам:

– Я все понимаю, милорд. Об этом я ни гу-гу. Так что, стало быть, не сомневайтесь.

– Спасибо. И прости меня, что я раньше не поговорил с тобой насчет этого дела.

– Я же говорю – не беспокойтесь. Иди к Джейми, Марианна!

– Давно хотел тебя спросить – как получается, что ты поешь лимерики на прекрасном английском языке, а потом тут же переходишь на какой-то корявый?

– Талант, милорд. Совершенный талант.

Чем ближе к ночи, тем Сюзанна становилась все молчаливее. Когда часы пробили десять, она вообще потеряла дар речи и уставилась в пол.

– Что с вами? – спросила Шарлотта, положив руку ей на лоб.

– О нет, ничего, – ответила Сюзанна, жалобно посмотрев на свекровь. – Я просто устала.

– Да, – зевнув, сказал Роган. – Я тоже устал.

– Тогда вам пора, – улыбнулась Шарлотта. – Ох уж эти новобрачные! – Она вздохнула. – А знаешь, я скучаю по твоему отцу, мой дорогой. Представьте себе, Сюзанна, его мастерство в любви постоянно совершенствовалось. Да, он был для многих желанен.

Даже для своей жены. – Она снова вздохнула, затем улыбнулась – горькой и вместе с тем счастливой улыбкой. – Мы всегда радовались, когда ночевали с ним в соседних комнатах. Тогда мы просто открывали дверь и раскрывали друг другу объятия. Да, мне его очень не хватает.

Вам повезло, Сюзанна, так как отец Рогана позаботился о хорошей подготовке сына в искусстве любви.

Когда я говорю о подготовке, мой дорогой, я так и вижу перед глазами Мари-Клэр, когда я навещала ее в Лондоне. Конечно, она шлет тебе привет.

– Кто такая Мари-Клэр? – спросила Сюзанна.

– Это очаровательная женщина, которая обучала Рогана премудростям любви. Сколько тебе было, дорогой, – четырнадцать? Твой отец считал, что это слишком поздно. Но я посоветовалась с Мари-Клэр, и мы обе согласились, что это в самый раз.

Сюзанна не могла поверить своим ушам, слушая, как свекровь тепло отзывается о женщине, которая была любовницей ее мужа и обучала искусству любви ее сына.

– Меня ничему не учили, – гордо задрав подбородок, сказала Сюзанна. Пусть они видят, что она нисколько не смущена.

– Женщины не нуждаются в такой подготовке, – сказала Шарлотта, похлопав ее по колену. – То есть нуждаются, но они гораздо быстрее обучаются тому, как доставлять удовольствие. Кстати, джентльмены в этой сфере ведут себя совершенно предсказуемо, не правда ли, мой дорогой?

– Да, конечно, мама, – тоном серьезным, как у судьи, сказал Роган. – С леди надо обращаться очень осторожно, очень нежно. – Мари-Клэр всегда говорила мне об этом. Все дело в чувстве ответственности.

Шарлотта посмотрела на него с гордостью.

– Как ты прав, мой дорогой! Наверное, вам пора наслаждаться друг другом. Если Роган таков же, как его отец, Сюзанна, то вам неслыханно повезло.