Легенда - Джуд Деверо

– Сеньора Рут Джордан желает встретиться с вами через час у Дерева-виселицы.

Кэди понадобилось несколько секунд, чтобы осознать это сообщение. Прежде всего, кто такая эта Рут Джордан? И почему она желает повидаться с Кэди? Когда она взглянула на Коула, то заметила, что он улыбается, словно читая ее мысли.

– Скажи ему, что ты не пойдешь, – потребовал он.

Не обращая на него внимания, Кэди пыталась разрешить загадку.

– Твоя бабушка! – сказала она, гордая тем, что смогла вспомнить это без его подсказки. – Я забыла, что послала ей письмо, умоляя о помощи. О Господи, придется мне ей все объяснять. А Дерево-виселица – это там, где мы с тобой впервые встретились, да?

– Все верно, – подтвердил он, улыбаясь, но буквально пожирая ее глазами, словно пытаясь запомнить каждый локон ее волос, каждую черточку ее лица.

– Я буду там, – крикнула она Мануэлю и услышала, как старик пошел прочь из холла.

– Кэди, – позвал ее Коул. По его тону она поняла: он будет пытаться убедить ее остаться с ним.

– Почему твоя бабушка не хочет приехать сюда, на ранчо? Почему она хочет, чтобы я встретилась с ней так далеко от города?

– Она отказывается появляться в Ледженде. Она ненавидит это место.

Коул сказал это даже без намека на то, что он сердит, но Кэди поняла: ему очень больно оттого, что его единственный оставшийся в живых родной человек не хочет иметь ничего общего с принадлежащим ему городом. Городом, который, как прекрасно знала Кэди, Коул очень любит. Она чмокнула его в подбородок.

– Я постараюсь убедить ее приехать домой на ужин.

– Домой, – прошептал Коул, поднял Кэди со своих колен и встал у окна, повернувшись к ней спиной и смотря во двор невидящим взглядом. – Она не считает это своим домом, так что она оставила его духам тех, кто уже умер.

Несмотря на то, что в комнате было весьма тепло, Кэди содрогнулась от этих слов.

– Ты должен поехать со мной, – сказала она. – Без тебя мне не удастся хорошо провести встречу с твоей бабушкой. Сколько времени прошло с тех пор, когда вы виделись последний раз?

Коул на мгновение повернулся к ней. Глаза его светились печалью. Однако выражение его лица тут же изменилось, он улыбнулся.

– Почему бы тебе не встретиться с ней одной и не привезти ее сюда? Ты можешь приготовить на ужин что-нибудь вкусненькое. Ей понравится, что ее внучатая невестка умеет готовить.

Казалось, печаль покинула его, он пересек кухню и остановился прямо перед Кэди, тепло ей улыбнулся и заправил прядку волос за ухо.

– Ты ей понравишься, Кэди. И она будет счастлива, что ее беспутный внук наконец нашел женщину, которую сможет любить целую вечность.

И снова Кэди ощутила, что что-то не так.

– Думаю, я не поеду, – сказала она и взяла в ладони его большую руку. – Я пошлю Мануэля, чтобы он сказал ей, что она должна приехать и повидать нас.

Усмехнувшись, Коул наклонился и заглянул ей в глаза.

– Ты – женщина, которая не испугалась Хуана Барелу, а сейчас тебе страшно самой встретиться с милой бабулей?

– Но…

– Никаких но. Она хочет увидеть тебя первой, потому что хочет рассказать тебе о моих дурных привычках. Она хочет убедиться, что ты отдаешь себе отчет, с каким оболтусом имеешь дело. А еще она захочет поговорить с тобой о деньгах.

– О деньгах?

– О, да. Моя бабушка уверена, что женщина должна иметь собственные деньги, так что она захочет открыть тебе какой-нибудь счет. К тому же, насколько я знаю мою бабушку, она пожелает устроить нечто вроде дамского пикника. – Коул недовольно оттопырил губу. – С крохотными чашечками, которые бьются, если только попробовать взять сразу четыре штуки в одну руку.

– Знаешь это по собственному опыту, да? – со смехом спросила она.

– Слишком хорошо. Она говорила, что я способен разбить фарфор одним только взглядом. К тому же у нее не окажется нормальной еды, одни только крохотные бутербродики и малюсенькие пирожки. Все это можно положить в рот за один раз.

– И это ты тоже на себе проверил? – В ее глазах светилось восхищение, потому что Коул вспоминал все, как ребенок.

– Ага, спрашиваешь! Мы с Тариком пробовали – так и получается.

Кэди расхохоталась, представив себе, как пара жадных мальчишек уничтожает все припасы для элегантного дамского чая, потому что они хотят проверить, уместится ли вся еда во рту за один раз.

– Думаю, я поеду. Я все ей расскажу про пять "М" и про то, как ты играл ими, натравливая друг на друга. А еще расскажу, как подала тебе на обед крысу.

Неожиданно он схватил ее в объятия и прижал к себе.

– А о чем еще ты ей поведаешь? Что хорошего ты собираешься рассказать обо мне?

Подняв на него глаза, она погладила его по щеке с бакенбардами.

– Я расскажу, как ты спас орлов и как ты делал все, чтобы мне было здесь хорошо. – Он не двигался, и она догадалась, что он ждет чего-то еще. – И я скажу, что ты меня любишь.

Он с улыбкой поцеловал ее, но когда она обвила руками его шею, желая большего, он отстранился.

– Моя бабушка – очень пунктуальный человек. Тебе лучше отправляться. Глаза Кэди расширились.

– Я могу надеть новое платье, которое ты мне купил, – сказала она, осматривая свою длинную юбку, грязноватую и покрытую пятнами от продуктов, как и вся ее остальная одежда.

– Кэди, дорогая моя, ты можешь поехать вообще голая, и все равно будешь самой прекрасно одетой женщиной в мире.

Кэди заулыбалась еще шире. Она знала: то, что он говорит, идет от самого его сердца. Каждый раз, когда Кэди оказывалась в постели с Грегори, она старалась вести себя очень скромно, всегда закрывалась простыней, всегда думала, как непривлекательно выглядит ее пышное тело. Удивительно, насколько в Америке двадцатого века вес стал определяющим фактором в жизни человека. Но с Коулом она ощущала себя красавицей. Правду сказать, все в городе Ледженд заставляли ее чувствовать, что она прекрасна, желанна и вообще достойна всего самого лучшего на свете.

С обольстительной улыбкой Кэди взяла Коула за руку и повела его наверх. Он, кажется, ожидал чего-то от Кэди, ждал, что она скажет, что любит его, прежде чем он попытается ею овладеть. Может, он ждал от нее какого-нибудь сигнала.

– Почему бы тебе не посидеть здесь? – спросила она сладостно-соблазнительным тоном, подходя к огромному шкафу и извлекая из него многочисленные одежды, которые должна носить женщина девятнадцатого века.

Широко открыв глаза, словно он смотрел стриптиз, Коул растянулся на кровати, встряхнул подушку, подложил ее под голову и наблюдал за тем, как одевается Кэди. Впервые в жизни Кэди потратила столько времени, чтобы одеться в вещи, которые купил ей Коул. Она даже поставила на стул сначала одну ногу, потом другую, натягивая чулки, которые оставляли открытой верхнюю часть бедра.