Перепиши меня начисто - Тальяна Орлова

– Сэр, а кто убирает в ваших апартаментах? Я не видела здесь сотрудников.

– Роботы, конечно. Ината, ну что за вопрос? Я-то уж точно могу позволить себе хотя бы уборщиков – чисто ради полевых испытаний.

– А-а, ну да, – я окинула его скептическим взглядом. – Вы все делаете ради полевых испытаний.

Он оставался обнаженным, только вытерся. Собирался перехватить меня за руку, но я почти бездумно выскользнула из ванной, чтобы не дать ему снова сократить расстояние и начать меня мучить. Так и до нервного срыва недалеко, я уже едва держусь, чтобы не наброситься на него и не начать тереться об ногу, как собака. И уже перпендикулярно, как это будет выглядеть. Вот, чтобы этого или чего-то подобного не произошло, я отошла от Кинреда подальше и, пружиня на каждом шагу, переместилась к полкам. Не особенно удивилась, увидев на нижней знакомый бланк.

Обернулась и спросила как можно будничнее:

– Когда у нас завтрак? Или обед? Я запуталась во времени и умираю от голода, Даррен.

Он улыбался, наслаждаясь моими дергаными движениями и очевидным для него напряжением.

– Еще немного, Ината. Не так уж сильно ты и голодна, правда?

Я не могла с ним согласиться, а в споре не видела смысла. Подняла бланк выше:

– Ручку дадите?

Он все же подошел ко мне, взял ручку с полки чуть выше, но бросил ее на пол, туда же полетел и листок, взятый из моей руки. А меня перехватил за талию и развернул к себе. Глаза его сощурились в знакомом горячечном и голодном предвкушении – сейчас бы меня это обрадовало, если бы я могла рассчитывать и на свое удовольствие.

– Так не терпится написать заявление? – он медленно разворачивал мое полотенце, посматривая на мои губы. – Но знаешь, Ината, тебе придется постараться.

– А разве вы сами не этого хотели?

– Безусловно. Но заодно я хочу, чтобы ты постаралась.

И надавил мне на плечи, а я поняла, что начался новый этап мучений. Кинред поставил меня на колени и снова заставил развести колени как можно шире. Я стала мокрой уже только от этого, а потом еще и перетянул полотенцем мои руки за спиной, чтобы я не вздумала коснуться себя там. Лишь после этого встал передо мной, направляя головку члена к губам. Я податливо приоткрыла, понимая, что иного выхода все равно нет.

Но этот опыт оказался просто потрясающим. После нескольких влажных посасываний и первого ощущения его напряжения, я сама почувствовала себя по-другому: мое возбуждение взметнулось рывком – и снова до той отметки, на которой уже дважды было. Я теперь облизывала головку с упоением и насаживалась ртом на ствол глубоко, ритмично, чувствуя связь между тем, как орган набухает, каменеет, и тем, что перетянутая пружина в моем животе ноет уже мучительной, но сладкой болью. До дрожи в коленях, до тряски во всем теле. Казалось, что я сама получаю удовольствие от интенсивности своих движений.

– Эй, эй, потише… хорошая моя, не спеши, – он пытался меня остановить, но не особенно рьяно. А хрип и сбивающееся дыхание подсказывали, что он чувствует примерно то же что и я – самую острую грань, до которой остался миллиметр, а сразу за ней последует срыв в пропасть.

Но разница между нами была – он имел возможность кончить, а я нет. Мне нужна была хотя бы мизерная стимуляция, а я даже ноги сдвинуть не могла. И именно это осознание заставило остановить мучительную для меня же ласку и отстраниться, выпуская член изо рта. Я упала спиной на связанные руки, тяжело дыша и глядя на него снизу вверх и готовая мучить его точно тем же, чем и он меня. Кинред понял мой ультиматум, рассмеялся и опустился на меня. Вошел одним толчком на всю длину и замер. Я выгнулась – и удивилась, что не кончила уже от этого.

– Заявление, Ината, – он приподнялся и ждал.

Я протянула руку и расписалась, почти не глядя. Просто поставила свою подпись где-то на листке, остальное он сможет заполнить сам. А руки все равно дрожали. Отбросила ручку и подалась бедрами вверх. Он с улыбкой начал входить и выходить медленно, вызывая во мне протяжный стон и полное помутнение рассудка. Оргазм длился так долго, что я рисковала свихнуться. Я царапала его плечи, кусала жесткие губы, но он просто продолжал меня трахать еще долго, пока не кончил сам. Потом перевернулся на спину, подхватив и мое обессиленное тело. На несколько минут я все-таки задремала, хотя лежать на мужчине сверху было неудобно.