Пятьдесят свиданий с врагом - Елена Дженкинз

Она с минуту простояла, прислонившись к двери. Противоречие съедало живьем. Но она училась обуздывать собственные слабости, поэтому не побежала следом за Тони и не начала умолять о любви.

Радовало, что не пришлось сегодня прощаться с ним.

Огорчала ситуация в целом.

Да, они на удивление легко стали друзьями, причем в рекордные сроки. Фрэнк гордился бы ими… Но теперь хотелось большего, а это опасно. Поддаться желанию до Сочельника – значит создать массу новых поводов для ссоры. А ссориться нельзя, иначе прощальные письма Фрэнка бросят в камин.

Одна перспектива хуже другой. Вот и выбирай.

Впрочем, Иден-Парк подействовал на Джун умиротворяюще; бурные эмоции, которые вырвались со слезами в театре, поулеглись. Только воздух нагревался медленно: градусник показывал +17°С – и пришлось отогреваться в горячем душе, дожидаясь +19°С.

Джун надела атласную ночную сорочку, короткую, на бретельках, которую успела выхватить из шкафа в своей квартире, затем расчесала влажные волосы и, напевая мотив из рок-оперы, принялась раскладывать вещи. Средства гигиены, техника, немного одежды, которую затолкала в чемодан впопыхах, и, конечно же, коробка. Та самая, в которой Тони подарил видеокамеру. Джун обклеила «сундук с сокровищами» разноцветными стикерами и хранила внутри важные мелочи. Например, запонки Криса, напоминание об опасности иллюзий. Эти запонки когда-то давно, три года назад, авантюристка Уитни стащила во время празднования Сочельника здесь, в Иден-Парке, когда Криса случайно облили соком и он пошел переодеться.

То было последнее Рождество, которое отмечали вместе с Паркерами.

Джун сохранила и засушенный бутон алой розы, которую Тони сорвал для нее в Изумрудном саду летом после ее 16-летия… Нет, он не подарил ей цветок, а просто сунул в руку, чтобы показать новый сорт. Его вывела жена Генри, отвечавшая в Иден-Парке за сохранность ландшафта и состояние садов.

В коробке лежала и полоска полароидных снимков, на которых они втроем: Джун, Тони и Фрэнк. Тони сложил руки на груди и закатил глаза в знак протеста, а Фрэнк улыбается, как мальчишка.

Все-таки насколько непредсказуема жизнь. Давным-давно малышка Бэмби загадала желание, попросив пятьдесят свиданий с парнем своей мечты, и желание сбылось. Фрэнк его исполнил последней волей. Он смотрел с фотографии и словно спрашивал: ну как, ты довольна? Ловко я придумал с завещанием?

– Если Тони женится на идеальной богатой наследнице и выбросит меня за порог или, что хуже, предложит роль содержанки, то я придушу тебя, Фрэнк. Пойду и перекопаю Изумрудный сад на глазах у магнолии Иден.

Джун укоризненно покачала головой, закрывая коробку, и порылась в полке в поисках шоколадки, чтобы заглушить тоску калориями, но ничего съедобного не нашлось. Засунув босые ноги в тапки, она набросила шелковый халат поверх сорочки и отправилась в библиотеку на поиски заначки. В прошлый раз там, кажется, оставалась сувенирная шоколадка, купленная во время поездки в замок Стерлинга.

Вообще, если честно, найти «гуманные» шоколадки стало проблемой. Гиганты-производители то эксплуатировали рабочих, то уничтожали целые экосистемы для выращивания какао-бобов. Список проверенных компаний мельчал на глазах. Безобразие, хоть ты на балконе эти какао-бобы выращивай, чтобы поддерживать должный уровень шоколада в крови.

Джун вошла в библиотеку, погруженная в тяжкие мысли о судьбе планеты, и резкий мужской смех заставил подпрыгнуть на месте.

Тони!!!

Она рванула к выходу, но в последний момент затормозила, любопытство победило: что там такого веселого происходит? Пришлось красться на цыпочках, как в старые-добрые времена.

В помещении не горели ночники, только свет экрана меж стеллажей мерцал: младший Андерсон смотрел видео в телефоне. Глаза быстро привыкли к полутьме, в нос ударил сладкий аромат табака, а до ушей донеслось бодрое:

«Чейз, прекрати задавать настолько личные вопросы Шону… Прости, Шон. Ты не обязан рассказывать о своей любимой позе. Ты же броненосец. У вас… э-э… у вас разве больше одной позы для спаривания?»

Джун помнила, что в этот момент Шон начал чавкать, с энтузиазмом уплетая измельченную хурму.