Строгий босс - Марика Крамор

– Я не обманывал! Чёткое указание я получил только вчера!

– Ооо, прекрасно! И это все твои жалкие оправдания? Ну сказал бы уже, что узнал всё пять минут назад. Как и я! Сам-то ты давно уже ищешь пути отступления, да?

– Да, я вчера тебе не сказал. И что изменилось бы? Скажи мне, пожалуйста, на кой чёрт тебе сейчас устраиваться на работу? Если мы с тобой вместе вполне благополучно обсуждаем возможность переезда в другую страну!?

– Что изменилось бы? То, что ты был бы со мной честен! До конца! А теперь ты пытаешься снова на меня давить. Тебе плевать, что я осталась бы без работы! Глеб! Немедленно признавайся, ты ведь приложил к этому руку, не правда ли?

Ответ не понадобился. В глазах мужчины я уже прочитала ответ.

– Почему нельзя было сказать открыто? Зачем ты поступаешь именно так?

– Послушай, это был уже решённый вопрос. Да, возможно, тебя бы оставили носить, как ты говоришь, кофе новому директору. И всё. На самом деле, здесь от меня мало что зависело. Ты ведь всё равно здесь бы не осталась.

– Но это было бы моё собственное решение, а не твоё! – эту фразу он благополучно проигнорировал.

– По поводу молчания… Я просто сберёг твои нервы. Несколько лишних часов.

– Вот спасибо! Вот это действительно достойный поступок!

– Юль, ну прекрати заводиться. И меня не заводи. Просто мне показалось, что так будет даже лучше, – мужчина приблизился ко мне и попытался схватить за руку, но меня сейчас лучше не трогать. Ему же хуже будет! – Давай успокоимся и вечером всё обсудим дома?

– Нет, Глеб, – вырываю свою ладонь. – Вечером ты поедешь домой один. Я понимаю, что ты привык добиваться своего любыми способами, но это чересчур. Моя жизнь, это тебе не игра. Я не позволю тебе делать ставки, а между делом обманывать и недоговаривать.

– Юль…

– Подобные способы не всегда хороши. Именно поэтому меня и пугает будущая поездка. Если ты сейчас ведёшь себя так, то что будет, когда мы с Гришей будем от тебя зависеть?

– Юля, я хочу, как лучше. И стараюсь ради вас! Я промолчал, чтобы не портить вчерашний вечер.

– Тебя никто не просил. А последняя твоя недоговорка свидетельствует о том, что ты стараешься только ради себя. Глеб. Я просто хочу искренности и честности. Но ты уже давно от них отвык. Это, казалось бы, такая мелочь, поставить меня в известность о скором увольнении. Просто обсудить со мной свои мысли или свои чувства! Но ты и здесь обманул! И с командировкой обманул. И со знанием языков обманул!

– Я не обманывал. Просто не мог сказать тебе раньше. Ты ведь понимаешь, вопросы висели в воздухе. Что я мог сказать? Что перестал понимать, что делать дальше? Что у меня всё валится к чёртовой матери? Что я свою жизнь не могу держать под контролем? И что? Отвернулась бы от меня?

– Я бы тебя поддержала! Но ты же всё привык хранить в себе!

– Серьёзно? Поддержала бы? А что ж сейчас не поддерживаешь? – если наши крики не слышны по ту сторону двери, то это самое настоящее чудо.

Но последние слова мужчины оборвали во мне какую-то ниточку. И теперь я точно знаю, какую именно.

– Потому что я в тебе не уверена. Что ещё ты сделаешь? Выльешь на меня новые оглушающие новости? Поставишь перед фактом, когда выбора по сути своей не останется? А потом спросишь: «А почему это ты меня не поддерживаешь, я же так стараюсь!». Глеб, ты мог бы со мной поделиться, ты ведь знаешь, как для меня это важно, чувствовать твою душевную близость, а вместо этого продолжаешь быть на расстоянии, – мужчина с недоверием смотрит на меня, но мне больше сказать нечего. – Извини, Глеб.

Отворачиваюсь, выхожу из кабинета и тихонько прикрываю за собой дверь. В приёмной кроме меня никого нет. Поэтому никто не заметил, как я украдкой вытерла скатившуюся по щеке слезу. Я понимаю, что отреагировала бурно – очень эмоционально, не обдумав свои слова и не подумав о последствиях, но мне сейчас чрезвычайно обидно.

ГЛЕБ

За весь день мы с Юлей не обмолвились ни словом. И домой я действительно поехал один.

Вновь пустота и одиночество собственной квартиры осоловело играют на моих нервах. Хоть я никогда и не жаловался на стрессовую неустойчивость, но накопленные переживания и усталость, по-видимому, всё же дают о себе знать.

Спиртным я балуюсь довольно редко. Нет желания. Да и предпочитаю мыслить на трезвую голову. Поэтому идея достать с полки давнишний коньяк отмёл почти сразу… Почти.

Понимаю, что не хочу находиться дома. Осознаю, что душа рвётся в другое место. Знаю, что здесь я скоро потону в собственном горьком одиночестве, сомнениях и своих несладких мыслях. Но, несмотря на всё это, я за весь день не предпринял ни единой попытки обсудить с Юлей сложившуюся ситуацию.

А чего она от меня ждала? Что я буду на каждом углу ныть по поводу последних событий? Что буду жаловаться на всех вокруг? Как бы она чувствовала себя рядом с таким слабаком? Да и к чему было портить вчерашний вечер? Омрачать счастливое возвращение плохими вестями? Один день не сыграл бы абсолютно никакой роли. Да и зачем ей сейчас думать о работе, когда намного логичнее было бы взять дополнительные занятия? Я не могу сказать, что намеренно приложил руку к её увольнению. Но и настаивать на том, чтобы её не переводили и не отстраняли – тоже не стал. Разумеется, я хочу, чтобы её здесь ничего не держало. Но вряд ли смогу объяснить это Юле.

Или она считает, что я настолько непробиваемый? Что мне абсолютно насрать, когда она весь день вплотную, плечом к плечу просидела в приёмной со своим бывшим хлюпиком? Я должен был рассказать ей, как у меня под вечер болела челюсть от того, что весь день желваки ходили ходуном? Или чесались руки, как хотелось скрутить шею этому маленькому изворотливому червяку? Это бы прибавило мужской ценности и весомости в её глазах? Тогда бы она чувствовала себя более уверено со мной? Что я должен был сделать?

Может она ждала, что я с радостью и готовность вылью на неё всё дерьмо, которое сейчас происходит? Неделю назад сказать: «Юленька, а ищи-ка себе новую работу, потому что скоро и тебя пнут под зад, а мне, вообще-то, не до тебя сейчас, у самого проблем хватает»? Так что ли? Ведь понимать, что всё будет происходить именно так, как сейчас происходит, надо было с самого начала новой неразберихи! Как ещё я мог подготовить её к мысли о переезде и о том, чтобы они с Гришей остались со мной и поняли, как я ими дорожу? Чего она от меня ждёт? Серенады под окном и какие-то обещания? Поступки во много раз ценнее любых слов, но она не хочет ничего замечать! Да, возможно, я действительно пытался оказать косвенное давление на девушку, признаю, но я и правда, даже три раза подумав, не нашёл причины, по которой должен был заранее объяснить ей всё! Я действительно не понимаю, зачем ей сейчас искать другую работу, когда через каких-то два жалких месяца рассчитываю уехать вместе с ней! А это время ей лучше потратить на подготовку, занятия и отдых! Какая на хрен разница, когда она подпишет приказ об увольнении?!