Любовь-война - Татьяна Никандрова

- Ах да, - спохватившись, Крис берет в руки мою футболку, перепачканную в крови, и, протягивая ее мне, со смущением в голосе выдает. – Вот, держи. Только не факт, что отстирать получится…

Очуметь! Неужели ей неловко из-за того, что испортила мою майку?! Да я всей своей одежды готов лишиться, только бы она и дальше на меня так смотрела: без агрессии, без вызова, растерянно немного. Оказывается, Крис умеет быть милой, когда захочет!

- Да фигня, - улыбаюсь я, специально обхватывая майку так, чтобы на долю секунды коснуться ее пальцев.

Попрощавшись с медсестрой, мы выходим в коридор, и Крис вновь вскидывает на меня свои чернющие глаза-блюдца:

- Ключ от раздевалки у тебя?

Утвердительно киваю, начиная спускаться по лестнице.

- От женской тоже?

- Ага.

- Давай его сюда.

- Не, я сам открою и закрою, - хитро отзываюсь я. – Вдруг ты ключ куда-нибудь спрячешь, а Никитич из меня потом душу вытрясет.

- Что за детский сад, Шульц? – возмущается она. – Не буду я его прятать! Не до этого мне. Лечь хочется…

Оборачиваюсь и с грустью замечаю, что Крис действительно выглядит измученной и все эти дурацкие игры ей явно ни к чему. Видать, и впрямь неслабо досталось бедняжке... Я как-никак детина крупный и силы явно не подрасчитал.

Бросаю ей ключ, и Крис, ловко поймав его одной рукой, скрывается из виду. Сам я тоже времени зря не теряю: оказавшись в раздевалке, быстро стягиваю спортивные шорты, облачаюсь в легкие брюки и рубашку и пулей вылетаю наружу. Надо торопиться, а то вдруг эта чертовка уйдет без меня.

Проходит не меньше пятнадцати минут, а Крис так и не появляется. Я, конечно, слышал, что девчонкам на переодевание требуется больше времени, но не в три же раза? Тем более Крис явно не из тех, кто любит копаться. Не многоножка же она в конце концов, чтобы четверть часа свои конечности наряжать!

Напряженно хмурюсь и опять кошусь на часы. А вдруг ей поплохело резко? Вдруг в обморок упала и лежит там одна, пока я гипотезы строю? Нет, это не дело! Надо пойти проверить, все ли у нее там в порядке!

Подкрадываюсь к женской раздевалке и, мысленно убеждая себя в том, что я не какой-то там подглядывающий маньяк и это правда необходимая мера, легонько толкаю дверь. К счастью, она оказывается незапертой и в образовавшуюся щелку я вижу Крис.

Она стоит ко мне спиной, обеими руками опершись на верхнюю полку открытого шкафчика. Из одежды на ней только юбка, та самая, в складочку, в которой она была первого сентября, и лифчик, о наличии которого я догадываюсь по горизонтальной белой полоске под ее лопатками.

Крис не шевелится и даже как будто не дышит. Замерла.

Я понимаю, что по-хорошему мне надо как-то обозначить свое присутствие, ведь не дело - вот так пялиться на нее втихаря через щелку… Но меня будто парализует. Я завис и ничего не могу с собой поделать. Просто стою и любуюсь плавными изгибами ее полуобнаженного тела. Узкой талией, острыми плечиками и изящными щиколотками. Крис, оказывается, очень тоненькая, прямо как тростинка, но в обычной жизни это не бросается в глаза. Видимо из-за ее буйного темперамента, который, пожалуй, больше подходит пацану. Никогда раньше она не казалась мне слабой или уязвимой, а сейчас почему-то кажется…

Что с ней происходит? Почему она застыла? О чем думает?

Едва я успеваю озадачиться этими вопросами, как Крис слегка трясет головой, как бы сбрасывая с себя морок, и глухо, явно обращаясь к самой себе, говорит: «Все, соберись, хватит. Он никто. Просто никто, слышишь? Даже не смей выдумывать то, чего нет!»

После этих слов она начинает с остервенением копошиться у себя в шкафчике, а я медленно отступаю назад, предварительно осторожно прикрыв за собой дверь.