Цвет греха: Алый - Александра Салиева

– И не смотри на него так, – добавляет назидательным комментарием. – Поверь, вариант с томатно-капустным вкусом тебе точно понравится куда меньше.

Я ещё поморщиться от мысли о том, что это действительно придётся пить, не успеваю, а он за две секунды улавливает всю самую суть. Но не я сама. По крайней мере, не сразу.

– Почему именно томатно-капустный? – удивляюсь.

– Ничего свекольно-гранатового в доме нет, – отзывается Кай. – Пока, – вносит небольшим дополнением, которое нарочно выделяет. – А тебе нужно восполнить запасы гемоглобина.

Удивляться я перестаю. На губах против воли расползается улыбка. Постепенно эта моя видимая эмоция ползёт всё шире и шире, некуда мне её девать и прятать, пока я делаю вид, что правда пытаюсь выпить приготовленное для меня снадобье по пополнению организма полезными веществами, в то время, как Кай с самым невозмутимым видом убирает грязную посуду в посудомойку.

Нет, не из-за смузи я улыбаюсь.

И даже не из-за того, каким вдруг домашним и обычным, вполне нормальным кажется мужчина прямо здесь и сейчас.

Всё слова его. Те. Самые.

“Даже звёзды меркнут, когда есть ты…” – то и дело вспыхивает в моём разуме и ничего кроме не остаётся.

Не знаю, почему именно сейчас. Не тогда, когда он это произнёс. И ни минутой раньше или позже. А тогда, когда при мысли об этом вдруг в груди становится значительно теплее. Почти, как родное, воспринимается, действительно близкое.

Сколько бы я ещё на этом зацикливалась, неизвестно.

Если бы не одно “но”…

Со стороны лифта слышится разливающаяся мелодичная трель, сигнализирующая звонок домофона.

Впервые за всё то время, что я здесь нахожусь, у нас… гости?

Или не совсем…

Глава 22

Эва

Разрешение от хозяина апартаментов получено. Лифт поднимается быстро. Всего ничего проходит, а во входной зоне появляется незнакомый мне лысый мужчина в чёрной футболке и штанах специфического пошива, характеризующего силовые службы. В его руках – картонный пакет.

– Доброе утро, – вежливо здоровается он.

Не с Каем здоровается. Со мной. А я только теперь соображаю, что именно незнакомец в чёрном видит перед своими глазами, пусть я и не прямиком перед ним сижу, завёрнутая в одно лишь полотенце, будучи сверху на двух других.

Как бы поскорее провалиться сквозь землю?

И пусть он тут же поспешно отводит взгляд, сосредоточившись на направляющемся к нему владельцу пенхауса.

– Спасибо, Арн, – сухо произносит Кай, забирая пакет.

Я вновь вижу того самого Кая, как в день нашего с ним знакомства. Когда вроде и не делает и не говорит ничего особенного, а весь мир становится перед ним на колени, настолько тяжёлой ощущается его энергетика. На благодарность совсем не похоже. Собственный вид его также, судя по всему, не особо волнует, в отличие от той же меня. Но Арн в ответ расплывается в такой добродушной улыбке, несколько раз раскланявшись, сыпая встречными вежливостями, словно самый лучший комплимент во всей вселенной только что получает. Немного погодя разворачивается обратно к лифту, после чего также быстро исчезает, позабыв попрощаться напоследок.

В пакете…

Тампоны. Много. Самых разных. С аппликатором. И без. Мини. Рекомендованные для первых дней. Нормал. Супер. Супер плюс. Дневные. Ночные. Самых разных марок. А ещё витамины. Тоже много. В баночках и блистерах, коробочках, стеклянных пузырьках и в самых обычных обёртках, как для детишек после забора крови. Группами по особенностям и комплексами. И даже одни и те же по своей сути, но под разными названиями и от разных производителей. А ещё обезболивающее. Не такое, как есть в наличие в этом доме. Более специфическое. Для меня.

Да уж…

– Это был точно не курьер, – срывается с моих уст продолжением мысли.

– Охранник, – подтверждает Кай. – С парковки. Внизу.

И снова моё удивление даёт о себе знать.

– Он тоже на тебя работает?

На губах собеседника расцветает снисходительная насмешка. Отодвинутый мной стакан с оранжевой жижей он придвигает ко мне ближе, в негласном требовании вспомнить о нашем недавнем уговоре и выпить эту приготовленную им дрянь.

– Нет. Я его попросил.

– Ограбить аптеку?

Зарабатываю осуждающий взгляд.

– Забрать заказ, – поправляет меня Кай. – Круглосуточная аптека на первом этаже, с другой стороны этого здания.

Должно быть, мне определённо должно бы стать стыдно. Особенно если учесть всю видимую масштабность проведённой спасательной операции по устранению сопутствующего ущерба в мои случившиеся критические дни. Но сознание цепляется не за это. За другое. Совсем.

– То есть, ты заказал, а он забрал? – уточняю. – Ты – сам заказал, – машу рукой, обводя выложенный на стол годовой запас тампонов и витамин.

Ещё посещает ужасающая мысль о том, что раз уж запас тут годовой, то и пребывать мне здесь минимум год. Но от последнего я быстро отмахиваюсь. Сперва хочу знать то, что он ответит.

– Сам, – ответно напрягается Кай. – А что? Что-то не так? – как и я, оглядывает покупки. – Чего-то не хватает?

Ещё немного и решу, будто он переживает за то, что ошибся и прокололся где-то по этой части. Вот и не спешу отвечать, нарочно оттягиваю момент, чтобы успеть сделать собственные выводы, пока смотрю на него. Он это моё молчание расценивает по-своему. Уходит. Недалеко. Возвращается не с пустыми руками. С телефоном. Снимает блокировку, открывает специальное приложение и кладёт светящийся активный экран передо мной. Убирает руки, позволяя взять гаджет самостоятельно.

– Я не знал, что именно подходит, поэтому решил, что ты сама воспользуешься тем, что тебе нужно, когда тебе будет удобно взять и выбрать самой, – поясняет. – Ничего другого там не было. Что я забыл? – совершенно точно озадачивается, глядя на меня с ожиданием.

Какая-то часть меня откровенно поражается тому, как человек, способный провернуть многоходовую и сверхсложную бизнес-авантюру, обставить по всем фронтам моего отца, у которого самого опыта во всём этом ничуть не меньше, – откровенно почти беспомощен перед маленькой женской проблемой. Не делает особую скидку по этому поводу даже то, что он наверняка ни с чем подобным прежде никогда не сталкивался. Другая часть меня… Рада. Чему? Вообще непонятно. Но в груди опять заметно и приятно теплеет, а мне самой вдруг хочется улыбнуться. Ему. И да, поблагодарить. Искренне. От души. Может быть, даже не просто “спасибо” сказать, что-то гораздо большее. Хотя это совсем не отменяет ещё одну мою попутную мысль. Ту, при которой неспроста Кай, прежде чем отвернуться и продолжить заниматься запуском посудомойки, едва заметно, но всё же напрягается, сжимая кулаки, когда я беру в руки телефон, а затем изучаю содержимое не только сделанного заказа, но и