Рубин II - Даниэль Зеа Рэй

— Орде дело говорит, — громко простонал Дарроу. — Соберись, Теми. Впереди долгая ночь.

— Саж, отдай мне книгу, — попросил принц.

Саж вернул копию трактата.

—  Будет много света и молнии, — предупредил Ордерион. — Их не бойтесь. Когда скажу бежать, вы пойдете в воронку в сторону места, которое перед вами откроется. Окажетесь там мгновенно. Галлахер, ты знаешь, что делать, — Ордерион направился в комнату, где на полу лежали камни.

От нового удара полок затрясся, и толстые балки перекрытий треснули.

— Гронидел, где ты, Дхар тебя побери, — прошипел Ордерион и открыл книгу на нужной странице.

Рубин

— Слушай меня, дочка, — отец схватился за ее руку. — Турем — это не его замок и столица. Это люди, которые живут на земле наших предков. Люди — главная ценность. Потом все остальное.

— Папа, — Рубин полными слез глазами смотрела на его бледное лицо с заострившимися чертами. — Не надо… Прошу тебя.

Послышался треск молний, и Рубин обернулась. Ордерион стоял напротив какой-то переливающейся сферы, внутри которой находились камни, а сбоку от него образовывалась воронка.

В помещение влетели Гронидел и Тихий Шепот. Они вели за руки Сапфир и Изумруд в порванных и запыленных платьях.

Увидев Дарроу и Рубин, сестры бросились к ним.

— Бегите! — закричал Ордерион.

— Что он творит? — Гронидел указал на Ордериона. — Почему там церемониальный зал Небесного замка?

— Потому что мы все идем туда, — прокричала Теми, выскакивая в коридор и зазывая людей бежать в портал.

Новые удары над головой отдались стоном балок перекрытий. Дерево растрескивалось на глазах.

— Быстрее! — подгонял Ордерион.

Напуганные люди отказывались следовать за гонцами смерти. Первыми в портал вошел туремец в мантии. Кто-то из воинов решился побежать за ним. Потом двинулись и слуги.

Хорн и Саж хотели подхватить короля, но тот резко вскрикнул от боли и простонал:

— Нет…

— Папа! — взмолилась Рубин.

— Король должен покидать атакованный замок последним, дочка. Гронидел, Армонд, уводите Сапфир и Изумруд.

Зеркало и Шепот подхватили принцесс за плечи и повели в портал. Сапфир начала вырываться, не желая оставлять отца, и Грониделу пришлось буквально оттаскивать ее по полу.

Следом рванули Теми и еще несколько воинов.

Очередной удар заставил оставшихся в коридоре людей отбросить страх и поспешить за остальными.

— Галлахер! — рявкнул Ордерион, и брат подхватил Рубин за талию.

— Как король Турема нарекаю тебя, старшая дочь моя, наследницей трона, — на выдохе прошептал отец и замер.

Его лицо застыло, а взгляд мгновенно остекленел.

— Нет! — закричала Рубин, пытаясь вернуться к отцу, чтобы помочь ему. — Не-е-ет! — вопила она, протягивая руки, пока Галлахер тащил ее к порталу.

Саж отрицательно покачал головой и закрыл веки Дарроу. Хейди ушла в портал, за ней двигался Галлахер, что по-прежнему тащил Рубин.

— Я его оживлю! Дар! Работай! Папа! Я тебе помогу! — заходясь в рыданиях, выкрикивала Рубин.

Саж и Хорн побежали в портал. В этот момент потолок рухнул, отрезая от взгляда Рубин фигуру отца. Клубы пыли ворвались в воронку и застлали глаза. Она замерла на мгновение.

— Ордерион? — позвала неуверенно, — больше не видя его очертаний перед собой. — Ордерион!!! — завопила Рубин, оказавшись на гладком белом полу в каком-то зале.

Портал исчез, оставив после себя только пыль, клубящуюся в воздухе, освещенном пульсарами.

Все замерли, глядя на то место, где только что было окно в Звездный  замок.

— Не-е-ет, — прошептал Галлахер, бросаясь вперед и пытаясь на месте исчезнувшего прохода найти Ордериона. — Не-е-ет!

— Боги, — Хейди рухнула на колени.

— Ордерион… — простонала Рубин, безвольной куклой сидя на полу.

— Весьма трагично, конечно, — неизвестный мужской голос разнесся эхом по помещению.

Все медленно обернулись. В белоснежном зале с высокими потолками и арочными сводами на постаменте, сродни тому, на которых в замках устанавливали троны, появился высокий и широкоплечий незнакомец.

За его спиной возвышались огромные мраморные статуи богов в мантиях повелителей силы. Боги раскинули руки, чтобы предложить свои дары, но при этом глядели на смертных детей с надменностью. Великий Верховный бог Дуóн — в центре. По правую руку от него дочь Ари́м, по левую — воитель Дхар. Были здесь и Элрóн — бог знаний, и Жéя — богиня плодородия, и Рóхан — покровитель ремесел, и Зицéмий — повелитель стихий, и даже Тернали́н — богиня здоровья. Не хватало только Одинéллы, о которой все как будто вновь позабыли.

Статуи располагались полукольцом вокруг алтаря, заставленного свечами и окруженного вазонами с живыми цветами. А впереди застыл мужчина в мантии повелителя силы маны. На вид ему казалось не больше сорока лет. Черные волосы, заплетенные в косу, поблескивали в свете пульсаров, хороводом кружащихся над алтарем. Широкие брови грозно сошлись над переносицей. Крылья узкого носа раздувались при каждом вдохе, а полные губы кривились в ехидной ухмылке.

— Янтарный Сокол, — прошипела Теми, стоя сбоку от Рубин.

Ошони развела руки, формируя перед собой шар из маны, что обрела форму воды. Тихий Шепот выпрямился в полный рост, устанавливая перед собой полупрозрачный щит. Гронидел водил пальцами по воздуху, рисуя завитки из маны под потолком.

— Боевые юни тебе ничем не помогут, — Янтарный Сокол сошел с постамента и осмотрел помещение. — Вваливаться в чужую обитель без приглашения — плохая примета для незваных гостей.

Слуги и воины, что разбрелись по сторонам, стали прятаться за колонами, окружавшими периметр помещения.

— Бегите отсюда! — бросил Гронидел через плечо. — Все бегите отсюда!

— Он прав, — засмеялся Верховный повелитель силы и вскинул ладонь.

Из нее влетели тонкие синие стрелы. Они моментально множились, следуя одна за другой.

—  Не-е-ет! — прокричала Теми и метнула в них шар с водой.

Он превратился в волну, что налетела на стелы и сломала их, разбиваясь о стены и тут же растворяясь. Но обломки оружия Верховного вновь начали соединяться и полетели дальше.

Туремец, что прыгал в портал первым, метнул в них пульсары. Те взорвались светом, но стрелы вновь собрали себя и продолжили путь.

— Остановись, — кожа Тихого Шепота покрылась отметками силы, но Верховный от приказа ворожея лишь небрежно отмахнулся.

Первая стрела попала в воина и испепелила его на глазах остальных, вызвав вой и панику среди других людей. Они бросились, кто куда,