Аромат тьмы - Ольга Вадимовна Гусейнова

«Я ни причем, я здесь вообще случайно, я не виновата, я маленькая и несчастная…» — мысленно ныла я, уговаривая всех сразу, что незаметная, не нужная, и еще тысячу «не», потому что и отделенная от тела душа Лесиры продолжала усугублять ситуацию.

И что-то мне подсказывало: Фрей этого и добивался. Из яростно взревевшего красавца демона вырос отвратительный, омерзительный монстр с рогами и щупальцами. Второй дальмейн пока играл мускулами в человеческой ипостаси, но начал обмениваться магическими ударами с Фреем, страхуя сына-переростка, заставляя отвлекаться на себя, защищаться.

Красноволосый, белокожий, со сверкающими подобно рубинам багровыми глазами, в строгом сюртуке и с алыми огромными крыльями за спиной вайр потрясал воображение. Его соперники выглядели не менее впечатляюще и грозно. Старший дальмейн в похожей на наряд младшего кожаной одежде, жилете и облегающих штанах, был абсолютно в себе уверен. Его черные волосы развевались на ветру беспросветным полотнищем, огромные рога загнуты назад и с них капал яд, потому что в тех местах, куда он попадал, чернела и скукоживалась трава, оставались прогорелые пятна. Мощный, сильный, неописуемо красивый, с такой «харизмой», от которой по-настоящему слепило глаза и вымораживало нутро. И молодой… монстр, при виде которого хотелось родиться заново в другом мире. Эти трое иномирцев настолько впечатляли, ужасали, что я ловила себя на том, что завороженно наблюдаю за действом иной реальности, не в силах пошевелиться.

Клыки Рамдера решили не путаться у командира под ногами и за пару секунд исчезли с поля боя. Эти воины, рассредоточившись вокруг меня, создали мощный щит, накрывший не только их, но и мой персональный, багровый.

— Может ему помочь надо? — просипела я, дернув Иора за штанину. Заметив его скептичный взгляд, пояснила. — Как-то высосать мрак… я же могу.

Теперь на меня удивленно скосили глаза Дашейн и все те, кто с ним гонялся по местным лесам за Лесирой и не были в курсе моих особенностей.

Нас теснила компания «с того света», вынуждая отступать вверх по холму. Тимус, добавив своей магии в плетение общего щита, проворчал:

— Каплю мрака забрали, с кувшин вырвало… В нынешней ситуации это прямо неоценимая подмога…

— Если будет совсем плохо, — все же процедил Иор, с огромным трудом признав, что, мало того, женщина, так еще и темная, в принципе может им помочь.

Видимо, демонам и вайру надоело обмениваться оскорблениями и магическими способностями, потому что папу с сыном разделила багровая стена. И пока старший бился в нее, Фрей полосовал младшего, превращая его в лохмотья, обрубил рога, почти все щупальца и десяток глаз. Пространство содрогалось от рева двух монстров. И да, вайр был предельно честным — первый демон был для него легким противником и, как оказалось, мелким и слабым.

А вот когда трансформировался второй, у меня запекло в груди от инфернального ужаса: огромная шестилапая тварь высотой с пятиэтажку, с торчащими из спины и груди подвижными дополнительными конечностями, увенчанными когтями, источающая ядовитый мрак. Голова, как у паука или богомола, над мощными подвижными жвалами пылают багровые глаза. Фрей на его фоне смотрелся, как рыцарь перед драконом… мелко.

— Стой на месте! — прохрипел Иор, стоило мне неосознанно дернуться в сторону монстров.

Что-то жгло у меня в душе и сердце, что-то необъяснимое и непонятное, кажется, страх за… своего мужчину? Впервые в жизни я боялась не за себя, а за другого. Хотела защитить. Это что — заработала связь истинных? Наверное, постоянная смертельная опасность, колоссальное давление разных эмоций и стремительная смена событий подстегнули меня откликнуться? Поэтому я так ярко и самым нутром среагировала на самого-самого достойного, идеально подходящего лично для меня, своего…

— Клянусь истинным Светом… Отец всех Стихий… Мать моя женщина… — потрясенно выдохнул отряд Дашейна, когда Фрей сменил ипостась на боевую.

Похоже они впервые видели его полное перевоплощение. Но в отличие от вчерашнего монстра, сегодня Фрей еще сильнее изменился. Нетопырь вместо меха отрастил алую чешую и шипы, опушенные крылья теперь будто тонкими сверкающими острыми гранями пластинами покрылись. Когти увеличились до метровых размеров, а голова и морда… Лучше не смотреть, а то вряд ли забуду, во что превращается мой мужчина. Как с ним семью строить после этого?

Алый монстр летал над огромным шестилапым чудовищем, нанося ему ощутимый урон. Жаль, и сам получал ранения, кровь текла ручьями. В какой-то момент нас от бьющихся чудовищ отделила красная стена, следом нетопырь, разинув страшную пасть, издал в сторону противника неописуемой силы и частоты звук, такой, что голова молодого дальмейна разлетелась на ошметки. Нам же, благодаря экрану Фрея, повезло больше. Кажется, что лопнули перепонки, а то в ушах резко потеплело. Коснувшись головы, я увидела кровь на пальцах, а в голове стоял невыносимый гул, который отсек все остальные звуки. Надо думать, красная стена защитила и от ядовитых останков.

Гибель молодого демона разозлила его родителя настолько, что тот, забыв об осторожности, кинулся на тяжело махавшего широченными крыльями и истекавшего кровью вайра-нетопыря. Мои защитники не выдержали, сначала Иор сорвался с места, потом и остальные ринулись на подмогу Фрею. Не успели, в следующий момент он магической сетью прижимал к земле иномирное чудовище, прожигая алыми нитями в нем «сеточку».

Вскоре все закончилось, лощина, которой не повезло стать полем боя, была обезображена источающей вонь мрака черной жижей — останками. Вокруг мялись воины, я застыла истуканом на пригорке. Красный монстр приземлился, обдав нас пыльной воздушной волной, и медленно, словно нехотя вернул себе человеческую форму. Странно, но почему-то восторженно ринувшиеся к нему воины на полшаге спотыкались, замирали и бледнели, отшатываясь в сторону. Фрей шел ко мне, и не просто шел — так зверь крадется к добыче, неосмотрительно пахнущей кровью.

Когда между нами осталось метра три, он наконец поднял лицо, красные пряди волос открыли его глаза, полыхающие чернотой, и черты, искаженные, измененные столь зверским выражением, что стало понятно: именно этого «отката» — влияния тьмы, насильно смешанного с мраком, — опасался мой вайр. В этом состоянии они завоевывали и разрушали миры, уничтожили свой, так и не найдя крохи света ни в своей душе, ни в других.

Он приблизился, обдавая меня отталкивающим запахом крови и одновременно невероятно сладостным ароматом, который буквально взорвал мое обоняния. Мне кажется, я сошла с ума, потому что этот зверь не пугал. Вызывал, конечно, опаску, поскольку я с ним только вторые сутки знакома, но больше — сочувствие, горечь из-за полученных ран, желание пожалеть и приласкать свое багровое чудовище. Но он все еще слишком большой, нечеловечески