Мертвое сердце. Книга первая - Анна Цой

В конце концов, я села на землю и продолжила смотреть на отца уже снизу‑вверх.

Громкий смех разнесся по саду и все притормозили, желая увидеть, откуда исходит звук. Вильгельм больше не приближался, толпа феминизма застыла на месте и наблюдала за нами.

Папочка повернулся к смеющемуся Вольтеру и со злостью в голосе произнес:

– Если тебе смешно, забери ее себе хоть на недельку! Посмотрим, как скоро ты будешь убегать от этого исчадья Бездны!

Феминизм распадался у меня на глазах, парни тоже свалили под шумок. А я решила сесть на лавку, все равно меня ждал нагоняй.

– Доведешь его.

Я взглянула в черные глаза и пожала плечами.

– Он сам виноват.

На лице у Лорда вновь заиграла улыбка. И я решила пояснить:

– Вот у вас есть дети? – Вольтер отрицательно качнул головой, – тогда представьте: Вас постоянно наказывают, хотя, что можно делать, а что нельзя не сказали! А до этого вообще в машину запихивают и увозят, хрен знает куда! Хотя пятнадцать лет не видел и вообще…

– Хватит! – рыкнул Вильгельм, – вас все еще ждёт прополка! – крикнул он на весь замок, так что все девушки надули губы и вернулись каждый на своё прошлое место дислокации.

Я тоже встала и направилась в сторону центральной клумбы к Арье, которая уже ждала меня. Но то ли природная вредность, то ли глупость заставили меня остановиться и обернуться в сторону мужчин.

– Когда‑нибудь и в этом мире узнают о равноправии! – возвестила я и, не дожидаясь ответа, отправилась отрабатывать наказание.

На меня смотрели все девушки, даже те, кто никогда не поднимал взгляд, и я видела восхищение. От неожиданности пришлось даже остановиться, так меня обескуражил их вид. В голове у меня не возникало и мысли о гордости – лишь большая гнетущая мысль о том, как они могут жить, не имея таких же прав, что и мужчины? Как будто в ответ на мой вопрос, сзади послышалось:

– Луна от матери недалеко взошла, – произнес Вольтер, все еще улыбаясь.

Фраза эта была явно родственницей фобосовской "яблоко от яблони недалеко падает". Потому я сразу поняла, что ввиду имеют явно не отца. Но быть похожей на мать? Я даже не желала иметь цвет волос как у нее, не то чтобы позицию и мысли.

– Вот и упадёт так же сильно как она, – сквозь зубы сказал Вильгельм и встал с лавочки, ушагав в сторону центральной башни.

Я же еще раз осмотрела девушек, которые работали с опущенными головами, и пошла приобщаться к труду, понимая, что сейчас словами ничего не решишь. Но, возможно, в скором обозримом будущем, мне выпадет возможность защищать права женщин Деймоса, пусть и так же, как это пыталась делать та, кого я ненавижу всем сердцем.

Оставшаяся работа заняла у нас не более часа, потому у меня осталась целая половина свободного дня, которую я решила провести с пользой. Так как местоположение библиотеки мне было неизвестно, то я выпросила у Арьи пару книг и засела в своей комнатке. Спустя минут десять служанки принесли зелёный чай с выпечкой, поэтому моя интровертья душенька была полностью удовлетворена. Хоть и несколько озадачена тем, что неизменная "тирания в юбке" всегда знает, чем я планирую заниматься.

Первой книгой была история Деймоса. Самым удивительным в ней был размер. Наш учебник истории на Фобосе был в нескольких томах и весил чуть меньше меня, а тут всего один том, написанный к тому же как сборник сказок.

Необычных событий, кроме уже изученной мной войны за Будущее, не нашлось, однако некоторые моменты, названные вскользь, заинтересовали. Так, например, после Великого разделения миров, с которого начиналось летоисчисление, Деймос полностью копировал Фобос почти во всем. Но спустя почти три сотни лет начали происходить мутации среди животных и растений, причём глобальные. Самое обычное зеленое яблоко в конце концов мутировало почти в животное – приобрело синий волосяной покров и стало ядовитым настолько, что алхимики до сих пор не могут найти от него противоядие. Встретить обычного зайца в лесах нового мира теперь не получится – животные утратили длинные милые ушки, обзавелись рогами с тем же ядом и острыми клыками, способными перегрызть человеческую кость. И так почти со всем.

По какой причине это происходит – неясно, но существует догадка, что хранитель Деймоса, Богиня Грим, специально желает выжить магов со своих земель. С богами вообще было все крайне запутано. По всем источникам Фобоса, которые были старше двух тысяч, или как здесь называют – до разделения миров, упоминается род Хакгард. Все эти свитки и документы были вывезены с немагического мира. Потому, видимо, их отголоски в виде сказок и историй блуждают по Фобосу. Но вернёмся к Богам. Особо никакой информации о них нет, лишь то, что главная Богиня – Луна была основателем этого рода. Пока что для меня это все было малопонятно, но очень интересно.

Поставив заметку в блокноте о том, что нужно вернуться к этой теме и поискать в библиотеке, я, наконец, перешла к генеалогии.

Из предыдущей книги я поняла еще один немаловажный факт – на Деймос переселилось больше мужчин. Казалось бы, это не так важно, но статистика за два тысячелетия говорит, что мальчиков‑магов и вправду рождается на половину больше, чем девочек. Раса и возраст родителей значения не имеют. Скорее уж какая‑то генетическая особенность дара. Все это привело к смешению крови рас, чего на Фобосе почти не происходило, и как следствие – к затуханию магии в крови и обнищанию великих родов.

На данный момент из десяти переселённых Высших остались лишь три рода: Райдер, Вольтер и Асгард. Первые – самые влиятельные на Деймосе. Именно из юношей этого рода выбирают будущего Магистра – правителя магического мира. Главы двух других, а также еще семь представителей от каждой расы и представитель от Фобоса вместе создают Совет Деймоса, где решают вопросы безопасности, законодательства и так далее.

Род Асгард естественно стал мне интересен в первую очередь, потому что я теперь в него вхожу. Кстати говоря, чистота крови у Высших была превыше всего, так что появление меня, как бастарда с кровью Фобоса, а моя "мама" Маргарита была именно оттуда, стало нонсенсом. Бабушку я видела относительно часто, а потому ее взгляд с портрета на родовом древе Кери нашла мгновенно. От нее шли несколько ветвей, но лишь две из них я знала – Барислав Кери и Маргарита. Наглый рыжий котяра был самым младшим сыном бабули Актинии, а матушка