Мы вместе «До», а как жить «После»? - Лия Блэр

… Спустя месяц за мной закрепился статус девушки Ломова Игоря, и теперь Звягинцев-второй снимал нас как пару. Засранец же, а? Пару раз мой бойфренд пытался возмущаться, но был жестко осажен, и если бы я не знала близнецов лучше, чем кто-либо, то ходил бы Игоряша битый, как половина универа первые два курса.

— Стас, может, уже хватит? — попыталась достучаться до недоделанного режиссера. — Ты что меня до старости будешь пасти?

— Замуж выйдешь, и отвалю, — глумился гад. — Где твой лось недобитый?

— Стася! — это неправильно, но я все же прыснула смехом, услышав очередную кличку Игоря. — Хватит его обижать.

— Я хлюпиков не трогаю, пляха, — вальяжно развалился на стуле парень. — Че ты в нем нашла? Ну реально? Он даже не лось, а олень.

— Сам ты из Простоквашино, — хмыкнула я.

— Не нарывайся, а то я тебя из фоторужья постреляю. Кстати! — друг полез в рюкзак и достал мне запечатанный сэндвич с семгой. — Ромка сказал передать. Ты ж у нас любитель рыбы.

Хотела поблагодарить, но не успела. Едва надорвала пакет и почувствовала запах, как меня скрутило и я, закрыв ладонью рот, понеслась в туалет. Полоскало меня не по-детски. Не иначе, наш поход с Кирой в столовую в этот день не прошел бесследно. Хотя я вполне стойкая ко всему, меня даже беляши на вокзале не пронимают.

Вышла зеленая, утирая лицо салфеткой, и сразу наткнулась на внимательный взгляд Звягинцева-первого. Сощурил глаза, поджал губы и пялился, будто я в супермаркете жвачку стырила.

— Сюда иди, — знакомые слова откинули меня в лицей, и я болезненно поморщилась.

— Чего? — подошла и встала напротив.

Рома вскинул руку и потрогал мой лоб. Охренеть, приплыли. Это было неожиданно и… волнительно для меня. Я вдруг четко поняла, как чувствуют себя те, у кого есть старшие братья. И это так круто. Непередаваемо. Безопасность и забота, что ли.

— Что вы сегодня жрали? — о, ну тут он сразу спустил меня с небес на землю.

— Как обычно, — пожала плечами.

— Кира не блюет в туалете.

— И че? Может мне булочка попалась позавчерашняя.

— Или твоему Игорю пора яйца открутить.

— Ты офигел? Ты что себе напридумывал?!

Возмутилась праведно и заткнулась. От страха у меня последние капли крови от лица отхлынули. Смотрела, не моргая, на Рому и уговаривала себя дышать. Если у меня и могло случиться то, на что намекал близнец, то только от Леши.

— Поехали.

— Ку-у-уда?

— В больничку.

— Нет.

— Я согласия не спрашивал. Рюкзак в зубы и без разговоров.

— Ром, траванулась я. Правда, — пыталась достучаться до благоразумия Звягинцева-первого.

— Мария, делай как говорю.

Пришлось ехать. Кира, естественно, поехала с нами и всю дорогу строила осуждающие мордашки, типа, че я ей не рассказала про нас с Игорем. Но мне нечего было рассказывать. Мы целовались всего два раза, не считая того первого недопоцелуя у подъезда. Ломов не напирал и не настаивал ни на чем, да я бы и не согласилась. Еле терпела его руки на талии.

Пока мы ехали, Рома сделал несколько звонков. Оставив машину на парковке, мы вошли в трехэтажное здание с большими окнами, отделанное светлой плиткой. Над входом красовалась надпись «Медицинский центр», а в большом холле нас встретила улыбчивая девушка в белой униформе.

— Что мы тут делаем? — меня лихорадило от бешенства и страха. — Почему вы вообще меня потащили сюда? Я взрослый человек и сама разберусь!

— Угомонись, — осадил Рома.

— Кире раздавай указания, а не мне. Понял? — переминалась с ноги на ногу, кусая губы.

— Понял. Иди, тебя ждут.

Тиран кивнул мне в сторону кабинета с надписью «Гинеколог». Злость буквально выплескивалась из меня. Пар из ушей не валил по великой случайности.

Ещё пару минут мы со Звягинцевым препирались, а потом он подошел ко мне очень близко, наклонился к самому уху и прошептал:

— Тогда я звоню Антипову, и он сам будет решать вашу проблему.

Как же меня затрясло! Он все знал. Леша рассказал другу обо всем. Это не просто унизительно — это гадко! Понятно, что они от души посмеялись над моей тупостью и идиотской любовью. Не успел дружок вернуться из-за бугра, а тут его хлебосольно встретила кукла Маша…

— Пошел ты и… мудак, о котором ты сказал, на хрен! — выпалила в сердцах и зашла в кабинет, как в спасительную комнату.