Двадцать - Ульяна Соболева

- Светлана Владимировна, там роженицу привезли. Упала со ступеней в торговом центре. Есть кровотечение, схватки. Орет как резаная!

Доктор усмехнулась мне.

- И такие бывают. Пойду посмотрю, что там и вернусь. У тебя еще точно время есть.

Из коридора доносились громкие крики, дикие можно сказать вопли.

- Чего орем? В чем дело!

- Больно!

- Тшшш! Не надо орать. Зовут тебя как?

- Анна!

***

- Сорок два года, а роды как по учебнику. Любая молодая обзавидуется. Такой мальчишка чудесный. Как чувствуешь себя?

- Бывало намного лучше, - ответила я, не отрывая взгляда от комочка у себя на руках. Крошечный, такой маленький, несмотря на свой вес в четыре килограмма. Меня перевели в палату из родового отделения и уже вручили младенца.

- Любовь с первого взгляда случается именно в этом месте. Любовь к единственному мужчине всей жизни. Вечная и негасимая. Какой богатырь. И не скажешь что родился на тридцать седьмой неделе. Если б все сорок выносила вымахал бы под шесть кило. Ручки в кулачки сжал. Готов уже прямо сейчас за маму заступаться. Молоко дня через три придет…пока что кормим каждые два часа. Ребенок в прекрасном состоянии. Апгар девять. Если что звони мне я прибегу посмотрю.

Наверное рождение сына – это и было то что выдрало меня из лап обреченности. Я раскрыла глаза и сделала свой первый вздох. Она была права – это любовь с первого взгляда. Это мощное, захватывающее все твое существо торнадо. Новое осознание смысла твоей жизни. Да, у меня есть Лера. Но она взрослая и она уже не нуждается во мне. Я больше не источник жизни для нее. Рождение ребенка полностью переворачивает твое восприятие мира на все триста шестьдесят градусов. И ты вдруг понимаешь, что больше не принадлежишь себе. И сердца у тебя теперь тоже нет. Оно полностью принадлежит ребенку и бьется вне твоего тела.

- Как назовешь малыша?

- Женя.

- Ух ты. У нас теперь рождаются Архипы, Елизары, а иногда и Себастьяны. Женя теперь редкое имя.

- Так звали его отца…, - тихо сказала я и погладила светлый пушок на лобике младенца, потрогала нежную щечку.

- Я искренне сочувствую…Я пойду. Если что-то потребуется зови девочек или меня.

- Хорошо, спасибо вам огромное.

- Сестра когда придет твоя?

- Сестра?

- Ну девушка, которая все роды бегала возле зала.

- Это моя дочка – Лера. Приедет вечером.

- Очень хорошо. Ты смотри дочка. А я думала сестричка.

Врач ушла, а я осталась наедине с малышом, положила его в кроватку на колесиках с прозрачными бортиками. Малыш наелся. Хотя я сомневалась, что можно наесться молозивом. Приход молока еще ждать.

Лера все время родов была возле палаты. Я слышала ее голос как она все спрашивает у врачей. Это было очень неожиданно для меня, очень волнительно потому что какое-то время я действительно думала, что потеряла дочь. Наверное смерть отца стала для нее ужасным стрессом.

Она была первой кто увидел маленького Женю после того, как я сама перерезала пуповину и мне положили его на грудь.

- Боже, мама! Какой он маленький! – воскликнула она и прижала руки к груди, и я снова узнавала свою маленькую Леру, которая была такой ласковой в детстве.

- Мам…а у тебя все для него есть?

Я отвела взгляд и посмотрела на светло-бежевую стену. Нет, у меня ничего не было. Я не успела купить даже самое необходимое. Рассчитывала на еще одну выплату от издательства, но она еще не поступила.

- Ничего как-нибудь справлюсь.

- Мам…у меня есть деньги. Этот…этот козел вернул мне все что был должен. Положил на карту…. А еще папа. Он постоянно пополнял депозит. Я могу его открыть.

- Лера! Ты что!

- Мам…, - она взяла меня за руку. – Я много думала все эти месяцы. Много. Я очень хочу чтобы ты меня простила. Прости меня, пожалуйста… я была жестокой по отношению к тебе, была несправедливой. Смерть папы потрясла меня. Я обозлилась и мне, наверное, было легче считать тебя виноватой во всем. Я злилась что вы с папой расстались. Мне казалось, что это твоя вина….Мам, я очень хочу помочь. Я куплю все что нужно. Можно я выберу? Сама? Для малыша…для брата.

- Можно…- прошептала я, чувствуя, как по щекам покатились слезы. – можно. Выбери все сама.

- Я найду список в интернете и буду звонить тебе по видео связи, хорошо?

- Хорошо, спасибо, моя родная. Спасибо тебе.

- Я люблю тебя, мама. Я никогда больше не хочу терять тебя…Ты знаешь я думала о том, что если бы ОН был жив как бы я отнеслась к вам. Думала и поняла, что я хочу, чтоб ты была счастлива и улыбалась. Хочу, чтобы тебя любили. Да… я бы мечтала, чтобы это был мой отец. Но…ты больше его не любила. Я видела, как ты смотрела на того парня. И злилась. Меня разрывало от злости, что ты так смотришь на кого-то, а не на папу…Потом я поняла, что у папы были долгие годы для того чтобы ты на него и так смотрела… но он предпочел тебе Светочку. Ты имела полное право устроить свою жизнь. А я была просто капризным ребенком. Недавно я видела Толика…С женой в магазине. С ребенком. Он обнимал ее, сын сидел у него на плечах. И я вдруг поняла, что я и есть та самая Светочка…а его жена – это ты. И мне стало так мерзко. Я ощутила отвращение к себе и к нему. Потому что он предатель. Тогда я увидела поступок отца совсем другими глазами. Не глазами ребенка. Ладно. Я побегу куплю тебе все необходимое на сейчас, а потом приеду вечером.

Она вернулась через час привезла памперсы, влажные салфетки, все что ей выдала в списке медсестра и привезла мне поесть. Мне бы хватило и больничной еды, но Лера наотрез отказалась приносить ее мне, а я еще была слишком слабой. У меня сильно кружилась голова. Меня хватало только на то, чтобы встать к младенцу.

Поднялась с кровати, чтобы помыться в душе и переодеть чистый халат, как вдруг услышала голоса в коридоре.

- Ну что там с этой Аней?

- Отказывается даже кормить. Видеть отказывается. К ней какой-то хахаль приезжал. Не отец ребенка. Они что-то там смеялись, обсуждали. Я с малышкой зашла, а она заорала, чтоб я