Я тебя чувствую - Роксана Шаб

входит в неё, очень красиво. Но блядь, я восхищен и одновременно ревную. Вижу как наша девочка вошла в кураж, и сама тянет инициативу. Я не выдерживаю и захватываю её заднюю дырочку. Мозги плавятся, на самом деле плавятся. Чувствую эмоции Алекса, он держится в отличии от меня. Он знает, что любая его жесткая прихоть отразится неудобством, болевым ощущением для неё. Не нужно её травмировать. Нужно быть более аккуратным с ней.

Её крик оглушает меня, я чувствую её волну оргазма. О луна, он ярче предыдущих. Я чувствую, всю, полностью. Крыша едет невероятно. Изливаясь в неё со звериным рыком. Секундное отключение и, затем резкая вспышка. Я вижу перед собой её плечо, и мои зубы на нём. Алекса тоже снесло. Что ж, мы этого и хотели. Но надо нам возвратиться домой как можно быстрее. У нас всего несколько дней, чтобы осложнения не вытекли в более серьёзные последствия. Приедем домой и мать даст ей снадобье, чтобы легче перенести боль. Малышка отключается. Обмыв её, мы легли в её объятиях. Отпускать никуда не хотелось.

Копошение с боку меня напрягло, а потом и вовсе стало как бы пусто, не только в постели но и где-то под ребрами. Сквозь сон слышу скрип двери, она пошла в ванную. Несколько минут тишины и грохот.

Алекс.

Я успеваю проскочить быстрее Давида. Рывком несусь к ней. Девочка лежит на кафельном полу в распахнутом халате на голое тело. Быстро осматриваю её на наличие травм. Слава Богу, хоть с этим обошлось.

— Отойди, — со злости рычу на брата, да и на себя. Я ведь тоже не удержался от того, чтобы не поставить метку. Вся горячая, и это понятно почему.

По моему, такой реакции быть не должно? Хотя от куда мне знать, подобное со мной впервые. Аккуратно укладываю Лизоньку на кровать. Давид обрывает свой телефон в поисках скорейших билетов на поезд.

— Достал! — кричит с коридора брат. — Шмотки скидывай и выдвигаемся.

Я от паники семеню не впопад. То свои вещи собираю, то параллельно Лизоньки. Что-то изредка проговаривала, бредила видимо, во сне — обмороке. В таком же состоянии её и одевали. Пока одевал, столько себе пиздюлей мысленно отвесил, что будь это в живую, в больничке уже лежал бы. Не смог оторвать взгляда от её тела, и в паху все натянулось. Стыдно, что я думаю сейчас не тем местом.

Лиза.

Открываю глаза под ритмичные покачивания и раздражающий звук. Постепенно прихожу в полное понимание. Оказывается я нахожусь в купе поезда.

Поворачиваю голову на левый бок и вижу перед собой Алекса. Он смотрит прямо мне в глаза в задумчивой позе.

— Что происходит? — голос мой слегка охрип.

— Ты потеряла сознание. Видимо так проявилось действие метки.

— Точно, метки, — еле слышно проговорила. Постепенно начинаю припоминать. Вспомнила, как грохнулась в обморок.

— А Давид где?

— Он вышел поговорить по телефону. Ты не бойся, солнышко, тётя Лена что-нибудь придумает, — он берет в свои большие ладони мою руку, и нежно поглаживает большим пальцем её снутри. Взгляд теперь его печальный меня тревожит. В это время открывается дверь купе и в неё входит Давид.

— Очнулась? Это хорошо, — садится ко мне на корточки. — Все будет в порядке.

— Что именно? Что это так плохо на меня действуют они? — почти в панике прибывать начинаю я.

— Обычно такое состояние проявляется позднее, а у тебя практически сразу. Ты сейчас как себя чувствуешь? — интересуется Давид.

— Панику, — отчеканиваю я.

— Нет, — мотает головой черный волк, — Я про самочувствие.

— Пока вроде в порядке.

Устремляю свой взгляд вверх. Лежу так какое-то время. До меня только доходит, что они и одели меня и вещи мои собрали по сумкам. Господи! Чувствую себя мякишем каким-то! От этого такой стыд накрывает. Умом понимаю, что это не так страшно, но со стороны своей порядочности — неудобно себя чувствую.

По приезду, сразу направились в дом Брагиных- родителей Давида. Меня то трясло, то бросало в жар, пока меня мама Лена не напоила чаем из трав, у которого был довольно специфический запах и вкус. Лишь после него меня немного отпустило. Мамой Леной, кстати, меня она сама попросила называть, что давалось мне крайне тяжело, но под суровым взглядом черного волка мне пришлось пересилить себя.

— Такой реакции и вправду быть не должно, но надо сдать анализы в нашей клинике. Там точно узнают, что к чему, — с беспокойным взглядом и тяжелым вздохом, мама Лена обратилась к Давиду.

— Да мама, я и сам понял, что это сделать необходимо в первую очередь.

— Надеюсь на мне опыты не будут ставить?! А то лабораторной мышкой быть не хочется, — даже в такой обстановке не могу не отшутиться. Под общий смех Давид поцеловал мою макушку.

Больница была крайне стильной и навевала спокойствие, чего не скажешь о многих других клиниках. Оттенки в постельных тонах были приятны глазу. Из динамика в коридоре лилась тихая классика. Все мои внутренности стали расслабляться, хотя до этого меня трясло как тузика. Сама не знаю от чего, всего то лишь кровь сдать.

— Елизавета Брагина, проходите, — вышла миловидная медсестра, и обратилась ко мне.

— Но я не Брагина, я Шамина, — интересно, кто же это постарался?!

— Не знаю, — улыбнулась она мне, — Но ваш муж назвал вас именно так, — рукой показывает пройти в кабинет.

Только я хочу ответить, что я не за мужем, как вспоминаю причину моего присутствия здесь. Метку то поставил, значит я уже его, да и не только его.

— Готово, — уведомила меня Светлана — медсестра, имя я прочитала на её бейдже. — Как только результаты будут готовы, вам сообщат, когда вы сможете прийти и обсудить их с доктором.

— Спасибо, до свидания, — улыбнулась ей в ответ.

— До свидания!

***

Прошла неделя после приезда домой из Мирного. Дарину лишили зверя и отправили в поселение, подобным ей. Сцены её фееричной истерики конечно слышали все в округе. Давид рассказал, как пригрозил ей клеткой, мол, повезут её как псину. Стихла сразу же. Наконец-то одна большая проблема решена. Но состояние моё меня нервировало. Снова перебои в самочувствии, лишь спасал чай Алены Анатольевны. Все ждала, когда уже наконец мои анализы будут готовы? День изо дня, я все больше себя накручивала. Может нашли у меня дефекты, которые не сопоставимы с нахождением рядом с оборотнями? Как только начала изводиться, раздалась телефонная трель.

— Здравствуйте, слушаю.

— Здравствуйте Елизавета Сергеевна, анализы готовы, завтра сможете подойти к трем часам дня? — слава богу, наконец-то.

— Да да, конечно смогу.

— Хорошо, тогда ваш лечащий